Негласный эксперимент: как в Швеции была проверена теория группового иммунитета к Covid-19

За минувший год правительство Швеции не раз заявляло, что достижение коллективного иммунитета не является частью его официального плана по борьбе с Covid-19. Однако ставка на эту стратегию все-таки делалась — негласно, свидетельствует обнародованная переписка. Из нее фактически следует, что научные воззрения одного человека проверялись в лаборатории размером с целое государство — и эксперимент провалился.

КОРОТКО

  1. Траектория «шведской модели» — от минимального контроля до чрезвычайных полномочий. Начав весной с мер рекомендательного характера, правительство запросило и получило право вводить локдауны и закрывать частные компании, не соблюдающие предписания.
  2. Как и почему в Швеции, в отличие от всей Европы, было принято решение обойтись без карантинных ограничений? Правительство положилось на экспертную оценку узкого круга специалистов, имевших свое видение ситуации. Фактически был выбран вариант действий, предусматривающий предоставление инфекции возможности распространиться и вывести общество в целом на «коллективный иммунитет».
  3. Было ли достижение группового иммунитета частью официальной стратегии правительства Швеции по борьбе с Covid-19. И чиновники от здравоохранения, и политики в публичных заявлениях прямо опровергали версию о том, что поставлена цель достижения коллективного иммунитета за счет «естественного распространения инфекции».
  4. Помог ли «план Тегнелла» снизить заболеваемость и смертность во время второй волны? Вторая волна оказалась значительно выше первой по числу инфицированных, хотя ежедневное число летальных исходов пока удается удержать примерно на «весеннем» уровне.
  5. Как меры сдерживания эпидемии применяются в Швеции сейчас. Хорошо известные в других странах — от ограничений на численность собраний до запрета продавать определенные группы товаров в определенное время — хотя число жестких запретов в целом пока невелико.
  6. Рассматривалась ли возможность применения «шведской модели» в других странах? Да. В самом начале эпидемии в нескольких государствах такой подход считали реалистичным — однако власти очень быстро перешли к стандартным «локдаунам» и массовому тестированию.
  7. Достижим ли групповой иммунитет к Covid-19? С помощью вакцинации — да, и на этом подходе настаивает ВОЗ. Не исключено, что его можно достичь и через «естественное» заражение. Однако, судя по доступным данным, в этом случае иммунитет сохраняется недолго, а число человеческих жизней, отданных за его достижение, может оказаться очень высокой.

1. Траектория «шведской модели» — от минимального контроля до чрезвычайных полномочий

Весной, когда две трети населения мира сидели в карантине, Швеция резко выделялась своим «расслабленным» подходом к Covid-19. Власти не вводили серьезных ограничений, ограничиваясь мягкими рекомендациями (правда, законодательство страны в тот момент не давало правительству широких полномочий — но правительство и не просило оформить их новым законом). Маски в общественных местах не требовались и даже не были рекомендованы. Остались открытыми магазины, рестораны, спортзалы, в очном режиме работали многие учебные заведения — с 17 марта на онлайн-обучение было рекомендовано перевести только старших школьников и студентов, а с 1 апреля закрылись для посещения дома престарелых. (Rus.LSM.lv во время первой волны сравнивал подход к пандемии в Швеции и в соседней Норвегии ). Показатели, однако, были пугающими: на начало апреля смертность в Швеции была примерно в 6 раз выше, чем в соседней Норвегии, где был введен «локдаун».

Критика «расслабленного» подхода зазвучала сразу же. Уже в конце марта более 2 тысяч шведских ученых в открытом письме призвали ужесточить антиэпидемические меры и разгрузить систему здравоохранения.

Однако на протяжении долгого времени линия правительства — умеренные и, главным образом, добровольные ограничения — оставалась неизменной. Олицетворением и автором этой политики был главный государственный эпидемиолог Швеции Андерс Тегнелл. В конце апреля прогнозировалось, что в Стокгольме до четверти населения уже переболели или вот-вот переболеют коронавирусом. Тегнелл заявил, что, судя по результатам анализов на антитела и математическому моделированию, через несколько недель население Стокгольма обретет групповой иммунитет. Этого не случилось — ни в столице, ни в других регионах, ни в мае, ни в летние месяцы, ни осенью. Вторая, осенняя, волна в Швеции по числу вновь зараженных оказалась почти вдесятеро выше весенней.

