Демонтаж памятника Освободителям: путь к сплочению общества или заметание проблемы под коврик?

Неделю назад в Сейм повторно поступила народная инициатива за более чем 10 тыс. подписей граждан Латвии о сносе памятника Освободителям, что стоит в парке Победы в рижском Задвинье. Как заявили участники передачи LTV Kultūršoks, актуализация вопроса, способного расколоть общество — это игра политиков с огнем. Однако общество раскалывает отнюдь не памятник, но различное понимание и трактовка истории страны.

Дискуссии о грядущей судьбе монумента в честь «советских солдат — освободителей Латвии от немецко-фашистских захватчиков» (так он называется официально), построенного в 1985-м, в обществе вспыхивают регулярно. Сейчас в силе — межгосударственный договор Латвии и Российской Федерации от 1994 года о мемориалах и памятных местах, он распространяется и на крупный мемориальный комплекс в столичном парке Победы.

В 2016-м Сейм уже отклонил общественную инициативу о сносе монумента. Но теперь — новый раунд. Автор петиции Угис Полис надеется, что новый состав парламента, возможно, даст делу ход. Он предлагает изменить соглашение 1994 года — либо даже расторгнуть его Латвии в одностороннем порядке. А памятник, «символ советской оккупации» — демонтировать.

МИД комментирует ситуацию так: чтобы принять какие-то изменения в межгосударственном договоре, охраняющем данный памятник, как и в любом другом — требуется согласие обеих сторон.

У Латвии есть с десяток подобных памятных мест на территории соседней России. И как россияне обязались их содержать в порядке, так и Латвия обязалась содержать памятник Освободителям — тут отношение взаимное,

пояснил в ходе передачи представитель МИД Янис Бекерис. МИД считает, что односторонние действия не скажутся положительно на отношениях обеих стран.   
 
Бывший премьер-министр Латви Валдис Биркавс, который в 1994-м от имени Латвии подписал тот договор, вспоминает, с каким трудом соглашения удалось достигнуть:
 
«Это потребовало много нервов, терпения и большого внимания, но самым главным в то время, конечно, было добиться вывода армии (советской) и сноса Скрундского локатора. Памятник не был высшим приоритетом, государству было нужно решить кошмарно много вопросов, и теперь то же самое».

Поднимать снова и снова острый и болезненный для общества вопрос — это отчасти игра с огнем со стороны политиков, а еще за этим просматривается стремление части общества «улучшить неоднозначную историю Латвии», это попытки «инфантильно рисовать ее только в диаметрально противоположных тонах», заявил культуролог Денис Ханов.
 
«История Латвии не черно-белая. Она сложна, и нам остро необходимо вернуться к сложному миру, потому что только в нем мы можем достигнуть консенсуса о том, как мы чтим воспоминания других людей. Это пространство — больше чем пространство просто памятника, это место, где многие люди, которые иначе не ощущают себя ни вовлеченными, ни призванными, ни включенными, ни принадлежными — создают самореализацию своих воспоминаний», — считает Ханов.  

Научный сотрудник Центра изучения восточноевропейской политики Ринальд Гулбис, со своей стороны, сказал, что приобретения от сноcа памятника Освободителям сейчас, на его взгляд, были бы больше  негативными для общества:

«Потому что это взвинтило бы и эмоции в русскоязычной среде, и заставило бы мобилизоваться российские масc-медиа, как мы это видели после переноса Бронзового солдата в Таллине в 2007 году — со всеми вытекающими беспорядками».  

Гулбис прогнозирует, что «со стороны России эта реакция однозначно будет острой»: уже сейчас в России звучит, что «латышские историки переписывают историю и стараются стереть память о периоде нацистской оккупации и победе Красной армии над фашизмом».  

По словам ученого, раскол в латвийском обществе порождает отнюдь не памятник советским солдатам, а различное понимание истории и разная ее трактовка. Снос монумента, «убрать с глаз долой» — это, по мнению Гулбиса, только «заметет под пол» главную проблему:

«У нас неоднозначное понимание истории уже на уровне школьного образования, мы видим, как отличается преподавание истории от региона к региону, и это весьма зависит также от каждого учителя истории индивидуально, от того, как мы разъясняем этот свой опыт по отношению к советской оккупации.  

Тут надо смотреть, что мы можем со своей стороны предложить взамен, и предлагали ли мы что-то русскоязычной общине все эти 30 лет независимости, и каков этот исторический нарратив, в котором мы могли бы интегрировать русскоязычную общину так, чтобы они поняли: да, мы — часть единого государства».  

В начале марта архиепископ-митрополит Римско-католической церкви Збигнев Станкевич выразил мнение, что общество в Латвии не готово к сносу памятника Освободителям. Священник считает, что нужно монумент «оставить в покое, пока то поколение уйдет».

«То поколение, которое воевало и идентифицируется с этим памятником, и  уж конечно они это в своих детях взрастили; думаю, этот проект [сноса памятника] очень антагонизирует уже и так раздробленное наше общество», — сказал он в эфире телеканала RīgaTV 24.  

Бывший премьер-министр Биркавс подчеркнул: «Выдвигать это сейчас приоритетной государственной задачей, мутить воздух и давать отменный материал для пропаганды нашему большому соседу — столь негативные действия я действительно расценил бы как провокацию».

Тем временем автор петиции Угис Полис обещает не сдаваться и, если парламент его инициативу отклонит, искать другие возможности — например, организовать всенародный референдум. 

0 комментари
Добавить комментарий
Комментировать, используя профиль социальной сети
Аналитика
Аналитика
Новейшее
Интересно