Проблему низкой рождаемости одними пособиями не решить

Экономическая ситуация в Латвии по сравнению с послекризисной заметно улучшилась — но все равно, согласно имеющимся данным, детной семье даже с двумя работающими родителями трудно покрывать все издержки, рассказала специалист ЦСУ Сигита Шульца в дискуссии «Открытый вопрос» на Латвийском радио 4. Неудивительно, что рождаемость в Латвии снижается с середины 2016 года. Для перелома негативной тенденции государству нужен комплексный подход, признали участники передачи.

Проблему низкой рождаемости одними пособиями не решитьОксана Донич

    В наши дни люди становятся намного мобильнее. Они больше готовы жить по-другому,  хотят дольше учиться, пожить в других странах, прежде чем стать родителями, говорит Сигита Шульца, специалист отдела социальной статистики ЦСУ Латвии.

    «И, конечно, мы — страна, где не так много людей, и именно эти люди, молодые, учащиеся, которые много переезжают, это они рожают детей. Есть тенденция, что латвийские мамочки становятся старше на момент рождения первенца, и если еще сокращается число молодых родителей — понятно, что эти цифры показывают, что рождаемость падает, и нас становится намного меньше».

    Шульца назвала новый суммарный коэффициент рождаемости: в 2018 году он составил 1,62.

    «Он показывает, сколько детей могло бы родиться у женщины, если бы рождаемость оставалась на этом же уровне в течение всей ее жизни. Это главный коэффициент, по которому определяется, какая тенденция ожидает нас и насколько люди готовы рожать. Если

    в 2016-м мы были оптимистами и говорили, что коэффициент приближается к двум (1,743), а для нормального воспроизводства надо 2,2 ребенка в семье — то сейчас уже видно, что это было слишком оптимистично, и теперь он падает. Ну, после кризиса было 1,3 ребенка... Сейчас растет число третьих и четвертых детей у матерей. Но меньше первенцев».

    Переломным моментом, по словам главного редактора Rus.lsm.lv Александра Краснитского, стало лето 2016 года: это начало спада числа рождений в пересчете на 1000 женщин. И уже  три года подряд число потенциальных матерей в Латвии сокращается гораздо медленнее, чем число рожденных ими детей.

    «Полные данные, которые можно найти в базе ЦСУ, показывают: в 2017 году, по сравнению с 2016-м, число потенциальных матерей в возрасте 30 лет выросло на 3,3%, а число детей — упало на полтора. А в категории 28 лет (я только самую фертильную группу взял, 28-32 года) число женщин сократилось на 4% — а число детей на 9,9%.

    В других возрастных группах такой выраженной динамики нет.

    Почему-то не рожают в самом замечательном, пиковом возрасте! На который ежегодно приходится порядка 70% всех рождений каждый год. Что произошло? Это какой-то непонятный психологический феномен?

    Который, кстати, наблюдается и в Литве (но не в Эстонии — там мигранты статистику смазывают, делая им красивую картину, в прошлом году 600 человек прибыло, и они там уже начали рожать детей; а те из мигрантов, у кого дети уже есть, кстати, выбирают русские школы).

    Какое-то рациональное объяснение данным же должно быть. Послекризисный всплеск рождаемости — это, понятно, отложенные из-за кризиса роды. Этот пик потом выровнялся. Но затем пошел опять минус — причем показатели хуже, чем до кризиса. Начинаю думать: пиковый возраст для рождения детей — 30 лет. Что у нас было 30 лет назад? Чернобыль? Но нет, не мог он зацепить тех, кому сегодня 31-33.

    Но какая-то причина есть!

    Единственное, что приходит на ум — тот самый геополитический климат, как ни странно. Когда из окружающего пространства тебе каждый день говорят по радио, по телевизору: отношения с восточным соседом все хуже и хуже, гибридная война, танки собираются на границе, 100 тысяч солдат проводят учения в Белоруссии на латвийской границе... Тут три раза подумаешь — надо ребенка или подождем.

    И хорошо, если подождем, тогда какой-то маленький всплеск рождаемости впереди будет. Если принято решение «нет», тогда, значит, уже нет.

    И это сейчас еще пока, слава богу, у нас еще относительно стабильная смертность. Самая крупная группа населения, 60+, она только начинает уходить на пенсию. А так называемый возраст смерти средний — 74. И что будет через 10 лет, неизвестно — разрыв с рождаемостью и в три раза может быть, потому что самая многочисленная группа населения станет самой старой и начнет умирать. Никто не живет вечно, к сожалению».

