Андрей Шаврей: Документальная страна «Котлован» и... пара слов в честь ее Президента

Прошел ArtDocFest/Riga, его фильмы из-за пандемии посмотрел ограниченный круг зрителей, но президент этого фестиваля документального кино Виталий Манский говорит, что широкая публика «вживую» все это кино может увидеть «по окончании чумы». Но вот оказия - телеканал «Настоящее время» продемонстрировал один из фильмов фестиваля – «Котлован» Андрея Грязева. И я на час провалился в него - и смех, и грех.

С точки зрения российских властей ArtDocFest считается фестивалем опальным, неблагонадежным, и это все-таки странно. Потому что «Котлован», участник престижных фестивалей, недавно был показан, например, на «Берлинале». По окончании нынешнего просмотра я, весь в слезах (а слезы - от смеха и печали), отправил по фейсбуку сообщение господину Манскому: "Ну ведь это практически, извините, пропутинский фильм! Ведь как после всего этого Путин может руководить вот всем этим?». Президент (фестиваля) мне ответил -прислал «улыбчивый» лайк.

Хотя с другой стороны - печаль бескрайняя. Перед нами документальное полотно, собранное из множества видеороликов, опубликованных на Youtube и обращенных дорогими россиянами непосредственно президенту Российской Федерации Владимиру Владимировичу Путину.

Это - поэзия и фантасмагория одновременно, это практически Гоголь (куда уже там Булгакову!), у которого были дороги и дураки, а также колесо, которое непонятно, докатится ли оно до самой Москвы. Но только не было у него все же такого котлована и целой череды, извините за суровую правду, помоек.

Разумеется, тут есть отсылка к бессмертному «Котловану» Андрея Платонова, написанному 90 лет назад, в котором строят котлован со светлым будущем, он все расширяется и не видно стройке ни конца, ни края, равно как не видно и того самого светлого будущего. И, увы, пока получается, что платоновский «Котлован» действительно бессмертен. Во всяком случае, перед нами по-прежнему котлован, в котором в самом начале фильма проваливается трактор, вслед за ним подъемник, к которому был подвешен трактор, все падает на дно и... затем отовсюду мы слышим стоны, оттуда, из глубины. De Profundis, сказал бы зарубежный философ, но этой стране не до философов, она по «Вестям» напряженно лицезреет за операцией спасения из очередного, уже на другой стороне страны, котлована, а вместе с этим репортажи, мольбы о помощи и... надежда. На одного-единственного.

Здесь, думается, есть одна магистральная, но очень важная мысль, проходящая через фильм.

Без всякого предубеждения стоит уверенно узнать, что это срез весьма весомой части великой и бескрайней страны, при том, что она действительно великая (успокойтесь, «русофобы») не только по масштабу, но и по своему потенциалу. Но вот этот котлован - то, что невозможно закопать даже тому же Путину.

Потому что все же там люди, миллионы людей - с мышлением, которое ему, пусть и трижды проклятому мировым сообществом лидеру с "имперскими замашками", неподвластно.

Это потомки тех самых россиян, которые надеялись на Царя и Бога настолько отчаянно и страстно, что потом вдруг реализовали идиому «от любви до ненависти один шаг» и низвергли и первого, и второго... Потом были те, кто пел «Интернационал» с его строчками: «Никто не даст нам избавленья, не Царь, не Бог и не герой - добьемся мы освобожденья, своею собственной рукой!» Добились таки освобожденья от Царя и Бога, поверили Сталину, потом - провидению. И вот XXI век. И вера есть, но не в себя. В Путина. Или в Антипутина, в нового Царя. Какой-то сжатый коллективный мозг, пласт, накопившийся за столетия великой страны, победившей в очередной кровавой войне очередного противника, первой запустившей человека в космос и гордо давший миру лучший в мире балет. И которая при этом неуклонно и иногда со свистом неотвратимо тянется в этот бескрайний котлован.

И здесь есть как полные надежды воззвания от девочки, которая просит прислать деньги на ремонт дома, так и отчаянные призывы пожилого человека, который стыдит лидера за то, что у него, ветерана войны, нет зубов. И показывает свою челюсть, и стыдит.

Баба Валя, набирающая миллионы просмотров, уже никого не стыдит, а просто отборным матом чехвостит национального лидера и ей аплодируют массы, бескрайняя масса из котлована. Инвалиды просят костылей и пандусов, бедная русская женщина требует угомонить избивающего ее мужа, сотни людей собираются у хранилища отходов в Шиесе (попросту говоря - бескрайняя помойка) и взывают к Путину, буквально: «Помоги!!!».

Старушки призывают Путина построить собственный российский интернет, а то вот им приходится обращаться к нему по этому американскому youtube.  И до слез уже не от смеха - ветеран войны, женщина при орденах, просит провести в дом водопровод и сделать туалет. «Хотелось бы пожить по-человечески», - говорит она и все надеется, хотя ей уж под сто лет.

Ну вот почему так? Ведь вроде и в войнах побеждали, и в космосе первые, уж не говоря о достижениях балета... Самое печальное, что в данном случае не в силах от всей этой напасти спасти даже реальная помощь сверху, это под силу лишь тому царю, который водил сорок лет своих сограждан по пустыне - до тех пор, пока не умрет последний, помнивший о рабстве. Так что... у Владимира Владимировича еще есть лет эдак двадцать? И пожелаем «рабу на галерах» успеха?

Поверьте, я ни в коем случае тут не иронизирую, но от всей души сочувствую руководителю соседней с Латвией большой страны - потому что ну вот как руководить этой невероятной части народа (а это много миллионов людей), которые верят только в него (в лучшем смысле слова) или не верят уже вообще ни в кого (в худшем случае)? И инициативная группа из Томска посылает Путину письмо, привязав его к воздушным шарикам цветов российского стяга. Долетит?

И стоит у ночного столба в большом городе здоровый мужчина, который обращается к Путину: ну почему вот у этого фонаря, освещающего проезжую часть, светится только одна лампа всего? Ведь так можно реально споткнуться, упасть, а там ведь вдруг котлован?

«Помоги, Владимир Владимирович!» И моментально вспыхивает вторая лампа в ночи, чудо! «Родина слышит, Родина знает!»?

И выходит из родной Якутии в поход на Москву тот самый шаман, тягает за собой тележку с пожитками, а ему доносится вслед: "С Богом!" И я рыдаю в Риге, а Гоголь - в своем Риме XIX века, где он писал «Мертвые души», оказавшиеся пока что еще более бессмертными, чем платоновский «Котлован».

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Рекомендуем

Уведомляем, что на портале Lsm.lv используются т.н. cookie-файлы (cookies). Продолжая использовать портал, вы соглашаетсь с размещением и хранением cookie-файлов в вашем устройстве. Подробнее

Принять и продолжить