Андрей Шаврей: Открытие сезона главного оркестра Латвии и чрезвычайный Бетховен тревоги нашей

В Большой гильдии состоялся концерт открытия юбилейного — 95-го — сезона Латвийского национального симфонического оркестра. Кажется, в этот вечер совпало так много судьбоносных моментов — именитый французский гость-дирижер, последний сезон оркестра в резиденции, которая вскоре закроется на реконструкцию, введение третьей чрезвычайной ситуации в Латвии из-за пандемии этой проклятой. Ну, и Бетховен в конце концов — и какой!

Начнем с актуальнейшего, хотя и так понятно, что все же к преходящему. К пандемии. С понедельника в Латвии — «чрезвычайка». Понятно, что для вакцинированных она не будет столь драматична, как в первые два раза, когда концертов, спектаклей не было вообще (сейчас мероприятия все же будут, хотя и в масках, и с заполняемостью залов до 60%).

А ведь всего полтора года — и полгода — назад — полная блокада, иногда прорываемая онлайн-трансляциями. Причем это же было совсем недавно (вот свойство человеческой памяти — забывать совсем недавние драматические события)! Помните, в мае этого года во время закрытия предыдущего сезона ЛНСО за пультом стоял великий (все же он заслуживает этого эпитета) русский дирижер Владимир Федосеев, и это было достаточно болезненно — сидя дома смотреть, насколько потрясающе в тот вечер играл наш оркестр под руководством классика мирового дирижирования. И как после концерта оркестр встал, и тут прямо по Высоцкому — «а в ответ тишина...» Не было слушателей в зале, не было аплодисментов, хотя в тот вечер они были заслуженны как никогда!

Сейчас зал был полон практически под завязку, очередь на проверку сертификатов и паспортов вытянулась далеко за пределы Большой Гильдии. Как раз в этот день руководители всех ведущих творческих коллективов Латвии распространили заявление, чтобы даже вакцинированные зрители, не дожидаясь понедельника 11 октября (тогда и введут ЧС), уже были в масках. Их бесплатно предлагали сейчас и на входе. Надо сказать откровенно: в масках были немногие. Можно перечислить по пальцам: директор оркестра Индра Лукина, музыковед и переводчица Ольга Петерсон, руководитель римско-католической церкви Збигнев Станкевич, канцлер капитула ордена Трех звезд Сармите Элерте... Большинство или устало от всего этого, или наоборот — отдалось провидению. В конце концов, сейчас вечер музыки гениального Бетховена, 250-летие которого в прошлом году отметили странно, с пандемийными перерывами.

И вот на сцену вышел дирижер Жан-Клод Казадезюс, высокий, стройный и элегантный, истинный француз! При этом заметим, что этот бодрый и даже веселый (накануне с ним было дружеское общение в Посольстве Франции в Латвии) мсье в декабре отмечает свое 86-летие. И тут как раз кстати было исполнение Первой симфонии Бетховена, которую тот написал в 30 лет. Мажорное произведение, солнечное и полное «моцартианского» начала (в конце концов, Бетховен теоретически с Моцартом вроде бы мог пересекаться). Короткая, как и симфонии Вольфганга Амадея — чуть более двадцати минут. Если что, можно и перепутать авторство. Хотя некая тяжеловесность, весомость и глубина, присущие всему последующему творчеству Бетховена, чувствуются даже в этом его раннем сочинении.

А после антракта — монументальная Девятая симфония, одно из самых знаменитых произведений за всю музыкальную историю человечества. Мсье Казадезюс сказал двумя днями ранее, что программа специально так была выстроена: показать раннего и позднего Бетховена. Так вот, Девятую симфонию Бетховен написал уже в 54 года, за три года до своей смерти. Любой меломан слышал это великое произведение несколько раз — и в разных ситуациях.

