Андрей Шаврей: трагедия местного масштаба — у каждого были свои «тараканы»

Улдиса Лейшкалнса знает всякий, кто считает себя истинным рижанином. Уже более двадцати лет это голос Старой Риги — его, уличного певца и обладателя сочного баритона, знают, кажется, все местные. Прошло уже две недели после премьеры фильма, посвященного ему — в культурном пространстве Autentika презентовали киноленту режиссера Марты Калнини «У Каждого Свои Тараканы» (KST Katram Savi Tarakāni). А написать об этом трудно. Слишком личная история, но написать надо.

В фильме рассказывается о жизни уличного певца, голос которого по вечерам слышен далеко, за несколько кварталов от того места, где он обычно поет — на Ратушной площади. Или на углу улиц Вальню и Калькю. Или на рынке. Он истинный символ Старого города, но не каждый знает, как он к этой роли (пожалуй, уже самой главной в его жизни!) пришел.
 
Начинал он в Латвийской Национальной опере в середине 1990-х. Из него делали нового солиста, и вроде все данные к тому были — голос у Улдиса до сих пор звучит, и как, а уж тогда-то... Даже исполнял роль Лачплесиса в «Огне и ночи» Мединьша в постановке Алвиса Херманиса (это была первая премьера в Опере после реконструкции театра). В фильме есть фрагменты и из оперных постановок того времени, и из его концертов в бельэтажном зале. А потом он был уволен. Вдруг. Как и более ста других сотрудников Оперы. И так уж исторически сложилось, что эта смена эпох пришлась на время прихода на пост директора театра Андрея Жагарса.

«И кто теперь меня помнит? Да, меня знают по улице и говорят: «О, да, ты в мясном павильоне Рижского рынка поешь. Да, сенсация — бывший солист Оперы поет в Мясном павильоне».

Да, это теперь стало аксиомой — с приходом на пост директора оперы Жагарса театр вышел на новый уровень, но не каждый знает оборотную сторону этой воистину золотой медали — множество реально поломанных судеб артистов.
 
«Этому нет объяснения. В этом не виноват артист. Виновны крысы из Министерства культуры и их приспешники. Я не хочу быть мазохистом. Но я не был лентяем. Было такое время. И меня «вычистили» вместе с главным дирижером Александром Вилюманисом и другими двумястами специалистами. Как будто некий Черный рыцарь восстал. И Жагарс подписал приказы об увольнении многим специалистам и сломал жизни многих из них. Увольняли и молодых, и старых, худых и толстых, симпатичных и не очень, мудрых и глупцов. Сказали — ты неудачник! И вини себя сам!»
 
Чем не угодил Улдис — можно гадать. Слишком крестьянский внешне для высокого и аристократического оперного жанра? Спросите у тараканов...
 
Для меня лично эта история очень личная, поскольку в том же 1998 году, что и Улдис, из театра была уволена и моя мама, перед этим 38 лет отработавшая скрипачкой оперного оркестра. Но маме еще «повезло» — у нее как раз наступил пенсионный год, и ее отправили на пенсию, без почета, премий и почетных грамот. Я видел состояние мамы и теперь задним умом понимаю: какое счастье, что не кончилось, предположим, петлей. Хотя еще года три мама не могла проходить мимо родного театра, а внутрь, на спектакль (уже как зрительница) впервые зашла туда только через лет пять.
 
Тяжелее было, например, нашей выдающейся примадонне и народной артистке Солвейге Рае. Да, наверняка она уступала Ирене Мильквечюте, великой литовской сопрано, приглашенной на главные роли в Ригу вместе с приходом в должность главного дирижера уже тогда именитого Гинтараса Ринкявичюса. Но

все-таки Солвейга еще была в форме, а после увольнения идти ей было просто некуда. Мы же не Эстония, в которой два оперных театра (в Таллине и Тарту), а у нас Опера — одна на всех. Пара камерных концертов перед пенсией, и... тишина. Недавно ей вручили орден Трех звезд — заслуженно, кстати.

В кадре сейчас видно, как Улдис, одетый в смокинг и при бабочке, ходит по театру, в котором он начинал. Для него это действительно храм. Видно, что для него расставание с театром, несмотря на молодость, было катастрофой. Потому что буквально — некуда идти, кроме как на улицу. Опять же — у нас Опера одна на всех, другой нет. А о поездке за границу тогда еще никто и не мечтал — в те времена это был редкий удел мастеров такого уровня, как Инесса Галанте. Но самое интересное, что уже более двух десятилетий прошло после той истории, а Улдис еще надеется вернуться в Оперу. Голос звучит!
 
Кто виноват? Время? Обстоятельства? Люди, у каждого из которых свои тараканы в голове? Спустя годы Андрей Жагарс говорил мне во вполне официальном интервью, что сожалеет, что тогда были обижены многие артисты, но, добавил он, для поднятия уровня театра на радикально новый, высокий уровень у него иного выхода не было. Такова краткая история нашей театральной эпохи.
 
«Улдис, где потом мы можем увидеть фильм о тебе?» — «Ну как где, на BBC, CNN...» Шутит, конечно. У него тоже свои тараканы. Иногда они бывают веселые.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

За эфиром
За эфиром
Новейшее
Интересно