В начале осени правительство настаивало, что его политика была и остается правильной. Однако по мере роста числа летальных исходов власти — без особых деклараций — стали все дальше отходить от прежней модели. С 24 ноября правительство ограничило одну из самых священных гражданских свобод: были введены ограничения на собрания в общественных местах — не более 8 человек (частные мероприятия по юридическим причинам на тот момент ограничения не затронули).

Тем не менее, к началу декабря отделения интенсивной терапии в больницах Стокгольма и пригородов были заполнены на 99% — впервые с начала пандемии.  Директор столичной службы здравоохранения Стокгольма запросил помощи — прямо на пресс-конференции.

В середине декабря правительство рекомендовало носить маски в часы пик в общественном транспорте — впервые за все время пандемии. А 8 января парламент страны единогласно   принял закон, позволяющий государству вводить практически любые карантинные ограничения для борьбы с Covid-19, в том числе и в отношении частного сектора, и частных лиц.

Незадолго до этого американский журнал Foreign Policy опубликовал расследование, основывающееся в том числе и на служебной переписке Андерса Тегнелла по вопросам сдерживания пандемии. Из публикации фактически следует, что шведские граждане стали подопытными в эксперименте по проверке эпидемиологической концепции. Идея, как выяснилось, продвигалась негласно и в итоге оказалась несостоятельной.

Вернуться к началу

2. Как и почему в Швеции, в отличие от всей Европы, было принято решение обойтись без карантинных ограничений?

Шведским «пациентом номер 1» стала жительница Йёнчёпинга. Она вернулась на родину из китайского Уханя 24 января, а через неделю ее тест на Covid-19 показал положительный результат.

Уже 2 февраля шведское правительство классифицировало коронавирусную инфекцию как «общественно опасное заболевание», но никаких действий предпринято не было.

Бывший высокопоставленный чиновник, эксперт-инфекционист Пеэт Тулль с беспокойством наблюдал за развитием событий. В свое время он был одним из создателей шведской системы эпидемиологической безопасности и занимал должность директора отдела профилактики и контроля инфекционных заболеваний Национального совета Швеции по здравоохранению и социальному обеспечению, пишет Foreign Policy. В частности, Тулль недоумевал, почему власти не запускают систему выявления контактов зараженных и не помещают в карантин прибывающих из зон эпидемии людей.

С 9 марта в Швеции начали фиксироваться случаи местной передачи коронавируса. Правительство все еще не принимало мер, и 15 марта Тулль отправил электронное письмо Андерсу Тегнеллу, с которым был хорошо знаком.

В письме Тулль, согласно Foreign Policy, перечислил три возможных варианта действий в связи с пандемией. Первый: прекратить все передвижения и контакты людей на четыре недели. Второй, также рекомендованный Всемирной организацией здравоохранения для «ежедневного применения»: организовать массовое тестирование, отслеживание и помещение в карантин выявленных инфицированных. Третий, словами Тулля:

«Дать инфекции возможность распространиться, быстро или медленно, чтобы достичь гипотетического коллективного иммунитета».

Эксперт-инфекционист особо предупредил, что в последнем случае в Швеции, вероятно, будут тысячи смертей, поэтому такой вариант представляется ему «пораженческой и безмозглой стратегией», которую он, будь он еще в должности, никогда бы не избрал.

Ответ Тегнелла пришел в тот же день:

«Мы уже все обсудили и решили остановиться на третьем варианте. Скорее всего, у нас уже довольно обширное “скрытное” распространение [коронавируса], а это значит, что первые два варианта, вероятно, не сработают».

Тулль обрисовал в общих чертах действия, которые, по его мнению, необходимо предпринять — включая выпуск общих рекомендаций для населения и развертывание системы взятия анализов и отслеживания контактов. Тегнелл возразил: такая стратегия не сработала в Италии (которая весной была эпицентром пандемии в Европе). Тулль напомнил, что в Китае и Южной Корее все получилось — почему бы подходу не сработать и в Швеции?

Однако Тегнелл, очевидно, уже твердо решил, что именно третий вариант позволит шведам победить Covid-19, выработав коллективный иммунитет, пишет Foreign Policy. Эпидемиологу удалось убедить правительство, и 22 марта премьер-министр Швеции Стефан Лёфвен выступил с обращением к жителям страны, в котором призвал сограждан

доверять действиям правительства, соблюдать базовые рекомендации медиков и в целом жить обычной жизнью.

