Можно трудиться хоть в 90, а вот умирать в 45 — это расплата за образ жизни — демограф

«Демографические вызовы: от знаний – к конкретным действиям». Конференция под таким названием проходит сегодня в Риге. Одна из тем дискуссии — об активном старении. Как Латвия выглядит на мировом уровне по позиции активного старения, в эфире «Домской площади» рассказал демограф Илмар Межс.

Межс: можно трудиться хоть в 90, а умирать в 45 — это расплата за образ жизниАндрей Хуторов

    Идея активного старения, по словам ученого, не в том, чтобы прожить как можно дольше — 80, 90 или 100 лет, — но в том, чтобы жить на склоне лет в полезном для здоровья труде.

    «Ну, «старость не радость»: никто же не хочет слишком рано уйти с рынка труда — уйти с позиции, на которой мы можем что-то давать обществу, нежели только брать, как больные. Тут характерен пример Финляндии. Всего лет 20-30 назад они так же быстро покидали рынок труда — в конце шестого десятка, в 60, еле-еле достигая этих 65 лет. Но это был образ жизни! Немножко неправильный. И мы еще должны работать с обществом. Так вот за 10 лет все финские масс-медиа помогали финскому народу, внушая, что здоровье — то, что поможет трудиться и жить дольше. То, что мы едим, как часто занимаемся спортом...» — поделился Межс.

    Здоровье населения старшего возраста в Латвии «не финское», признал демограф. Как и состояние системы здравоохранения.

    «По продолжительности жизни Латвия действительно больше не может похвастаться, как до войны — мы были одной из передовых стран по этому показателю. Теперь мы, скажем, даже на мировом уровне выглядим скромненько со своими 75 (в среднем) годами: 70 для мужчин и 80 для женщин — это слишком мало!

    Но если мы берем тех, что уже дожили до 65 лет, то они живут еще 12-13, а то и все 15 лет — до 82-85. И здесь разница между Латвией и Западной либо Северной Европой уже очень, очень невелика.

    Главная проблема — именно в том, как люди проживают свой четвертый-пятый десяток. Не должен человек сейчас умирать, когда ему 45 или 55. Это цена ошибок в образе жизни. Он нездоровый. И это происходит очень часто. Очень часто!»

    В Латвии повышается пенсионный возраст, постепенно приближаясь к планке 65 лет. В то же время в других странах (Германии, Франции) уже сейчас упоминаются возможные цифры повышения возраста выхода на пенсию — чуть ли не 75 лет, прозвучало в передаче. Латвийский инвестиционный банкир Гирт Рунгайнис, известный своими резкими высказываниями, и вовсе прогнозирует соотечественникам будущее вообще без оплачиваемой государством пенсии. По словам Илмара Межса, государственные пенсии, конечно, должны сохраниться. Но важно людям пенсионного возраста оставаться активными на рынке труда и ощущать свою сопричастность к событиям, вносить свой вклад в экономику:

    «Приведу в пример своего отца. Он потерял работу, когда ему было 79. И когда ему было 80-81, он еще старался найти другую работу! Он работал на Саласпилсском атомном реакторе и трудился компьютерным администратором (может быть, не самым главным). Но всё равно, главное — отношение: что он хочет быть полезным. Он даже последние пять лет, что работал, с этой зарплатой и поездками транспортом в Саласпилс чуть ли не доплачивал за свою работу. Но он хочет быть при деле! Он хочет быть нужным. И это очень важно.

    Мы же все знаем: вот молодая семья, у которой родители где-то в сельской местности — старшие же всю жизнь привыкли работать, там коровы, скот, сено — с утра до вечера! И

    возьмем такую старушку мать, бабушку в семью и поселим в рижской девятиэтажке в Плявниеки на пятый этаж. Через пару лет она умирает. Потому что у нее уже нет возможности работать и вносить свою лепту в семью (если не в общество). Она уже ненужной себя считает. Вот это мы должны как-то изменить, чтобы работодатели тоже увидели, что не одни только 30-летние — самые нужные спецы.

    Конечно, будут специальности, где, может быть, молодость должна будет доминировать. Но особенно в крупных трудовых коллективах очень уместны 60- и 70-летние! На днях по ВВС показывали 90-летнего мастера, он чинит машины. Он в свои 90 лет не будет, конечно, самые тяжелые работы выполнять, но он посмотрит, увидит, покажет этим молодым парням, как и что — и прекрасные у них взаимоотношения, и он со своим опытом очень хорошо может трудиться».

    Разумеется, отношение общества и работодателей не изменится в одночасье, признаёт демограф. Но у Латвии просто нет другого выбора:

    «Вот когда пять лет подряд работодатель не сможет найти никого молодого, а поработают у него один-два 60-65-летних — он и задумается: может быть, этот, я извиняюсь, старичок нам и пригодится, — отметил ученый. — Не вижу ничего плохого, когда человек в 65-68 идет работать (если здоровье ему позволяет). Пусть на неполный день, на полставки — прекрасно! Думаю, это выгодно и работодателям, и самому пенсионеру помогает немного поправить свой бюджет».

    В понедельник 11 февраля Министерство образования и науки устроило конференцию «Демографические вызовы: от знаний к действиям», посвященную обсуждению текущих и будущих демографических проблем.  Эксперты эксперты обсудили проблемы в сфере миграции, нехватку рабочей силы и старение населения, а также наметили наиболее подходящие для Латвии решения и пути улучшения коммуникации между исследователями и политиками. В дискуссии с политиками приняли участие представители Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), Еврокомиссии и Центра общих исследований Еврокомиссии, профессор Лондонской высшей школы экономики Ашгар Заиди, профессор Латвийского университета Михаил Хазан, демограф Илмарс Межс и другие эксперты, отмечает LETA.

    Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

    Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

    Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

    Аналитика
    Аналитика
    Новейшее
    Интересно