Андрей Шаврей: Манифест Нового рижского театра Алвиса Херманиса. Что это было?

Художественный руководитель Нового Рижского театра Алвис Херманис на излете зимы выпустил в Facebook «Семь правил этичного поведения для работников и зрителей Нового Рижского театра». И всколыхнулись заточенные в пандемийном уединении театральные массы. И откликнулись деятели искусств в сопредельных странах. И пошли «репосты». А если подумать - ну что это было?

Прежде, чем пройтись по семи «заповедям от Херманиса» (в конце концов, театралы их все читали) хочу отметить, что вот руководитель московского театра на Малой Бронной Константин Богомолов тут же отписал: «Блистательный текст Алвиса Херманиса. Правила его театра. С разрешения Алвиса беру их в наш театр. На Бронной. И рекомендую всем. Так победим».

Хотя сложно найти более разноплановых режиссеров, чем Херманис и Богомолов. Первый – с большим чувством юмора, с сильным стержнем, и в подходе к театральному процессу весьма деликатный. Второй – и человек, и режиссер весьма нервического склада, делает такие вещи на сцене, что просто «нет сил, нет слов, как пишут на кладбищах». Помню, как он переиначил классическое «Гнездо глухаря» Виктора Розова, а особенно финал - эту постановку показывали у нас в «Дайлес» во время «Золотой маски в Латвии». Не забуду! Не прощу!

А вот бывший художественный руководитель Рижского Русского театра им. М.Чехова Игорь Коняев (сейчас вновь в Санкт-Петербурге) сообщает, что Алвис Волдемарович просто «хайпанул». И знаете, какая доля правды в этом его предположении есть - спектакли не выпускаются, театральный процесс в застое. Что делать? Правильно - писать.

Я не исключаю, что как раз в этом театральном антракте, накрывшем Латвию, Алвис и пишет. Возможно, новую пьесу. В конце концов, он автор пьесы «Белый вертолет» (там, где Михаил Барышников Папу Римского играет). На мой взгляд, очень удачная драматургия, давай следующую, Алвис! Ну, а в перерыве между писанием господин Херманис выпустил манифест. Думаю, это манифест не просто Нового Рижского театра, а вообще – Нового театра.

Самое время. Потому что время пандемии – это сильнейший удар по театру, во всяком случае по латвийскому. Он у нас если и есть, то теперь виртуальный, «онлайн». Пандемия когда-нибудь кончится (близкий к театру историк моды Александр Васильев утверждает авторитетно, что весной 2022 года). И мы вернемся в театр. Глупо было бы сесть в партер и вернуться в приятные ощущения допандемийного 2020-го. Театр – процесс, не стоит на месте.

Итак, пункт 1. «В нашем театре свобода слова разрешена без каких-либо ограничений». Ну, так это всегда так было. Ничего, представляете, нового!

Пункт 2. «Наш театр и политкорректность несовместимы». Хм, интересно...

«Объектом внимания театра является изучение человека во всех его проявлениях. Если мы позволим проявляться только красивой и благородной стороне человеческой натуры, то мы никогда ничего не узнаем о ее тайнах и безднах, – а это именно то, что нас интересует и в работе, и в жизни. Потому что остальное – это просто скучно и неправда».

Ну так и с этим не поспоришь. И это тоже у Херманиса всегда так было. Правда, на сей раз Алвис добавляет в этом пункте: «Если в театр приходит политкорректность, его надо закрывать, а нам всем расходиться по домам».

Что-то тут связано с «политкорректностью». Алвиса кто-то обижает из «сильных мира сего» (то есть, латвийского)? В конце концов, заметим в скобках, что должности художественных руководителей театров в Латвии уходят в прошлое. Но Алвис – по-прежнему художественный руководитель. Не просто главный режиссер – это немного другая ипостась.

Тут, кстати, уж действительно больше Богомолову (почему-то вспоминается «и примкнувший к ним Шепилов» из времен Хрущева) надо волноваться, а не Херманису.