Вернуться к началу

3. Было ли достижение группового иммунитета частью официальной стратегии правительства Швеции по борьбе с Covid-19?

Шведские чиновники от здравоохранения никогда открыто не говорили о том, что официально поставлена цель достижения коллективного иммунитета за счет «естественной инфекции». Публично Тегнелл заявлял, что нет никакой разницы между тем, что делают другие страны, и тем, что пытается сделать Швеция. «Я не думаю, что эти стратегии разные, мы говорим об одном и том же в обеих стратегиях», — в частности, сказал он в телеинтервью 17 марта.

Однако, обсуждая с сотрудниками минздрава рекомендации ЕС (.pdf) о проверках состояния здоровья въезжающих в страну, Тегнелл заявил, что «у Швеции совершенно другая стратегия», пишет Foreign Policy. Во встрече представителей стран ЕС и ВОЗ, организованной Европейским центром профилактики и контроля заболеваний 4 марта, Швеция не участвовала.

В интервью изданию Svenska Dagbladet Тегнелл заявил, что формирование группового иммунитета не противоречит целям Агентства общественного здравоохранения, хотя и не является его «основной тактикой». Это было сказано в тот же день, когда Тегнелл в письме Туллю подтвердил, что в качестве основного уже выбран третий вариант («пустить коронавирус в народ»).

Днем раньше Тегнелл переслал своему финскому коллеге Мике Салминену письмо одного врача, который рекомендовал не мешать людям заражаться коронавирусом.

«Можно было бы оставить и школы открытыми, чтобы быстрее достичь коллективного иммунитета», — рассуждал Тегнелл.

Салминен ответил, что его агентство отвергло такой подход, поскольку дети будут распространять вирус, а закрытие школ может ограничить воздействие болезни на пожилых людей примерно на 10%. «И что, 10% могут того стоить?» — согласно Foreign Policy, отреагировал Тегнелл.

На тот момент в Швеции было всего шесть умерших от Covid-19 и около тысячи зараженных. Через месяц, в середине апреля, в день регистрировалось более сотни смертей, а число случаев перевалило за 10 тысяч.

«Распространение инфекции в Швеции достигло такого уровня, когда уже видны признаки коллективного иммунитета», — заявил Тегнелл 16 апреля, и пообещал, что в мае население Стокгольма уже точно его обретет. (Май наступил и прошел, а иммунитет так и не появился.)

После этого Тегнелл несколько раз публично отрицал, что достижение коллективного иммунитета является целью стратегии правительства. Так, в интервью USA Today в конце апреля он заявил: «Мы стараемся сдержать распространение инфекции на уровне, с которым может справиться система здравоохранения (...) Наша цель — в этом, и мы не закладываем групповой иммунитет в нее. (...)

Коллективный иммунитет, конечно, поможет нам в долгосрочной перспективе, и мы обсуждали это, но это не означает, что мы активно пытаемся достичь его...»

В июне эпидемиолог признал, что весной можно было лучше подготовиться к защите стариков и начать тестирование раньше — и что части смертей можно было избежать (Rus.Lsm.lv также сообщал об этом). Но он по-прежнему верил в свою идею. «Осенью придет вторая волна. В Швеции будет высокий уровень иммунитета, и число заболевших, вероятно, будет довольно низким», — настаивал Тегнелл вплоть до середины октября.

Позицию Тегнелла разделял и его непосредственный начальник, глава Агентства общественного здравоохранения Йохан Карлсон. В августе он заявил: «Мы не приносим в жертву множество людей ради достижения иммунитета. Эта модель была единственно возможной. Наша оценка оказалась верной. Стратегия рассчитана на длительный срок. Мы — одна из немногих стран с ограниченным распространением инфекции, в отличие от нескольких государств Европы, где наблюдается возвращение болезни». (В конце лета действительно казалось, что «шведская модель» оказалась хоть и жестокой, но эффективной. Однако осенью ситуация изменилась.)

В середине ноября министр здравоохранения и социальных дел Швеции Лена Халленгрен назвала предположения о том, что Швеция придерживается стратегии коллективного иммунитета, «слухами».

Премьер-министр Стефан Лёфвен отказался дать комментарии по запросу Foreign Policy. Его пресс-служба сообщила следующее: «Коллективный иммунитет никогда не был частью стратегии шведского правительства». Тегнелл, его начальник Йохан Карлсон и глава минздрава Халленгрен тоже воздержались от комментариев.

