Людмила Метельская: Нездешний сад. Происхождение

В Рижском музее фарфора (Старая Рига, улица Калею, 9/11) открылась и будет открыта до 5 июля персональная выставка Инесе Маргевичи «Велосипедистка и сад». Блюда, порой неправильной — живой волнистой формы, вазы и фигурки, расписанные стилизованными пейзажами, цветами, силуэтами влюбленных: сад Инесе Маргевичи — это место, где хорошо. А велосипедистка пусть будет символом движения, изменчивости или, наоборот, целеустремленности, пусть на ее долю выпадает встречный ветер. Пусть человек и мечта взаимодействуют и дополняют друг друга.

ПЕРСОНА

Инесе Маргевича (1960) — художник (окончила Латвийскую Академию художеств в 2001 году), педагог (окончила Латвийский университет в 2004 году) и книжный иллюстратор — работала в мастерских Рижского фарфоро-фаянсового завода (сейчас Рижский музей фарфора в честь 15-й годовщины своего существования представляет работы художников, когда-либо сотрудничавших с «кузнецовской» фабрикой). Однако на конвейерное производство результаты ее труда рассчитаны не были. Просто завод был единственным местом в Латвии, где она могла технически реализовать идеи в любимом материале: там рождались ее персональные проекты. В выставках Инесе участвует  с 1990 года, с тех пор прошло 15 ее «персоналок». А вот в музее фарфора ее работы можно увидеть впервые — многие экспонаты, все травы да цветы, появились недавно и предназначались именно для этого «Сада».

Поначалу Инесе манили крупные объемы, украшенные геометрически четким, без излишеств, рисунком — черным по белому. Ее привлекала декоративность орнамента — крупного, понятного даже при беглом взгляде издалека. У художницы была собака (удивительно, говорит, красивая!), и долгое время она делала собак — схематичных, нанесенных на вазы. Были шамот, каменная масса, были рельефы, вспученные полусферами изнутри, пузыри и шарики. А поскольку художница, велосипедистке под стать, всегда в движении и любит осваивать новое, вплоть до росписи по шелку, вслед за работами из материалов тяжелых, брутальных появились малые формы, фигурки, хрупкие декоративные блюда. Ей, человеку светлому, нежному, тонкому, предназначался фарфор.

«Сад — это оазис, где мир и покой. Теперь, когда каждый день что-то происходит, это место, где хочется укрыться».

Сад когда-то принадлежал семье художницы: недвижимость сохранилась лишь в памяти — вся в цвету. Инесе благодарна месту, которое украшало ее детство и где были лес, пруд, счастье:

«Это был маленький уголок, где мы могли бы сохранить свой рай, но не сохранили. Спасибо, что он у меня был. Он дает мне силы».

Воспоминания о детстве почти всегда и почти у каждого становятся обоначением земного рая, и Инесе восстанавливает в памяти настроение сада, представляет мечту о нем. Причем того, что сад это несуществующий, что он — лишь иллюстрация идеи, не скрывает и пишет цветы, используя в основном черно-белую гамму с легким присутствием бежевато-коричневых и кобальтовых оттенков, с золотыми и платиновыми акцентами в росписи, — узнаваемые по форме и пробуждающие воображение тогда, когда нужно определить с цветом. Она расписывает растениями блюда, фигурки, вазы, шары, придает рисункам объем, слегка обозначая тени и сгущая цвет в глубине цветочной чашечки. Под листьями и лепестками художница чуть трогает цветы изысканно-сдержанным цветом; ландыши могут почернеть, стать золотыми, а в стеблях могут затеряться и стать с трудом отличимыми от лепестков фигурки влюбленных.

Присутствие велосипедистки вносит динамику в

тихий ход райской жизни, где цветы распускаются, но не увядают, а влюбленные замирают в объятьях друг у друга. Барышня-сорванец мчится из картинки в картинку, иногда по цветоносам и с крыльями бабочки за спиной. Бабочек много — выписаны подробно, расправлены для внимательного рассмотрения, выглядят реалистичными и цветными на монохромной фоне.

Девушка может спешиться и погоняться за мотыльками, может затеять езду наперегонки с подругой — узоры клубящихся на ветру платьиц повторят абрис колес, а фигурки будут развернуты так, чтобы было понятно: они катят вдоль по бортику тарелки, и движению не будет конца. Или это одна девушка, но на разных этапах пути, когда мелькают то деревья, то пчелы, а райский сад нескончаем?

Художница виртуозно оформила идею движения, расписав велосипедистками поверхность шара: будучи разной величины и двигаясь в разных направлениях, они масштабируют расстояния, делают бесконечными еще и в глубину.

О фигурках Инесе — разговор отдельный. Миниатюрные скульптуры представляют все тех же девушек, но уже в объеме и без динамики: они замерли и как бы вырастают из самой идеи сада, являя собой разновидность цветка. Инесе расписывает фигурки — все платья в бутонах. Расселись по лугам в балеринских позах и прическах: Инесе когда-то мечтала стать балериной (спасибо, говорит, что не стала!).

Она труженица, она «велосипедистка» и вспоминает с благодарностью о любом отрезке своего пути. Красивое было время, когда еще работали многие галереи и не были ликвидированы мастерские, когда еще не было закрыто «кузнецовское» производство и можно было воспользоваться фабричными формами! Она благодарна возможности путешествовать и видеть чужие сады — или, как на симпозиуме в Турции в 2009 году, вдруг пристраститься к росписи по фарфору. Благодарна педагогам, умевшим вдохновить ученицу и пустить поработать под собственную крышу, благодарна собаке, благодарна саду...

Умение говорить «спасибо» делает судьбу красивой — хранит человека от невзгод и помещает в оазис. На почве благодарности порой вырастают дивные сады. Приходите на выставку, чтобы увидеть — какие.

 

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

За эфиром
За эфиром
Новейшее
Интересно

Уведомляем, что на портале Lsm.lv используются т.н. cookie-файлы (cookies). Продолжая использовать портал, вы соглашаетсь с размещением и хранением cookie-файлов в вашем устройстве. Подробнее

Принять и продолжить