Латвия и мигранты: иракцы, штрафы от ЕС и возможность гражданской войны в Беларуси

Столкнувшаяся с потоком мигрантов раньше нас Венгрия предпринимала шаги, подобные тем, что сейчас делает правительство Латвии — но была за это наказана. Где проходит грань закона, станут ли беженцы нашей долгосрочной проблемой, насколько реально отличить их от экономических мигрантов и к чему стоит готовиться уже сейчас, Rus.LSM.lv рассказал Алексей Димитров, специализирующийся на правах человека юрист фракции «Зеленых»/ Европейского свободного альянса в Европарламенте.

КОРОТКО

  1. Насколько законны действия Латвии и в чем конкретно проблема?
    Подобным образом с мигрантами разбирались в Венгрии — и на это был ответ в европейских судах.
  2. Европа может наказать страну за подобные нарушения? Как именно?
    В случае, если дойдем до суда, беженцам могут заставить выплатить компенсации, а проявляющее упорство государство — крупно оштрафовать.
  3. То есть, пока издержки — в основном репутационные?
    Да, если ситуация не дойдет до крайне запущенной стадии.
  4. Режим ЧС на приграничных территориях не позволяет выдворять мигрантов в упрощенном порядке?
    Мы можем лишь просить суд о снисхождении, но это не всегда работает.
  5. Нужно ли размещать в лагере или палаточном городке каждого, кто перешел границу и сказал «прошу убежища»?
    Да — до момента рассмотрения дела.
  6. Допустим, дали статус в Латвии. Беженец после этого может жить только тут?
    Нет, все индивидуально.
  7. Насколько реально выяснить, что мигранту на родине действительно что-то угрожает?
    Реально, но ошибки в системе будут всегда.
  8. Отказ в статусе означает автоматическое выдворение из страны?
    Не всегда.
  9. Что Латвия может сделать сейчас?
    Дать возможность просить убежища на пограничных КПП, обратиться за помощью к европейским специалистам и обдумать свое отношение к системе распределения беженцев в ЕС.
  10. Стоит ли готовиться к потоку беженцев из Афганистана?
    Стоит.

1. Насколько законны действия Латвии и в чем конкретно проблема?

Даже во время чрезвычайной ситуации (ЧС) государство обязано соблюдать международные обязательства (на это Rus.Lsm.lv указывали в структурах и ООН, и Совета Европы, об этом же заявил и латвийский омбудсмен. — С.П.) и как раз с этим есть целый ряд проблем.

Первая проблема в том, что на время ЧС на конкретной приграничной территории — в том числе на самой границе — полностью прекращен прием ходатайств об убежище. То же самое в 2015 году пыталась сделать Венгрия: она тоже вводила чрезвычайное положение в связи с миграционной ситуацией, однако там все же можно было подать ходатайство — в двух транзитных зонах на границе с Сербией. Но

Суд ЕС признал, что это противоречит нормам директивы о процедуре убежища, потому что эта процедура должна быть эффективной.

Если человек уже встретился с представителями пограничной охраны, и может подать ходатайство им, нет никакого смысла гнать его в другое место. А у нас на границе вообще нет никаких пунктов, где можно подать прошение об убежище. 

Венгерский режим ЧС суд ЕС тоже не впечатлил: там сказали, что на чрезвычайную ситуацию можно ссылаться — если можно доказать угрозу безопасности. Но

само по себе движение большой массы людей через границу — еще не угроза безопасности.

Не думаю, что в латвийском деле ситуация будет оцениваться как-то иначе. Да, здесь есть новый фактор - действия властей Беларуси. Но ответственность за эти действия нельзя перекладывать конкретных мигрантов. 

Второй момент — соответствие Европейской конвенции о защите прав человека, когда мы говорим о выдворении лиц, которые могли бы претендовать на убежище. Согласно конвенции, если государство кого-то выдворяет, оно обязано убедиться, что этому человеку не грозит опасность ни в том государстве, из которого он бежит, ни в том, куда его выдворяют (в данном случае — в Беларуси). Но если у нас индивидуальная оценка не проводится, и нет возможности подать ходатайство об убежище, то говорить о том, что государство выполняет эти взятые на себя обязательства, невозможно. 

Подобные дела были с чеченскими беженцами, которые из России через Беларусь пытались попасть в Польшу и Литву, и на границе получали отказ без рассмотрения их ходатайств.  Суд сказал, что это нарушение статьи о запрете бесчеловечного обращения, потому что не было уверенности,что из Беларуси они не будут выдворены обратно в Россию, или что на территории Беларуси им не грозит опасность. У нас аналогичная ситуация: в отсутствие индивидуальной оценки мы не может говорить, что государство [Латвия] убедилось в отсутствии опасности для этих людей [в Беларуси и Ираке]. 