    Бывший министр финансов Дана Рейзниеце-Озола — мать четверых детей. Она рассказала, что, конечно, родители принимают решение родить ребенка, когда есть стабильность и безопасность, уверенность в будущем. Но в Латвии есть еще один фактор, и он может являться одной из причин, по которой люди воздерживаются от родительства:

    «Многие семьи должны заботиться и о собственных родителях. И если они уже стареют-болеют, молодая пара думает — а может ли она позволить себе родить ребенка... Чем хуже система здравоохранения, тем более важным фактором это является.

    Например, мои родители уже ушли — но родители супруга живы, они самостоятельны, и они даже помогают нам.

    И еще один фактор — в Латвии треть всех детей растут в неполных семьях. И может, мама приняла решение родить, но на второго уже не пойдет, пока у нее не будет помощи другого человека, партнера».

    По словам Линды Лиепы, замдиректора департамента политики семьи и детей Министерства благосостояния, с 2013 года проведено два исследования о причинах, которые побуждают население обзаводиться потомством. В 2013 году необходимыми для планирования беременности критериями называли стабильность экономики, отношений между супругами, помощь родственников, позитивный опыт с первенцем.

    «Второе исследование было в 2018-м. И хотя экономическая ситуация в стране со времени кризиса существенно улучшилась, до сих пор даже экономически активным семьям, где оба родителям работают и получают средние доходы, все еще крайне обременительно как следует покрывать все издержки, купить такое жилье, какое семья хотела бы, и так далее. И кроме того, что интересно в этом исследовании,

    все актуальнее становятся риски, связанные с сексуально-репродуктивным здоровьем.

    При принятии в этом году правительственной декларации и плана действий было предусмотрено несколько мер именно в демографической сфере. (...) И одна из них — оценить целенаправленность и обеспечение финансированием системы семейных пособий. Ведь в прошлом году были введены существенные изменения в пособиях, доплаты за детей».

    Бывший глава Минфина Рейзниеце-Озола добавила:

    «Одними пособиями добиться невозможно. Важно помочь, чтобы люди знали: если у них родится второй-третий ребенок, они не окажутся на грани или за гранью бедности. Важно помочь молодым мамам оставаться на рынке труда (чтобы самоуправления помогали с детскими садиками). Если же

    мать остается с ребенком дома и присматривает за ним, а государство не платит за нее соцвзносы для накопления пенсии — это тоже неправильно! Это нужно изменить. А то получается, мама должна доплатить за то, что она собралась и родила ребенка».

    И время отпусков по уходу за детьми, продолжила Линда Лиепа, как раз по этой причине предусмотрено в будущем в полном размере засчитывать в трудовой стаж для начисления пенсии.

    Представитель ЦСУ Сигита Шульца отметила, что одними пособиями тенденцию переломить явно не удастся. Эффект возможен лишь кратковременный. Чтобы пособия были эффективными, их нужно повышать все время. Нужно, по словам Шульцы, смотреть на глубинные причины, на то, как люди тут себя чувствуют:

    «В Скандинавии — большое гендерное равенство. Мужчина и женщина оба смотрят за ребенком и поровну делят ответственность. Это стимулирует решать иметь больше детей, потому что двоим намного легче заботиться о детях. И если что случается, тогда государство может помочь.

    И второе: ребенок живет не только эти два года! Посмотрим, что дальше? Сейчас среднее образование государство уже более-менее помогает получить, а высшее образование детям из многодетных семей практически недоступно. Государство оплачивает только плату за учебу половине этих молодых людей. А чтобы выжить, семье деньги тоже нужно где-то взять.

    И это очень печально — мы думаем слишком краткосрочно, у нас нужны эти цифры [рождаемости], но мы не думаем, что этого ребенка нужно содержать до 25-26 лет, чтобы он мог включиться в рынок труда и какое-то сносное качество жизни иметь! Я работала в фонде ЛУ, где молодые люди могут получить стипендию. Но очень маленькая стипендия, мало кто может ее получить. И очень много детей, у которых родители, например, занимаются обработкой земли — стипендии детям не дают, они не малоимущие для государства, а  кредитов не дают, потому что они бедные. И у этих детей нет будущего».

    Как ранее сообщал Rus.lsm.lv, в Латвии в прошлом году, по подсчетам Центрального статуправления, население сократилось на 14,4 тыс. человек. И доминирующей причиной продолжения депопуляции страны оказалась именно низкая рождаемость.

    Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

    Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

    Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

    Аналитика
    Аналитика
    Новейшее
    Интересно