Андрей Шаврей: Премьера «Дона Паскуале» в Опере — и детишки писали в штанишки...

Финал сезона Латвийской Национальной оперы. Директор театра Зигмар Лиепиньш уже заранее объявил, что сколько можно в операх умирать! В том смысле, что в классических операх по сюжету преимущественно трагически отдают концы — то убьют кого-то, то отравят, то просто придушат. В общем, директор постановил, что пора перед летним отпуском просто посмеяться — и поставили «Дона Паскуале» Гаэтано Доницетти, нате вам.

Кажется, великий Гаэтано Доницетти писал, как «на душу ляжет», а ложилось постоянно и гениально. В результате за полвека жизни им написано аж 74 оперы! Преимущественно комические. Несколько из них по музыкальной партитуре — чего стоит один «Любовный напиток», оперный хит! — являются обыкновенными шедеврами. Среди них и «Дон Паскуале», одно из последних сочинений Гаэтано, полное восхитительных арий, дуэтов.

Есть даже серенада, которую композитор, честно говоря, написал по другому важному делу, но ее в последний момент втиснул в партитуру — видимо, ради гонорара. Все равно шедевр. Им, итальянцам, можно.

Приглашенный в Ригу для этой постановки Джорджо Барберио Корсети — истинный итальянец. И он темпераментно позволил себе все, о чем мечтал — нарежиссировал много, обильно, лицезреть совсем не скучно, тем паче, что и музыка не мешает, даже как бы и наоборот.

Режиссер не придумал ничего новаторского — он вывел героев «Дона Паскуале» из привычной «зоны классического комфорта», то есть перенес действо классического сюжета из их дремучего XVIII века... нет, не в наши дни, а в середину прошлого столетия. Это, как известно, годы расцвета итальянской классики кино, неореализма, а потому тут, в частности, в качестве видеоинсталляций от Игоря Ренцетти, Лоренцо Бруно и Алессандро Солимене (активно и повсеместно замещают декорации) — фрагменты из итальянских кинофильмов. И много чего еще, но об этом ниже.

В общем, режиссер реализовал в себе ностальгическую жажду по безвозвратно минувшему времени юности своих родителей и своему детском периоду тоже, и это прекрасно. И больше ничего не могу сказать, кроме того, что — ну, перенес и перенес.

Хотя это уже даже и не модно, давно привычно, и публика уже не сильно вздрагивает. Тем более, что музыка, озвучиваемая оперным оркестром под вдохновенным руководством Мартиньша Озолиньша, волшебная, а поют отлично.

Да, чуть не забыл сказать, что здесь занят весь цвет латвийской оперной труппы, которая может спокойно выступать в любом приличном оперном доме мира, просто там вакансии все заняты. Ваш слух усладят голоса Рихарда Мачановскиса и Кришьяниса Норвелиса (престарелый сластолюбец дон Паскуале), Инга Шлюбовска-Канцевича, Марлен Кейн, Юлия Васильева (хитрая вдовица Норина), турок Танзел Акзейбек, Михаил Чульпаев и Виестур Янсонс (Эрнесто), Янис Апейнис и Калвис Калниньш (Малатеста). А какой хор!

Все они разыгрывают почти водевильный сюжет, смысл которого — «каждый сверчок знай свой шесток», так что нечего старому дону по юным девкам сохнуть.

Тут есть проблема, конечно. Дело в том, что «Дон Паскуале» — один из тех сюжетов, где важны не только музыка и игра артистов, но и текст, произносимые фразы. Так что нормально, что в годы суровой советской оккупации бессмертная опера того же Моцарта «Свадьба Фигаро» шла на латышском, и дон Базилио там речитативом выдавал, например, такую великую фразу в адрес графа Альмавивы: «Dodiet naudu, es nokartošu visu!». То есть, «Дайте деньги, я все устрою!» После этого зал всегда взрывался аплодисментами, смеялся не только зритель, но и дирижер, и оркестранты, которые тягали пятерку до получки из кассы взаимопомощи.

В данном случае поют волшебную оперу бельканто на ее родном языке, итальянском.

Но чтобы донести нюансы классического сюжета до нынешнего зрителя, тут есть и вкрапления на государственном языке Латвийской Республики, которому мы желаем в эти тяжелые годы процветания вовеки веков.

Во время первой премьеры дон вдруг сказал: «Nesaprotu, kāpēc viņš runā franciski?» То есть, «не понимаю, почему он говорит по-французски?» Во время второй премьеры была вариация: актер, играющий доктора, сказал дону Паскуале на государственном — дескать, как вы запомнили столько слов в вашем возрасте? А в ответ неслось, что «мой мальчик, у тебя все это впереди».

Активного смеха после этого как-то не наблюдалось, но тут на подмогу — сценография в виде вышеупомянутых видеоинсталляций. Вот, дошли мы до них, слава тебе господи — и прости господи.

Официально сообщается, что тут использованы анимационные коллажи в стиле сюрреализма и дадаизма. Но моя спутница после премьеры задалась классическим уже вопросом: «Что эти видеохудожники курят?»

Тут вам и летающие человеческие тела в памперсах, головы овчарок, равно как и монашки, задирающие подол, а там ножки в красных туфлях, а вокруг — активно пьющая прислуга (кстати, наяву прислугу играют хористы, они в самом деле стоят с бутылками вина в руках и поют — это по-нашему, по-итальянски!).

Ну, а далее — огромные красные рты, жующие доллары (образ губ, кстати, был замечен в предыдущей оперной премьере в «Хронике извращений»).

Ну, а все первое действие на весь экран изображена Норина с раздвинутыми ногами, выплевывающая из промежности одетых в памперсы детей со старческими лицами. Такова философия.

«Мои личные ощущения: я бы влепила 18+, чтоб не травмировать подростковую психику, — сказала коллега. — Ведь и сам сюжет — все основано на выгоде, на деньгах, одурачить, обмануть доверие и прочее, а это поведение со знаком минус...»

Но все-таки услышать музыку Гаэтано стоит даже детям...

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Популярные
Рекомендуем

Уведомляем, что на портале Lsm.lv используются т.н. cookie-файлы (cookies). Продолжая использовать портал, вы соглашаетсь с размещением и хранением cookie-файлов в вашем устройстве. Подробнее

Принять и продолжить