Вернуться к началу

4. Помог ли «план Тегнелла» снизить заболеваемость и смертность во время второй волны?

В опубликованном 19 ноября отчете Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР, OECD) из 35 европейских стран Швеция занимает последнее место по множеству показателей сдерживания пандемии коронавируса.

Только в конце ноября Тегнелл был вынужден признать, что Швеция находится на пике второй волны Covid-19. Наивысшее с начала пандемии суточное число случаев (11378) было выявлено 23 декабря. Пик смертности (116 человек за сутки) пришелся на 17 декабря. Всего с начала пандемии и до 13 января в Швеции коронавирусом заразились 506 866 человек, умерли 9667.

Уровень смертности в Швеции — более 90 случаев на 100 тысяч человек — является одним из самых высоких в Европе и примерно в 10 раз выше, чем в Норвегии и Финляндии, и он более чем в три раза выше, чем в Дании. К 21 декабря Швеция обогнала США по числу ежедневно подтвержденных случаев на миллион.

Число госпитализаций во время второй волны увеличивалось быстрее, чем в большинстве стран Европы. К середине декабря шведские медики объявили, в что в регионе Стокгольма  отделения интенсивной терапии заполнены на 99%, и запросили помощи соседних стран.

Не хватало не только оборудования, но и персонала. Не выдержав нагрузок, медики начали массово увольняться — в некоторых регионах страны число увольнений в этом году достигало 500 в месяц.

В ежегодном рождественском обращении король страны Карл XVI Густав признал, что

стратегия шведского правительства в борьбе с коронавирусом потерпела неудачу.

В декабре ситуация настолько вышла из-под контроля, что соседняя Норвегия впервые со времен Второй мировой войны отправила военных на границу с Швецией. Все шведские граждане, пересекающие границу, должны были показать отрицательный тест на коронавирус и отсидеть 10 дней в карантине.

И в первой, и во второй волне особенно пострадали шведские старики.

Проведенная в ноябре проверка Шведской инспекции здравоохранения и социальных служб выявила серьезные нарушения в домах престарелых. Некоторые заразившиеся умирали вообще без медицинского освидетельствования, каждый пятый заболевший постоялец не получил консультации врача, а в 40% случаев не было даже осмотра медсестрами.

Полный отчет правительства Швеции о борьбе с пандемией не будет обнародован до 2022 года.

Вернуться к началу

5. Как меры сдерживания эпидемии применяются в Швеции сейчас?

Весной, в дополнение к совету «жить как жили», правительство рекомендовало шведам мыть руки, оставаться дома в случае болезни, ограничить поездки, не являющиеся необходимыми, и по возможности работать из дома. С 17 марта старшие школьники были переведены на онлайн-обучение. С 27 марта были ограничены собрания более 50 человек. Дома престарелых были открыты для посетителей до 1 апреля. Бары, рестораны, магазины, тренажерные залы оставались открытыми. Упор был сделан на сознательность граждан и их доверие властям.

По использованию масок в Швеции общенациональных рекомендаций не было, даже для постояльцев, сотрудников и визитеров домов престарелых. На протяжении всей пандемии шведские чиновники от здравоохранения ставили под сомнение эффективность масок, и, как следует из размещенной на портале Агентства общественного здравоохранения информации, все еще не до конца разобрались в механизме передачи коронавируса: «Covid-19 не считается инфекцией, передающейся по воздуху».

В конце октября, с ростом числа новых случаев, правительство ограничило число людей на мероприятиях до 300, с 24 ноября — ввело порог для собраний в общественных местах — не более 8 человек.

Власти рекомендовали использование масок в общественном транспорте в часы пик с 18 декабря. Тогда же, перед рождественскими праздниками, правительство ввело дополнительные ограничения, которые остаются в силе до 24 января: не более 4 человек за одним столом в ресторане, запрет на продажу алкоголя после 20:00, ограничение потока покупателей в торговых центрах, дистанционное обучение в школах, закрытие бань, музеев, спортзалов и прочих общественных мест не первой необходимости. Кроме того, владельцев магазинов призвали отказаться от рождественских распродаж, чтобы избежать скопления людей.

Вернуться к началу

6. Рассматривалась ли возможность применения «шведской модели» в других странах?

