Личное дело

Не (с)могут договориться

Личное дело

Личное дело

Факты или интерпретация?

Занижающая число жертв нацистов декларация Сейма остаётся в силе

Почти ровно 20 лет назад Сейм принял Декларацию о латышских легионерах во Второй мировой войне. Она посвящена одному из самых трагических и противоречивых периодов в истории Латвии. И, согласно ей, истребление граждан Латвии нацистами, включая и Холокост, «затронуло в гораздо меньшей степени», чем советские репрессии. Сегодня историки указывают на фактологические ошибки, но говорят, что об обелении нацизма речи не идет. Политики признают неточные интерпретации, но среди депутатов нового Сейма нет единого мнения относительно того, нужно ли исправлять ошибки предшественников, выяснила программа Русского вещания LTV7 «Личное дело».

Без малого 20 лет назад, 29 октября 1998 года, на своем последнем заседании уходящий VI Сейм проголосовал за Декларацию о латышских легионерах во Второй мировой войне. Это одна из всего восьми деклараций, принятых Сеймом в современной Латвии, и лишь четыре из них касаются исторических событий.

Основная мысль этого документа — что латышские легионеры Waffen SS, в массе своей насильственно призванные нацистами, защищали Латвию как обычные солдаты и не имеют ничего общего с гитлеровскими акциями по уничтожению мирного населения. Среди прочего, декларация гласит: «Некоторая часть граждан Латвии действительно вступила в Латышский легион добровольно, но это произошло потому, что

СССР в 1940–1941 году осуществлял в Латвии геноцид.

Сотни людей были расстреляны без судебного приговора, десятки тысяч депортированы в отдаленные районы СССР.

Германия в это время тоже допускала военные преступления и геноцид в Латвии, но они затронули граждан Латвии в гораздо меньшей степени».

 «Это совсем некорректное предложение, потому что мы знаем, что

латвийские граждане — это были не только латыши, но и евреи, русские, поляки и так далее»,

— заявил «Личному делу» ведущий научный сотрудник Латвийского университета, доктор исторических наук Каспар Зеллис.

За первый год гитлеровской оккупации были уничтожены примерно 70 000 евреев, указал «Личному делу» доктор истории Карлис Кангерис, возглавляющий Центр общественной памяти (и глава комиссии по изучению т.н. мешков ЧК): «Тех, кто остался жив, примерно шесть тысяч, держали в малом гетто. Потом начали убивать людей в психиатрических больницах, там около двух с половиной тысяч было, потом — цыган, еще две с половиной тысячи, затем людей, которых считали коммунистами — до середины 1942 года это были примерно еще четыре тысячи человек. То есть

мы приходим к более чем восьмидесяти тысячам жертв в 1941 году».

От первой советской оккупации пострадали примерно 28 тысяч человек, добавил Кангерис (как уже писал Rus.Lsm.lv, примерно 15,5 тысяч из них — депортированные 14 июня 1941 года, остальные были репрессированы, и многие из них убиты, в Латвии).

Вся конструкция этой части декларации некорректна, и, более того, сравнение урона, нанесенного двумя оккупациями — не единственное несоответствие исторической правде в этой декларации,

подчеркнул в разговоре с LTV7 Кангерис. Тем не менее, это официальный документ, который по-прежнему в силе. Впрочем, обелением нацизма его считать нельзя, указали «Личному делу» оба ученых. Скорее декларацию следует воспринимать, как проявление особенностей восприятия истории в Латвии девяностых:

 «Это такой национальный нарциссизм того времени.

Если посмотреть, когда и как эта декларация была принята, каким был исторический ландшафт принятия этой декларации, можно сказать, что главным образом она была воспроизведена как [ответный] рефлекс на российскую историческую политику. Тогда [эта политика] начала говорить о возрождении нацизма в странах Балтии и [оказывать] влияние на западные масс-медиа, западных политиков», — пояснил доктор истории Зеллис.

