Павел Селиванов: «В заговор против российских олимпийцев я не верю»

Олимпийский чемпион 1980 года, выдающийся игрок рижского «Радиотехника» Павел Селиванов в разговоре с Rus.lsm.lv объявил, что готов съесть диктофон (Rus.lsm.lv, не свой). Он объяснил, при каких обстоятельствах — когда хоть один клерк из числа тех, кто сейчас «осуждает и поливает грязью» латвийских спортсменов (увы, выступивших в Рио рекордно неудачно), сам «попробует отобраться на Олимпиаду». Говоря о допинговом скандале вокруг России, он заметил, что массовая дисквалификация сборной одной страны сродни тотальному признанию всех беженцев террористами.

ПЕРСОНА

Павел Селиванов, латвийский волейболист.

Олимпийский чемпион 1980 года в составе советской сборной, тренер женской сборной Латвии по волейболу U-19.

Родился в 1952 году в Риге. В 17 лет начал играть в команде «Радиотехник», с которой в 1984-м выиграл первенство СССР.

Вместе со сборной Советского Союза занял второе место на Олимпиаде-1976, уступив в финале Польше. Через четыре года выиграл Олимпийские игры в Москве. Когда социалистические страны бойкотировали следующие Игры в Лос-Анджелесе, СССР победил на альтернативных соревнованиях «Дружба-84». Та легендарная сборная также неоднократно становилась первой на кубках мира и Европы.

В 1987 году Павел Селиванов переехал в Бельгию. Вернулся через десять лет уже в независимую Латвию. В 2001-2005 годах был депутатом Рижской думы, затем участвовал в выборах в Сейм, но безуспешно.

Сейчас тренирует одну из младших женских сборных Латвии по волейболу и является координатором волейбольной программы Рижской думы.

— Как вы оцениваете успехи Латвии на Олимпиаде?

— Четвертые места из 7 миллиардов людей — это не совсем плохо. Правда, когда я играл, к главным соревнованиям мы всегда подходили на пике формы. Не могу понять, как можно выиграть «Бриллиантовую лигу» и слабо бросить копье на Олимпиаде (речь идет о Мадаре Паламейке, занявшей в Рио 10-е место. — Rus.lsm.lv). То же и в пляжном волейболе. Сейчас скажут, что важны и Кубок мира, и Кубок Европы, но Олимпийские игры проходят всего раз в четыре года. Ради них, думаю, можно пожертвовать другими соревнованиями.

В конце июля Александр Самойлов и Янис Шмединьш победили на этапе Кубка мира в Клагенфурте, а через две недели проиграли на Олимпиаде. Какой в этом смысл? Я не хочу никого обидеть, но я бы по-другому готовился.

Так как каждое поражение остается в голове [его потерпевшего], в конце августа сорвалось и в Лонг-Бич. Самойлов уже, конечно, шесть-семь лет в топе. Это трудно.

— Когда председателя Латвийского олимпийского комитета Алдониса Врублевскиса попросили прокомментировать неудачное выступление олимпийского чемпиона Пекина и Лондона Мариса Штромбергса, он сказал, что дело в спортсменах, которые недостаточно стараются и показывают результаты хуже своих же. Дальше Врублевскис сообщил, что со следующего года Латвийское олимпийское объединение (Latvijas Olimpiskā vienība — «полугосударственная» компания, созданная для финансирования спорта) прекратит финансировать тренировки Штромбергса. Это что — попытка переложить вину за собственные недоработки на спортсменов?

— Есть простой метод — вообще перестать финансировать спорт, и проблем не будет ни у кого.

Штромбергс разве специально упал или не доехал? Могли бы другого послать, но тот ведь так не может. Противники оказались более подготовлены к данным конкретным соревнованиям.

Да, первая пара в пляжном волейболе нас подвела, но где вторая и третья пары?

— Сразу после того, как пловчиха Алена Рыбакова установила в Рио рекорд Латвии, ее тренер рассказал, что за это ей полагается 25 евро, а ему — 15. Система поощрений функционирует именно так?