Также в конвенции есть запрет на коллективное выдворение:

нужно оценивать индивидуальную ситуацию каждого человека, а не просто скопом всех выдворять из страны.

Да, правительство Латвии ссылается на дело против Испании в Европейском суде по правам человека: два гражданина африканских государств перелезли через пограничные заборы, и их сразу без разбирательств выдворили обратно в Марокко. 

Но это дело было исключением: суд объяснил, что запрет коллективного выдворения не был нарушен в связи с двумя обстоятельствами. Первое: это люди сами применили силу, чтобы незаконно попасть на территорию Испании. И второй важный момент: суд сказал, что у них была возможность запросить убежище официально — либо в специальном пункте приема заявок, работавшем там же, на границе, либо в консульстве, которое по испанскому законодательству было обязано рассматривать ходатайства об убежище. 

Ни один из этих критериев в случае с Латвией не исполняется: мы закрыли возможность подать ходатайство об убежище на границе, а, по латвийскому закону, дипломатические представительства не рассматривают запросы о предоставлении убежища, это делает только пограничная охрана. То есть, в лучшем случае посольство в Беларуси может выдать визу на официальный въезд в Латвию. Без соблюдения этих критериев сравнивать латвийскую ситуацию с испанской достаточно сложно.

Вернуться к началу ▲

2. Европа может наказать страну за подобные нарушения? Как именно?

Европейский суд по правам человека только констатирует, было ли нарушение, и присуждает пострадавшим компенсацию. Например, Польшу обязали выплатить компенсацию конкретным пострадавшим, примерно по 30 тысяч евро на семью.  Что потом делать с проблемой — это решают уже национальные структуры.

Иначе было с Венгрией в суде Европейского Союза — там двухэтапная процедура рассмотрения дел. На первом этапе суд говорит, было нарушение или нет. Если было, но государство отвечает — «мы все равно ничего менять не будем» — Еврокомиссия может открыть новое дело, и запросить штрафы: один — за неисполнение, второй — ежедневный, начисляющийся до тех пор, пока решение суда не будет выполнено. Венгрия сейчас может столкнуться со вторым делом: Еврокомиссия уже предупредила, что, если страна не будет выполнять решение суда, возможны санкции. При этом Венгрия уже изменила свой закон, теперь подать ходатайство об убежище можно в зарубежных диппредставительствах — но Комиссию это не устраивает. Предупреждение сделано, хотя до суда пока не дошло.

Вернуться к началу ▲

3. То есть, пока издержки — в основном репутационные?

Могут появиться и финансовые: например, если суд решит, что Латвия нарушает европейское законодательство, и если, несмотря на это, у нас это особое регулирование будет сохраняться годами, как в Венгрии. Тогда может дойти и до серьезных финансовых штрафов. Это что касается конкретно процесса в суде Европейского Союза.  

Процессы в Европейском суде по правам человека могут привести к компенсациям конкретным людям, затронутым этой ситуацией. Это может произойти и на стадии латвийских судов, если человек, которого выдворили, подаст жалобу на действия пограничной охраны.

Вернуться к началу ▲

4. Режим ЧС на приграничных территориях не позволяет выдворять мигрантов в упрощенном порядке?

Теоретически, Латвия может подать в Совет Европы декларацию, что на период ЧС она отступает от некоторых прав, предусмотренных конвенцией. Например, такую декларацию сделали, когда объявили чрезвычайную ситуацию в связи с Covid-19. Но такая декларация не означает, что обязательства автоматически снимаются. Она говорит о том, что, если будут поданы иски, мы просим суд более снисходительно смотреть на действия государства в этих особых условиях. Это еще не означает полного ухода от ответственности, во-первых. А во-вторых,

обязательства конкретно по третьей статье Конвенции — о запрете бесчеловечного обращения — от них нельзя уклониться и в режиме ЧС.

Вернуться к началу ▲

5. Нужно ли размещать в лагере или палаточном городке каждого, кто перешел границу и сказал «прошу убежища»?

Если кто-то устно или письменно дает понять, что просит убежище — эти люди сразу попадают в особую категорию, и там должна быть запущена соответствующая процедура.

Те, кто в эту группу не попадают (не просят убежища — С.П.) — к ним относится директива о возвращении, и человека выдворяют. Есть исключение: можно выдворять и без официального решения, если человек нелегально пересек границу, и находится в приграничной зоне. Думаю, латвийское правительство использует это исключение, — не принимать официальное решение о возвращении. Но нужно понимать, что это исключение из правил, и оно не применяется в случаях, когда человек просит предоставить ему убежище.

