И Швеция, и Норвегия усомнились в своих стратегиях сдерживания Covid-19

Внутреннее распространение коронавируса в Норвегии и Швеции началось практически одновременно. Две скандинавские страны-соседки выбрали диаметрально противоположные стратегии в отношении пандемии. Через два с половиной месяца каждая из них признала, что ее выбор был не совсем правильным.

В интервью Sveriges Radio на этой неделе главный эпидемиолог Швеции Андерс Тегнелл впервые с начала эпидемии признал, что смертей от Covid-19 в его стране было слишком много, и властям следовало действовать активнее и принимать больше антиэпидемических мер.

Незадолго до этого глава отвечающего за инфекционный контроль государственного Норвежского института общественного здоровья Камилла Столтенберг выступила с не менее сенсационным заявлением: Норвегия могла сдержать эту эпидемию и без карантина.

Оба руководителя эпидемиологических структур, оглядываясь назад, утверждают:

все можно и нужно было сделать иначе, и, если осенью придет вторая волна эпидемии, уроки первой должны быть учтены.

В чем заключаются эти уроки?

Одинаковое начало

В обе страны коронавирус был завезен из Китая. В Швеции «пациентом номер 1» стала жительница города Йёнчёпинг, вернувшаяся на родину из Уханя 24 января, и уже 31 января получившая положительный результат на тест. Второй «коронаноситель» вернулся в Швецию из Италии 26 февраля. С 9 марта в стране начали фиксироваться случаи местного заражения.

В Норвегии о первом заразившемся стало известно 26 февраля. «Пациентом номер 1» тоже была женщина, незадолго до того посещавшая Китай. Следующие случаи Covid-19 тоже были «импортными» — из Италии и Ирана. Стадия внутреннего распространения в Норвегии началась 3 марта.

Разные стратегии, разный результат

Власти Норвегии отреагировали быстро и жестко: был принят специальный закон о коронавирусе, и с 12 марта начали действовать суровые карантинные меры. Были закрыты школы, детские сады, высшие учебные заведения, бассейны, спортзалы и другие общественные места. Все культурно-развлекательные мероприятия были отменены, все услуги, предполагающие близкий контакт, приостановлены.

Больше всего норвежцев расстроил запрет на посещение своих загородных коттеджей. Но правительство проявило твердость, понимая, что на выходных горожане начнут развозить вирус в сельскую местность. В некоторых случаях для соблюдения этой меры властям понадобилась помощь армии.

В Швеции было решено не останавливать экономику, не вводить карантин и положиться на сознательность граждан. Рекомендации медиков ограничивались простыми санитарно-гигиеническими советами — мыть руки, не чихать на окружающих, соблюдать дистанцию и, по возможности, работать из дома.

Для многих изнывающих в карантине жителей стран Европы Швеция стала образцом здравомыслия в пандемии. Однако этот эксперимент оплачен дорогой ценой. На 41 883 случая Covid-19 — 4562 летальных исхода, то есть смертность составляет 10,9%. Групповой иммунитет, который главный эпидемиолог страны обещал к концу мая, пока что не сформировался. По последним данным, которые Rus.Lsm.lv уже приводил, антитела к коронавирусу на данный момент выработали всего около 7% населения.

В Норвегии выявленных случаев Covid-19 — 85 10, смертей — 238, и смертность почти в 4 раза ниже, чем в Швеции. Уже 6 апреля норвежский минздрав заявил, что эпидемия находится под контролем, и коэффициент распространения инфекции (R) снизился до 0,7 (т.е. один болеющий заражает менее одного здорового). В конце апреля в стране первыми открылись детские сады, школы, университеты, парикмахерские, салоны красоты — и норвежцам наконец-то разрешили поездки на дачи в горах и у моря. В мае постепенно снимались остальные ограничения.

Норвежский урок: карантин неэффективен, когда эпидемия уже идет на спад

Глава эпидемиологического агентства Норвегии в  интервью государственному каналу NRK рассказала о завершении обработки данных, характеризующих сложившуюся в марте ситуации. Анализ показал, что вполне достаточно было бы и менее радикальных шагов. По словам Камиллы Столтенберг, коэффициент R можно было поддерживать на низком уровне «с помощью мер инфекционного контроля, не закрывая страну на карантин».

Согласно отчету (.pdf), опубликованному Норвежским институтом общественного здоровья в мае, решение о введении карантина был принято в тот момент, когда распространение коронавирусной инфекции в стране уже шло на спад.

«Похоже, что к 12 марта, когда были введены жесткие меры, репродуктивный коэффициент R уже понизился примерно до 1,1. Возможно, было бы не так уж сложно снизить его до уровня ниже единицы. В ретроспективе мы видим, что кривая инфицирования уже была на пути вниз», — говорится в отчете.

Статистическое агентство Норвегии, со своей стороны, подсчитало часть цены, которую заплатила Норвегия за карантин. Аналитики попытались выразить в деньгах экономический ущерб, возникший из-за замедления развития детей и подростков, вынужденных прервать обучение на всех уровнях, от детских садов до средних школ и высших учебных заведений. Статистики называют (.pdf) этот ущерб «потерянным человеческим капиталом» и в масштабах страны оценивают его в 1,7 млрд. крон (160 млн. евро) за каждый день «локдауна». Эта сумма складывается из дохода, которые недополучат в будущем сегодняшние школьники, и прибавленной стоимости, которую не создали присматривавшие за находившимися в домашнем карантине отпрысками родители.

Комментируя закрытие школ, Столтенберг отметила, что научное обоснование этого шага не было достаточно веским. Она настоятельно призвала власти не применять строгий карантин в случае второй волны Covid-19. По ее мнению, будет вполне достаточно, если население будет следовать советам по профилактике инфекции.

Шведский урок: начинать тестирование раньше, изолировать пожилых лучше

Главный идеолог шведского ответа на Covid-19 Андерс Тегнелл на этой неделе впервые признал, что этот ответ мог бы быть и получше, и все можно было бы сделать несколько по-другому.

«Мы еще многого не знаем. Можно сказать, что нам следовало еще лучше подготовиться к защите пожилых. И было бы хорошо, если тестирование было начато раньше», — заявил он в интервью Sveriges Radio.

Правда, при этом эпидемиолог не отказывается от шведской стратегии и до сих пор считает ее хорошей.

«Всегда

все можно сделать лучше, особенно когда смотришь из настоящего в прошлое.

Если мы опять столкнемся с этой болезнью, с учетом наших сегодняшних знаний о ней, я думаю, мы выберем какой-то промежуточнчый путь между тем, что делала Швеция, и тем, что предпринял остальной мир», — заявил Тегнелл.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Аналитика
Аналитика
Новейшее
Интересно