— Я не в курсе, как обстоят дела в федерации плавания, но я бы хотел всем недовольным попробовать для начала отобраться на Олимпиаду. И если среди всех клерков, кто сейчас осуждает и поливает грязью [спортсменов], найдется хотя бы один такой человек, то я съем ваш диктофон.

Труд спортсменов — это действительно труд. У них только на первый взгляд задача такая смешная — сильнее других по мячу ударить,

но цель-то другая — заработать себе на проживание.

Не думаю, что у человека, собирающего картошку, более интеллектуальный труд. Но это же фермер, его трогать нельзя! А волейболистов и других спортсменов считают тупыми и теперь собрались финансирование урезать.

«Динамо» для всех

— Вы сейчас тренируете женскую сборную Латвии U-17 по волейболу. Как у вас складываются отношения с федерацией?

— Не хотелось бы ворошить прошлое, но я очень рад, что сейчас у федерации есть средства. Раньше была такая порочная практика: сборы перед турнирами длились всего несколько дней. Сегодня же сборы перед основными соревнованиями — 10-12 дней. Это нормально, ведь большинство девчонок не ставит перед собой цель стать профессиональными спортсменками, а хотят каким-то образом закончить школу. Нам грех жаловаться.

Правда, людей мало, некому играть. Получается замкнутый круг:

все видят, что большого волейбола у нас нет, часто уходят в пляжный. В итоге у нас совсем не остается игроков, хотя я и в пляжном не вижу больших перспектив.

— Самоуправление вам помогает?

— Знаю точно, что Рига многое делает для волейбола, поскольку являюсь координатором детской волейбольной программы Рижской думы. В младшем возрасте людей сложно заинтересовать какими-то эфемерными победами в будущем. Чтобы играть, надо не только тренироваться, но и участвовать в соревнованиях. Самоуправление как раз помогает обеспечить рижским волейболистам выезд на хороший турнир с серьезными партнерами и создать им там комфортные условия, в том числе размещение в нормальной гостинице.

— В прошлом команда рижского «Радиотехника», в которой вы играли около 17 лет, становилась чемпионом СССР. Есть ли шанс сейчас достичь результатов такого уровня?

— Это возможно, конечно. У нас в «Радиотехнике» тоже больших резервов не было, мы играли одним составом.

В волейболе нам не избежать участи хоккейного «Динамо».

Нам необходимо делать базовые команды в разных видах спорта и играть в сильной лиге. Там придется иногда проигрывать, но ты встречаешься соперниками высокого класса и начинаешь понимать, что может случиться на поле.

Мой коллега из Голландии называет их чемпионат по футболу «кубком Микки Мауса». Представляете, что можно сказать о латвийских первенствах?

— Вы говорите, что финансирования хватает, но, если вернуться к истории с Аленой Рыбаковой, ее тренеру даже не оплатили билет в Рио...

— Билет-то приобрели, но председатель федерации захотел сам поехать. То есть это вопрос не финансирования, а честности отдельных людей. Должен был ехать тренер.

— Впоследствии председатель Латвийской федерации плавания Каспарс Поне объяснял, что — вопреки распространенному в обществе мнению — он не получает за свою работу зарплату.

— Да, они работают без зарплаты. Тем не менее, если ты можешь быть председателем федерации, взялся за гуж, не говори, что не дюж.

Все просто: у федерации нет денег на такую поездку — заплати свои деньги и поезжай. Это был бы сильный ход.

Туристы же ездят на Олимпиаду, и я не думаю, что это очень дорого стоит.

Но у меня старые понятия о порядочности. Возможно, сейчас другие тренды.

Бегуны и беженцы

— В прошлом году латвийские антидопинговые специалисты говорили, что с точки зрения употребления запрещенных медпрепаратов Латвия — одна из наиболее проблемных стран в мире. Сталкивались ли вы в своей работе с такими случаями?