Вернуться к началу ▲

6. Допустим, дали статус в Латвии. Беженец после этого может жить только тут?

Есть некоторые исключения, но общий принцип, который зафиксирован в так называемом Дублинском регламенте, таков: на территории ЕС за рассмотрение дела об убежище отвечает то государство, в котором человек впервые пересек границу Евросоюза. То есть, в нашей ситуации первоначально, до получения статуса (или отказа в нем), это — латвийская проблема. 

Дальше все зависит от индивидуальных обстоятельств. В случае получения статуса Латвия выдает человеку проездной документ. И если он может найти легальную работу за границей — может ехать в другую страну. Но если выясняется, что там у него нет достаточных средств, и он обращается за социальной помощью в другом государстве ЕС — тогда его могут вернуть в Латвию.

После того как человек прожил 5 лет в статусе беженца в Латвии, он может сдать экзамен по латышскому, и, при наличии доходов, получить статус долговременного жителя ЕС, с которым можно свободно перемещаться по Евросоюзу, и искать работу там. Еще после 5 лет проживания в Латвии можно сдать на латвийское гражданство.

Вернуться к началу ▲

7. Насколько реально выяснить, что мигранту на родине действительно что-то угрожает?

Статус беженца дается, когда человеку угрожает опасность индивидуально — например, его преследует по религиозной принадлежности или по политическим мотивам, и он может этот факт преследования доказать. Альтернативный статус предусмотрен для случаев, когда человек не может продемонстрировать, что что-то угрожает ему лично, но, например, в регионе, где он живет, идет война, и он может стать жертвой.

После заявлений правительства, что эти люди бегут из Ирака и поэтому они «не настоящие беженцы», я проверил европейскую статистику

за 2020 год: около 40% ходатайств об убежище от граждан Ирака заканчивались позитивным решением.

В теории должно быть примерно одинаковое соотношение во всех странах — но на практике, конечно, между, например, Скандинавией и Восточной Европой, разница довольно ощутимая. 

Есть страны, процент отказов гражданам которых очень высок — около 90% (по данным Управления по делам гражданства и миграции — УДГМ, в Латвии в прошлом году убежище запросили 147 человек, статус беженца или альтернативный получили 25 человек, данные по годам можно посмотреть тут, — С.П.). Это показывает, что можно разбираться. 

Поиск доказательств — это административный процесс, идет объективное расследование, в котором участвуют заявитель и в нашем случае — (УДГМ). С помощью переводчика у человека выясняют, где он видит для себя опасность. Потом специалисты УДГМ проверяют соответствие рассказа тому, что мы знаем про конкретное государство. Есть аналитические сборники, которые издает агентство ЕС по содействию в предоставлении убежища (EASO) — например, справочник про Ирак, про группы, которым там угрожает опасность. Используются также аналитические данные ведомства комиссара ООН по беженцам. На основании всех этих сведений принимается решение, и если оно негативное, его можно обжаловать в суде. 

Я бы не сказал, что всем иракцам должен быть предоставлен статус беженца или альтернативный. Но одновременно не могу утверждать, что ни единому иракцу, оказавшемуся на границе Латвии, опасность не угрожает. Это нужно оценивать индивидуально. 

В любой системе будут ошибки и в ту, и в другую сторону. Бывают случаи, что человек хорошо выучил свою «легенду», и настолько успешно притворяется, что его невозможно на чем-то подловить. Ему дают статус. Бывали и обратные примеры:

человеку не дают статус, депортируют, а на родине его убивают.

Те, кто интервьюирует соискателя — это люди с очень особой профессией, они проходят ряд тренингов, в том числе психологических, их учат, как проверять детали. Например, человек говорит, что жил в таком то городе, на такой то улице — у него спрашивают, что там в округе, просят нарисовать план, спрашивают, какой там ходит общественный транспорт, — и проверяют по Google Maps. Латвия до сих пор с этим меньше сталкивалась, но в Евросоюзе каждый год ходатайства об убежище подают сотни тысяч людей. 

Но, конечно, всегда будут люди, которые будут обходить систему, обманывать, и которые даже после отказов останутся на территории Европы. Но, на мой взгляд, это не такая большая цена за то, чтобы считаться лидерами свободного мира. Европейский союз в общем и целом по праву гордится тем, что внимательно относится к соискателям убежища. 

Вернуться к началу ▲

8. Отказ в статусе означает автоматическое выдворение из страны?