Данная декларация — пример иерархии памяти, когда воспоминания одного народа ставятся превыше воспоминаний других, сказал LTV7 Денис Ханов, доктор гуманитарных наук и профессор Рижского университета им. Страдиня:

«Страдания были огромные, безбрежные, и так или иначе

все мы, к сожалению, склонны к тому, чтобы концентрироваться на своих собственных эмоциях, боли, и мы можем даже говорить о травматическом эгоизме,

о своеобразном нежелании услышать травму другого, потому что болит у нас у самих очень сильно».

Тем не менее, по мнению Ханова, в демократическом государстве должно быть принятие культуры и памяти другого как равноценной, поэтому ставить одни воспоминания превыше других — опасно.

 «Зачем нам считать — там 32, тут 22? Это преступление, как хотите. Против латвийских граждан и против других стран. Это преступление. А там

неправильно вписали какое-то слово? Ну господи, есть следующий парламент, который может это слово поправить. Мне кажется, там ничего особенного нет»,

— заявил «Личному делу» один из соавторов декларации Юрис Добелис. В 1998 году он был одним из 10 депутатов Сейма от «ТБ»\ДННЛ, предтечи нынешнего Национального объединения, подавших проект документа.

Ритвар Янсонс, депутат уже нынешнего (и следующего) Сейма от Нацобъединения, считает, что декларация неточна, и, возможно, к вопросу следует вернуться:

«С 1998 года прошло достаточно времени, и

мы могли бы о своей истории высказаться в другой декларации — куда более юридически точно и ясно, чем тогда.

У нас достаточно хорошие юристы, и будут хорошие юристы в следующем Сейме и Юридическом бюро Сейма. Это мог бы быть правильный путь — при этом не теряя мысль, которая была заложена в декларацию 1998 года».

 «Было бы правильно, если бы те люди, которые эту декларацию разрабатывали и поддерживали тогда, нашли в себе мужество сказать что да, в пылу эмоций... немножко... перегнули», — заметил депутат уходящего и будущего Сеймов от «Согласия» Борис Цилевич.

Многие из представителей других партий, избранных в XIII Сейм, опрошенных LTV7, даже не знали или не помнили о существовании такого документа. Один из лидеров «Развитию/За!» Даниэль Павлютс комментировать ситуацию  с декларацией отказался,  сославшись на занятость (как уже писал Rus.Lsm.lv, сейчас идут сложные переговоры о формировании будущего правительства). Ту же причину отказа назвали и в Новой консервативной партии.

Один из лидеров Союза «зелёных» и крестьян, премьер Марис Кучинскис признался «Личному делу», что с текстом декларации не знаком.

«Я не думаю, что суть в декларации. Суть в объяснении, суть в том, чтобы в школах мы говорили, объясняли, что такая история была»,

— добавил он.

Представители партий КПС (KPV LV) и «Новое единство» с текстом декларации ознакомились — по просьбе «Личного дела».

«Ошибки надо исправлять.

Если в общем, то необходима компетентная и основанная на контексте информация, на основании которой общество может сплотиться. Мы как партия это признаем, — заявил Атис Закатистов, член правления КПС. — Но является ли интерпретация [истории] в этой декларации основанной на фактах — я не знаю».

Законодатель уже решил проблему этой декларации о легионерах, приняв закон о статусе участника Второй мировой войны, считает лидер «Нового единства»  Арвил Ашераденс:

«Нам надо различать две вещи — это декларация, у которой нет силы закона...

Это просто политическая декларация Сейма.

И закон, который на данный момент Сейм принял и который уравновешивает эту позицию — признает, что люди, которые участвовали в войне [на обеих сторонах], уважаемы, и им присвоен отдельный статус, который привносит баланс в эту позицию».

Многие политики указали LTV7, что в Латвии нет практики исправления текстов деклараций. Значит, и эту корректировать, скорее всего, не будут.

1 комментари
Andrey Korolkevic
Даже назвав концентрационный лагерь трудовым,отмыться не получится и чем больше пытаются обелить своё прошлое,тем более ухудшают и без того мерзкое своё прошлое.Да и сегодня правящие пованивают национализмом.
Добавить комментарий
Комментировать, используя профиль социальной сети
Аналитика
Аналитика
Новейшее
Интересно