Весной стратегия достижения коллективного иммунитета рассматривалась в Великобритании как один из вариантов ответа на пандемию. Власти Нидерландов тоже намеревались позволить основной массе населения переболеть, оградив при этом пожилых и уязвимых. Столкнувшись с катастрофической смертностью, обе страны очень быстро изменили подход и ввели карантинные ограничения.

Советник президента США Дональда Трампа по вопросам пандемии Скотт Атлас публично хвалил шведский подход, назвав его «разумным», поскольку «локдауны» разрушают жизни людей. Однако Атлас назвал «ложью» обвинения издания Washington Post в том, что он пытался убедить администрацию Трампа применить такую же стратегию в США.

7. Достижим ли групповой иммунитет к Covid-19?

Суть коллективного или группового иммунитета (в английском — herd immunity) — в достижении большой частью населения невосприимчивости к инфекции. После преодоления этого «порога» косвенная защита обеспечивается и не переболевшим или непривитым.

В зависимости от вирулентности инфекции для достижения группового иммунитета нужно, чтобы переболели или были вакцинированы от 70% до 90% населения страны, поясняет американский Университет Джонса Хопкинса. По другим, более оптимистичным расчетам, предполагалось, что коллективный иммунитет к Covid-19 может быть достигнут после того, как 50% населения станут невосприимчивы к коронавирусу.

Однако в конце лета ВОЗ развеяла этот оптимизм. «Нам нужно сосредоточиться на том, что мы можем сделать сейчас, чтобы подавить распространение коронавируса, а не жить надеждой на то, что коллективный иммунитет станет нашим спасением», —  заявил представитель ВОЗ Майк Райан на брифинге 24 августа. То есть, по его мнению, и граждане, и лидеры государств должны признать, что ожидание достижения коллективного иммунитета не является решением проблемы пандемии.

Как минимум два «спонтанных» эксперимента не сделали яснее ни природу коллективного иммунитета в случае Covid-19, ни шансы на его формирование. По расчетам ученых, в бразильском городе Манаус в первой волне переболели 66% населения, что, в теории, должно было обеспечить коллективный иммунитет. Осенняя вторая волна опровергла эту гипотезу.

Второй пример — Сингапур, где коронавирусом заразились 150 тысяч трудовых мигрантов (около половины от общего числа) — и переболели в условиях, близких к тюремным (их заперли на несколько недель в тесных общежитиях). При этом интенсивная терапия понадобилась лишь 25 из них, а умерли двое. Осенней волны коронавируса в Сингапуре пока не наблюдается.

В обновленной редакции информации о коллективном иммунитете на сайте ВОЗ сообщается: «Коллективный иммунитет, также известный как популяционный иммунитет, — это непрямая защита от инфекционного заболевания, которая возникает, когда у населения вырабатывается иммунитет в результате вакцинации или перенесенной инфекции. ВОЗ поддерживает достижение коллективного иммунитета посредством вакцинации, не допуская распространения болезни среди любого сегмента населения, поскольку это может привести к неоправданным случаям заболевания и смерти».

В Швеции по меньшей мере один человек, эксперт по инфекционным заболеваниям Пеэт Тулль, еще в марте видел, какая беда надвигается на его страну, и пытался это предотвратить. В своем последнем письме Тегнеллу 15 марта Тулль буквально умолял чиновников от здравоохранения предпринять действенные противоэпидемические меры.

«Вы не можете просто стоять в стороне и наблюдать. Если вы боитесь, что может погибнуть много людей, нужно приложить все усилия, чтобы этого не произошло. Недостаточно “верить”, что это невозможно», — цитирует его слова журнал Foreign Policy.

«Это масштабный эксперимент. Мы понятия не имеем, как сработает шведская стратегия. Может и сработать. Но [эксперимент] все еще может пойти в очень неправильном направлении»,

— предполагал в конце марта Йоаким Роклев, профессор эпидемиологии шведского Университета Умео, рассуждая о возможности формирования коллективного иммунитет в Швеции. Как показали дальнейшие события, эксперимент в стране-«лаборатории» с 10-миллионным населением, все-таки не удался.

Вернуться к началу

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Аналитика
Аналитика
Новейшее
Интересно

Уведомляем, что на портале Lsm.lv используются т.н. cookie-файлы (cookies). Продолжая использовать портал, вы соглашаетсь с размещением и хранением cookie-файлов в вашем устройстве. Подробнее

Принять и продолжить