Сейчас в Риге была как раз интересна ситуация — все-таки атмосфера вокруг тревожная, а тут как раз в этой минорной симфонии отчаянный призыв к свету, которому, выражаясь пафосно, сама смерть не страшна. Призыв, поддержанный в финале легендарной «Одой к радости» на стихи Фридриха Шиллера. Этот призыв стал гимном всему человечеству и, как известно, гимном Европейского Союза.

Можно по-разному относиться к нюансам исполнения трех частей, но вот когда встал наш легендарный академический хор «Латвия» с солистами (Лаура Грецка, Перина Мадефа, Михаил Чульпаев и Эдгар Ошлея) — все стало на свои места. Стало понятно, почему наш хор столь уважаем и востребован в мире. Тут было единение всего — оркестра, голосов, солистов и слушателей, часть которых потом, разумеется, сразу встала, аплодируя.

Важный момент: на потолок над сценой в этот вечер проецировалось изображение бескрайнего неба. За которым явно ощущается космос. Невольно вспоминаются слова Канта: «Две вещи наполняют душу всегда новым и все более сильным удивлением и благоговением, чем чаще и продолжительнее мы размышляем о них, — это звездное небо надо мной и моральный закон во мне». Эти слова — наряду с Шиллером — тут весьма уместны.

Для меня лично та же «Ода к радости» Бетховена-Шиллера навсегда ассоциируется с двумя великими кинолентами. Первая — это «Покаяние» Тенгиза Абуладзе, когда «Ода к радости» в исполнении двух будущих вдов начинает звучать в момент расстрела мужа одной из них, а вокруг отчаяние, ужас и террор. А вторая — это... «Семнадцать мгновений весны» Татьяны Лиозновой. Там есть трагический момент, когда сидят в зале.. .фашисты. И слушают «Оду к радости». А на дворе март 1945-го, два месяца до всегерманской катастрофы. Там смешение документальных и художественных кадров: Мюллер поеживается, Шелленберг монументален, Геббельс недвижим. Среди слушателей — раненные бойцы. Гитлера нет. И звучит Бетховен с Шиллером. Думаю, Лиознова неслучайно вставила тот фрагмент. И наверняка использовала аутентичную запись — с дирижером Фуртвеглером во главе Берлинского филармонического...

Но в любые эпохи это — вечно:

«Радость, пламя неземное,
Райский дух, слетевший к нам,
Опьянённые тобою,
Мы вошли в твой светлый храм.
Ты сближаешь без усилья
Всех разрозненных враждой,
Там, где ты раскинешь крылья,
Люди — братья меж собой.

Хор

Обнимитесь, миллионы!
Слейтесь в радости одной!
Там, над звёздною страной, —
Бог, в любви пресуществлённый!»

Слушать великую музыку — это одно дело. Слушать ее в эпоху странных перемен — дело несколько другое. Не думаю, что впереди нас ожидает конец света — Апокалипсис, которым многие пугают: дескать, он уже идет. Но достаточно понять, что перед каждым из нас в тот или иной момент впереди маячит неизбежное. И вот как вы это примите лично — это вопрос каждому из нас. Бетховен принял и... в результате опять переживет всех тех, кто сейчас был в Большой Гильдии. Так что с прошедшим юбилеем вас, Людвиг ван Бетховен!

А что до закрываемой на реконструкцию Большой Гильдии и чрезвычайной ситуации... Несмотря ни на что, в последующие месяцы здесь ожидается и музыкальный вечер «Отелло», и «Балтийский симфонический фестиваль», и дирижер Гинтарас Ринкявичюс, и юбилейный вечер директора Оперы Эгила Силиньша. Наверное, вместимость зала будет меньше — до 60%. Да, и в масках. Но переживем. Чай, не такую трагедию переживаем, как в «Покаянии» или фильме про нашего любимца Штирлица...

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Популярные
Рекомендуем

Уведомляем, что на портале Lsm.lv используются т.н. cookie-файлы (cookies). Продолжая использовать портал, вы соглашаетсь с размещением и хранением cookie-файлов в вашем устройстве. Подробнее

Принять и продолжить