Андрей Шаврей: сэр Паппано и его «Санта-Чечилия» в «Дзинтари» — то, что запоминается надолго

В рамках «Балтийских музыкальных сезонов» в юрмальском зале «Дзинтари» прозвучал концерт одного из ведущих оркестров Европы (давайте смело напишем — может, и мира) под управлением сэра Антонио Паппано. То, что это будет отличный концерт, сомневаться не приходилось, но то, что он станет одним из тех, который можно занести в категорию «исторический» — неожиданность даже для искушенной публики.

То, что Латвия в последние годы в смысле «симфонизма» далеко не провинция — это однозначно. В конце концов, в провинцию у моря не приезжают постоянно ведущие оркестры мира,

среди которых Берлинский филармонический (причем, дважды) под управлением Саймона Раттла, оркестр Баварского радио под управлением Мариса Янсонса (дважды) и амстердамский «Концертгебау» (опять же с нашим великим Марисом), оркестр Мариинского театра под управлением Валерия Гергиева (а приезжал в «Дзинтари» и оркестр Санкт-Петербурсгкой филармонии во главе с Юрием Темиркановым), Лондонский филармонический (дважды) и, наконец, Венский филармонический, выступивший нас в нынешнем июне. Все они за последнее десятилетие у нас были, выступали или в Латвийской Национальной опере, или в «Дзинтари».

Кстати, 16 октября в Лиепае, вот уж точно в очаровательной «провинции у моря», а не в Риге, столице страны Европейского Союза, выступит один из старейших оркестров мира Leipzig Gewandhaus под руководством Андриса Нелсонса — родившийся в Латвии дирижер уже десять лет входит в список ведущих дирижеров мира, так что латвийская география именитых коллективов только расширяется.

Для сравнения: в ноябре 1996 года у меня был культурный шок — это когда во время поездки в Лондон у меня встал выбор, или идти на Лондонский филармонический во главе с Максимом Шостаковичем или на Венский филармонический под руководством сэра Джорджа Шолти

(все же пробрался на Венский, на галерку за 17 фунтов стерлингов). И после этого были годы переживаний — когда еще выберешься в Лондон, чтобы услышать первоклассные коллективы? Спасал, кстати, Санкт-Петербург, где тогда активно творил Марис Янсонс.

Теперь страданий по поводу «сенсорного голодания» в симфонической области нет, и если уместна классическая шутка в такой возвышенной теме, то вот она — «Уж лучше вы к нам». Тем более что

через два дня после нынешнего юрмальского концерта оркестр сэра Паппано с этой же программой выступит в королевском «Альберт-холле» в заповедном Лондоне. Но выясняется, что электричкой до Юрмалы ближе и дешевле, чем самолетом до столицы Туманного Альбиона.

Сэр Антонио Паппано в Латвии уже не впервые, и даже не во второй раз. 11 февраля 2013 года на сцене Латвийской Национальной оперы он дирижировал как раз именно этим итальянским оркестром Национальной Академии Санта-Чечилия, который возглавляет с 2005 года. Тогда в первом отделении в скрипичном концерте Чайковского солировал всемирно известный скрипач Джошуа Белл, затем звучала Вторая симфония Рахманинова.

Во второй раз он приезжал к нам 27 мая 2016 года, когда опять же в Латвийской Национальной опере возглавил Лондонский симфонический оркестр в рамках «Рижского фестиваля». В программе звучали концерт Людвига ван Бетховена для скрипки с оркестром и Вторая симфония Эдуарда Элгара. Солистом был знаменитый датский скрипач Николай Цнайдер.

Так что «культурного шока» от нынешнего концерта я лично не ожидал. Дескать, многое уже слышали. Все мы знаем, что сэр Антонио Паппано — итальянец по происхождению, британец по рождению и американец по образованию. Как дирижер, дебютировал в Норвегии в 1987 году. Потом его пригласили в лондонскую «Ковент-Гарден» (в 1990 году там состоялся его дирижерский дебют с оперой «Богема").

Но вот нынешний концерт стал восторгом для обычной курортной публики (кстати, зал на 2200 мест был заполнен почти до отказа) и — в лучшем смысле слова — удивлением для публики профессиональной.

Начать с того, что в программке было указано, что в первом отделении прозвучит вступление к оратории Йозефа Гайдна «Сотворение мира» и Симфония №1 «Иеремия» Леонарда Бернстайна. На первый взгляд, сочетание необычное, поскольку между датами рождения этих двух мощных сочинений — как минимум, 150 лет. И вообще, Гайдн нам известен как гений, но «несерьезный классик», писавший свои потрясающие короткие симфонии с моцартианской скоростью. А Бернстайн широкой публике больше знаком вообще по мюзиклам и, конечно же, его «Вестсайдской истории» (25 августа Леоарду Бернстайну исполнилось бы сто лет, и одно время он возглавлял оркестр «Санта-Чечилия», так что понятно, что здесь была отдана дань памяти классику).

