Личное дело

Что не так? Эгилс Левитс. Президент работает.

Личное дело

Что не так в энергетике Латвии?

(Не)детская история

Возможное насилие над детьми: чтобы начать расследование, понадобилось пять лет

К журналистам «Личного дела» обратилась женщина. Она подозревает, что ее приемного ребенка могли сексуально использовать. Сейчас ему 10 лет. Он начал рассказывать, что происходило с ним и его братом, когда ему было четыре года и они жили в другой приемной семье. И этот рассказ совершенно недетский. Но, что еще поразило «Личное дело» в этой истории — это реакция правоохранительных органов и Сиротских судов: женщине и ребенку никто не верит.

Предупреждение: этот видеосюжет может вызвать тяжелые негативные эмоции и не предназначен для просмотра детьми, взрослых же просим принять взвешенное решение — хотят ли они его смотреть.

В видео практически у всех героев будут закрыты лица — чтобы максимально защитить права ребенка. Его никто не должен узнать.

Эта женщина  приемная мама. Ее сыну сейчас 10 лет. Она подозревает, что до того, как ребенок был усыновлен, (то есть, когда ему было 4-5 лет) его сексуально использовали. В этой истории мы не можем показать практически ни одного лица, чтобы уберечь ребенка. Но и не рассказать ее тоже не можем. В ней есть и приемная семья, и Сиротские суды, и полиция. И главный вопрос: почему, если есть сигнал, оперативно на него не реагируют?

Пять лет назад эта женщина хотела усыновить двух детей. Старшему ребенку на тот момент было восемь, младшему четыре. Она вспоминает: странное поведение началось буквально с первого дня знакомства.

То, что старший ребенок пережил сексуальное насилие, не исключал и психолог Сиротского суда. Еще в 2016-м году женщина написала заявление в полицию. Полиция материалы дела разделила на две части: сексуальное насилие и физическое.

По сексуальному насилию криминальный процесс вообще не был начат, пришел отказ, по физическому – процесс открыли, но потом закрыли — из-за отсутствия состава преступления.

Так как женщина думала, что проблемы только у старшего ребенка, усыновить она решилась и младшего. На какое-то время в новой семье поселились тишина и покой. Но потом, по ее словам, появились странности в поведении младшего ребенка.

Психологи, неврологи, а потом и психиатры — за пять лет ребенок сменил множество специалистов. Но, по словам мамы, становилось только хуже, добавилась еще и агрессия.

Этим летом, когда ребенку уже исполнилось 10 лет, он начал рассказывать, что произошло с ним и его старшим братом в той самой приемной семье, где мальчики жили почти два года до усыновления.

В июле этого года женщина снова обращается в полицию. Через месяц, в августе, решила проверить, как продвигается следствие. Тогда же узнала, что процесс опять не начат, лишь идет ресорическая проверка. Женщина решила обратиться в Генпрокуратуру, Бюро омбудсмена и к журналистам, чтобы не повторилась история пятилетней давности.  

Ответ Бюро омбудсмена маме таков: запросив всю необходимую информацию, они приходят к выводу, что полиция с рассмотрением заявления затянула. Приводят Закон о защите прав детей, где сказано — заявления и жалобы, касающиеся детей, рассматриваются незамедлительно.

Из того же письма становится известно, что надзирающий прокурор потребовал у начальника Бюро Криминальной полиции региона срочно решить о начале криминального процесса несмотря на то, что ресорическая проверка еще не закончилась.

Из полиции журналистам приходит ответ — 31 августа криминальный процесс все-таки начат, ребенок получил статус особо охраняемого потерпевшего. Такой статус дают, в том числе, несовершеннолетним, жертвам насилия, пострадавшим от преступлений против половой неприкосновенности.

Но статуса подозреваемого на данный момент ни у кого нет.

Два месяца должно идти следствие. В ноябре журналисты отправились в поселок, где живет та самая приемная семья, о которой рассказывает мальчик, там встретили и первую маму. В местном магазинчике рассказали — у той самой семьи и сейчас есть приемный ребенок.

Приемные семьи находятся под контролем Сиротских судов — в этой истории участвовали целых два таких суда. Ни один из них, ссылаясь на пресловутый Закон о защите прав детей, не согласился прокомментировать ситуацию.  

В Инспекции по защите прав детей, под контролем которой находятся сами Сиротские суды, журналистам ответили: «Да, мы получили заявление и уже отправлен запрос в Сиротский суд по поводу трех дел, фактически: как приемной, так и новой семей. После получения материалов, проведем свою проверку».

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Популярные
Рекомендуем

Уведомляем, что на портале Lsm.lv используются т.н. cookie-файлы (cookies). Продолжая использовать портал, вы соглашаетсь с размещением и хранением cookie-файлов в вашем устройстве. Подробнее

Принять и продолжить