Пункт 3. «В нашем театре разрешено шутить обо всем и без каких-либо ограничений». О да! Даже о смерти Алвис позволяет себе шутить на сцене, но получается это со слезами на глазах. Как, например, в его прекрасном спектакле «Поздняя любовь» по Исааку Башевису Зингеру.

Но идем дальше: «Разрешено рассказывать оскорбительные анекдоты без какой-либо цензуры». Хм, опять забавно. Анекдоты - одно дело, но оскорбительные? Кстати, убежден, что Богомолов уже прочитал эти строки и обиделся на «и примкнувший к ним Шепилов». И что делать, Алвис? Секундантом будешь?

Ладно идем дальше! «Tālāk! Дальше!». Был давно спектакль под таким названием у Херманиса, по пьесе Максима Горького «На дне», «Дальше!» - это первое слово в той пьесе.

«Если человек работает в театре или приходит в театр как зритель, ему нужно быть готовым к ситуации, когда кто-то может задеть его словом или оскорбить его чувства. Это всего лишь проблема его личного восприятия. Жить среди людей, которые не похожи на тебя, – это совершенно нормально, это часть нашей жизни. Если человек не справляется с данной проблемой или слишком чувствителен в этом смысле, советуем ему воздержаться от посещения театра».

Вот тут надо уточнить, господин Херманис. Задевает словом и оскорбляет чувства кто? Режиссер? Актер? Буфетчик? Или зритель? И если в антракте один из посетителей говорит мне: «Ну ты, Шаврей, и м***к!», то надо ли мне смотреть пункт 2? Или сразу же бежать к пункту 4?»

Кстати, вот пункт 4. «В нашем театре разрешено флиртовать и заводить романы как между актерами, так и между зрителями, а также в любых других комбинациях». Совершенно солидарен! Крепко жму руку. Я за! Особенно за «в любых других комбинациях». Несомненно. Браво. Благодарю.

Пункт 5. «В нашем театре разрешено работать людям с самыми разнообразными политическими взглядами. Чем мы больше отличаемся друг от друга, тем лучше и интереснее».

Так оно и есть, и уже давно. В Новом Рижском театре работают и Гуна Зариня, приверженница явно крайне правых взглядов, а также скорее, «либеральный левак» Гундарс Аболиньш. И оба замечательные актеры. Хотя Гуна, на мой взгляд, слегка однообразна. Если она тут же обиделась (а она может!), пусть быстро смотрит пункт 2 и пеняет отныне на своего худрука.

Пункт 6. «В нашем театре не прячут и не стыдятся своих политических убеждений. Они могут быть поводом для открытых разговоров, споров и ссор».

А что тут спорить и ссориться? Совершенно согласен. Правда, опять же необходимо чуточку уточнить. А если придет нацист? Или самый настоящий коммунист? Они же запрещены, равно как и их символика! Если что, остается уповать только на то, что это все театр!

Пункт 7. «В нашем театре каждому позволено верить в то, что его взгляды самые правильные».

Безусловно! Все мои рецензии на спектакли НРТ (не только на постановки Алвиса Херманиса) - самые точные, верные, политкорректные и, разумеется, гениальные! И не спорьте! Если не согласны, смотрите все предыдущие пункты!

«И да благослови вас Бог!», - завершает Алвис Херманис, художественный руководитель НРТ.

Что еще добавить? Текст хороший и верный, под его руководством мы, безусловно, придем к НОВЫМ свершениям. Но меня удивляет только одно - насколько серьезно этот манифест восприняли очень многие. В этом манифесте ведь столь много юмора! Если вы его не заметили, то у вас этого юмора просто нет. И если вы вдруг, ах, нечаянно обиделись, то мне пофиг и идите «в» и «на». И если что, см. пункт 3.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Еще видео

Рекомендуем

Уведомляем, что на портале Lsm.lv используются т.н. cookie-файлы (cookies). Продолжая использовать портал, вы соглашаетсь с размещением и хранением cookie-файлов в вашем устройстве. Подробнее

Принять и продолжить