— Понимаете, в командных видах спорта этого меньше. В волейболе тогда ведь всех шестерых надо допинговать. Конечно, может быть вариант, что лидер устал, а у него еще одна игра, и тогда он принимает. Но это допинг не такого типа, как анаболики или прочее. В любом случае я такой информацией не владею. Знаю только, что

с допингом — это плохо, а без допинга — хорошо.

— Допинговый скандал с участием россиян — это, пожалуй, одно из ключевых событий этого лета в мировом спорте. Какая ваша версия произошедшего?

— Не хочу спекулировать. Я прочитал об изготовителях проб, которые якобы подменяли российские чиновники в Сочи. Они говорят, что емкость открыть невозможно. К тому же я практически на каждых соревнованиях попадал на допинг-проверку после финальной игры. Знаю, что такое сдать мочу в бутылку: дверь в туалет открыта, стоит сотрудник антидопинговых структур, представитель организатора, врач нашей команды.

Если же россиянам удалось провести махинации, то Всемирное антидопинговое агентство (WADA) и виновато, что не смогло обеспечить проверку на должном уровне.

— А ваше личное впечатление от этих событий?

— Моя точка зрения такая. Если поступать так, как поступила Международная федерация легкой атлетики, отстранив всех, то все западные утверждения о том, что среди беженцев только пять сотых процента террористы, а остальные все хорошие, также не соответствуют действительности. Исходя из этой логики, все беженцы — террористы, а все спортсмены применяют допинг.

Запрещают участвовать в Играх сборной в полном составе, а когда речь идет о жизни и смерти, о грузовике, давящем людей на набережной, говорят всего лишь о ненормальном человеке. Это двойные стандарты.

Наверняка, что-то было и есть, но это не повод дисквалифицировать сразу всех. Более того, если у WADA есть информация, то пусть назовут конкретные имена спортсменов, подозреваемых в употреблении допинга.

Только представьте себе: начнут выносить смертные приговоры, а свидетелей пообещают показать потом.

В то же время в России все накинулись на Григория Родченкова (бывший руководитель Московской антидопинговой лаборатории, интервью которого журналистам The New York Times в мае 2016-го стало поводом к новому расследованию WADA в отношении россиян. — Rus.lsm.lv). Рассказывают, что он был финансово заинтересован в реализации запрещенных веществ. А где они были сами?

В заговор против российских атлетов я не верю, потому что спорт — это не опера, где, если первого убрали, поет второй.

В том и фокус, что это непредсказуемая вещь, и за чемпионство в любом случае придется побороться.

—  Когда единственной российской прыгунье в длину Дарье Клишиной разрешили выступать под олимпийским флагом (впоследствии решение изменили, и она смогла войти в состав сборной России), многие комментаторы называли ее предателем. Как вы это восприняли?

— Это все злопыхатели, которые ничего не могут. Я считаю, что фамилия в любом случае остается. Если даже в медальном зачете этих цифр не будет, люди-то наши. Скажу криминальную вещь: я бы тоже стартанул. Если бы мне предложили принять участие в Олимпиаде 1984 года, которую советская сборная бойкотировала, я бы поехал. Хотя у меня вид спорта такой, что без команды не сыграть.

— Победила бы советская сборная американцев в Лос-Анджелесе в 1984-м, если бы не было бойкота?

— Чтобы выяснить это, Ассоциация волейбола Японии в ноябре 1984 года провела первый и единственный турнир Japan Cup. Американцев мы тогда обыграли 16-14 в пятой партии, доказав, что на тот момент сборная СССР была сильнее. Потом уже Соединенные Штаты стали набирать за счет колоссальных финансовых вливаний и победили в 1988 году в Сеуле.

Часто думаю, что, если бы у меня была волшебная палочка, я бы себе не денег пожелал и даже не здоровья, а возможность еще раз сыграть на Олимпиаде.

 

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Спорт
Спорт
Новейшее
Интересно