Вышел оркестр, в котором можно было заметить много интересных моментов — группа контрабасистов, обычно находящаяся на сцене справа, тут была слева, в ней были сразу восемь контрабасистов, из них, что не так уж часто встречается — четыре женщины. А за арфой обнаружился мужчина — ну, этим сегодня уже не удивить. Самое интересное, что вслед за этим с Паппано вышла меццо-сопрано из США Элизабет де Шонг, всю первую, «гайдновскую» часть, тихо сидевшая у дирижерского пульта. Перед нами разворачивалось необычное для привычного симфонического уха начало «Сотворение мира», созданного Гайдном по библейскому сюжету — это в то время, как

подавляющее большинство слушателей явно знает Гайдна как автора симфоний, прямо скажем, хитов — «Часы», «Курица» и т.д. А тут вам история о возникновении мира, о том, как по просьбе Адама архангел Рафаил повествует о сотворении мира в шесть дней. И все это впечатляет, будто вы услышали, как минимум, глубочайшего Бетховена.

Маленькая пауза — и продолжение первого отделения, когда звучал уже «Иеремия» Бернстайна. И поверьте на слово, даже многие искушенные профессионалы, даже профессура Латвийской Музыкальной академии не сразу поняла, какую изумительную концепцию выдал Паппано — и это стало темой для обсуждения уже в антракте. Обычно наша публика от всей души аплодирует между частями отдельно взятого произведения, а здесь Паппано умудрился сделать так, что безо всяких аплодисментов после легкой паузы Гайдн перешел в Бернстайна. И мадам де Шонг в Бернстайне солировала, как живая Богиня, будто сошедшая с музыкального полотна только что звучавшего Гайдна! С подачи сэра

произведения, между которыми полтора столетия, звучали, как естественное продолжение друг друга!

И это можно считать настоящим сотворением чуда, после которого публика в едином порыве встала и кричала «Браво!» уже после первого отделения,

оценивая только эмоциональный момент. Но внимательный глаз и слух обнаружит, что помимо этого, здесь безо всякого пафоса был устроен такой симфонический спектакль, что сэру Паппано явно аплодируют на небесах сами Гайдн и Бернстайн.

А вот во втором отделении была предложена одна из «глыб» Густава Малера — симфония № 1 «Титан». Честно? Я весьма опасался, что большинству слушателей это произведение покажется затянутым и скучным. В конце концов, мы живем в век клипового сознания, а Малер — из любителей сочинить симфонии на час-полтора... А тут было удивительное сочетание раскаленного курортного воздуха и переливов от тишайших пианиссимо (действительно, можно было услышать, как муха пролетает, а двухтысячная публика в этой почти тишине внимала музыке) до мощнейших фортиссимо, когда музыка великого австрийца явно слышна за километр от места звучания.

И это была истинная мистерия, настоящий спектакль — начиная от духовых, которые в первой части симфонии звучали за кулисами, стоя в дюнах. Потом они присоединились к коллективу, чтобы со всеми погрузиться в страсти и метания еще достаточно молодого (начал писать симфонию в возрасте 28 лет) Малера, вдохновленного прочтением романа Жана Поля «Титана» — на самом деле его главный герой был не титаном вовсе, а наивным юношей, идеалистом, болезненно переживающим столкновения с реальной жизнью.

После таких часовых симфоний обычно следует тишина, овации — и все расходятся, осмысляя пережитое. В частности, так было после исполнения воистину грандиозной Второй симфонии Густава Малера в Санкт-Петербурсгкой филармонии под управлением Валерия Гергиева, которую посчастливилось услышать в 2000-м —

пятнадцатиминутная овация завершилась словами Гергиева: «Вы понимаете, что бис тут невозможен!»

А вот у сэра Паппано — возможен! И при этом — все органично!

Когда завершились последние звукки «Титана», началась ожидаемая овация, публика сразу же встала, а сидевший рядом со мной профессор-музыковед с европейской известностью Борис Аврамец, отличающийся невероятной взыскательностью и въедливостью, сказал просто: «Это было грандиозно! Теперь я убедился, что Паппано великий дирижер!»

Но выслушав жаркие аплодисменты публики, 58-летний Паппано с полуоборота объявил, что сейчас будет «разрядка напряженности»: «Респиги, Италия!» - и зазвучала чарующая мелодия Отторино Респиги из «Античных танцев и арий». А жирная точка была поставлена вторым бисом, когда зазвучала призывная и энергичная увертюра из «Вильгельма Телля» Россини — эту мелодию знают все, даже не посвященные в тонкости симфонической музыки. Если совсем строго, то это один из главных «хитов» мирового симфонизма, который многим профессионалам уже опостылел: «Ну, опять!»

Но здесь это надо было видеть, как трехминутный фрагмент был исполнен в потрясающем ритме, легко, «просто» и виртуозно, со всеми «барочными» деталями — это действительно оркестр солистов! Знакомая пианистка еще долго удивлялась: «Откуда у них силы после Малера, да еще в такую жару? Чтобы еще и исполнять такие сложнейшие с технической точки зрения бисы?» Но,

видимо, мастерство, помноженное на любовь к музыке и отличный руководитель — это то, что может сотворить чудо.

Пользуясь случаем, напоминаем, что «Балтийские музыкальные сезоны» приготовили сюрприз. А именно: на закрытии летнего фестиваля, проходящего в «Дзинтари» уже во второй раз, 27 августа выступит звезда «Ла Скала», «Метрополитен-опера», Королевского «Ковент-гарден» и Парижской оперы - один из самых востребованных оперных певцов мира перуанец Хуан Диего Флорес. Он впервые выступит в Латвии.

0 комментари
Добавить комментарий
Комментировать, используя профиль социальной сети
За эфиром
За эфиром
Новейшее
Популярное
Интересно