Не всегда. Например, если система перегружена, ходатайства рассматриваются по несколько лет. За это время человек интегрировался, нашел работу и женился. Затем ему отказывают в статусе, но выдворить из страны уже не могут — это было бы нарушением права на личную жизнь. 

Кроме того, для выдворения нужно какое-то сотрудничество с тем государством, куда выдворять. Есть страны, которые в этом плане с Евросоюзом сотрудничают, принимают мигрантов обратно. Но некоторые страны этого не делают.

Вернуться к началу ▲

9. Что Латвия может сделать сейчас?

На мой взгляд, первое — по крайней мере на пунктах перехода границы дать возможность оставить ходатайство об убежище. Это сейчас непопулярная мера, но она соответствует международным обязательствам Латвии, и помогает наладить процесс надлежащим образом. 

Второй момент — попросить помощь у европейского агентства по убежищу.

Реалистично нужно понимать: никуда мы от этой проблемы не денемся, ходатайства об убежище все равно будут.

Чем раньше мы попросим помощи специалистов EASO, которые могут говорить с гражданами Ирака на их родном языке и знают ситуацию в этой стране, тем лучше.  (Уже после разговора Rus.Lsm.lv c А.Димитровым, утром 18 августа ,МВД Латвии сообщило, что запросило у EASO переводчиков с курдского и с арабского. — С.П.)

Третье. Сейчас рассматривается новый европейский пакт о миграции, в котором предлагается изменить нынешнюю систему присвоения убежища. Один из шагов, который Еврокомиссия предлагает — механизм солидарности. Если конкретная страна ЕС захлебывается от прибывающих потоков мигрантов, и сама не может справиться с процедурой присвоения убежища — эти люди распределяются пропорционально по всем странах ЕС.

Ранее и Латвия, и Литва были против такого принципа — считали, что это все для помощи грекам и итальянцам, а нас это не касается. Но теперь мы видим, что это может коснуться каждого, и европейская система солидарности может сработать и в пользу Латвии и Литвы. Нельзя надеяться, что мы на географической карте всегда будем в стороне от миграционных потоков.

Вернуться к началу ▲

10. Стоит ли готовиться к потоку беженцев из Афганистана?

Не только Латвия, а Балтия в целом всегда выделялась довольно низким по европейским меркам числом ходатайств об убежище. 

Это было связано в том числе с географическим фактором: ранее и Россия, и Беларусь не давали доступ через свои границы. Плюс у них с другими странами были договоры о реадмиссии (От англ. to readmit — «принимать обратно». Имеется в виду согласие государства на прием обратно на свою территорию своих граждан и в некоторых случаях иностранцев, которые подлежат депортации из другого государства. — С.П.). Беларусь теперь прервала исполнение соглашения с ней. 

Вторая причина — экономическая: даже если человек нелегально попадает на территорию Латвии, Эстонии или Литвы, он, скорее всего, будет это скрывать в надежде попасть в страну, где на время рассмотрения ходатайства об убежище он мог бы находиться в экономически более выгодных условиях. Это зачастую связано даже не с пособиями, а с социальными связями. Например, если я курд, то мне, конечно, легче пытаться пробиться в Германии: я могу подрабатывать в каком-нибудь курдском ресторане, соплеменники меня возьмут. А в Латвии я, курд, никого не знаю. Социальные связи в этом смысле очень важны. Поэтому часто бывало, что люди попадали на территорию балтийских стран, но скрывали этот факт, и перебирались в Западную Европу, чтобы легализоваться там. 

Если сейчас пойдет большой поток беженцев из Афганистана, они совершенно законно смогут претендовать на убежище в Европе.

На территорию ЕС можно попасть через страны Балтии, и многие могут решить, что это все-таки неплохой вариант. Удручает неспособность правительства заранее планировать и готовиться к таким ситуациям, несмотря на уроки европейского миграционного кризиса 2015-2016 годов. 

Например, было нетрудно предположить, что когда-то будут эти столкновения в Беларуси. Да, теперь ситуация успокоилась, но мы должны были допускать и худший вариант:

если бы там вспыхнула реальная гражданская война. Тогда на нашей границе были бы не иракцы группами в десятки человек, а белорусы в миллионных количествах.

Нереальный сценарий? Но так же когда-то казалось, что в Сирии стабильный режим, который все контролирует — а когда вспыхнула гражданская война, появилось исламское государство, это был большой сюрприз. Точно так же нельзя просто сказать, что белорусы не такие, и там априори такое невозможно. Опрометчиво полагать, что страна на границе Евросоюза всегда будет непривлекательной для соискателей убежища.

Вернуться к началу ▲

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Еще видео

Рекомендуем

Уведомляем, что на портале Lsm.lv используются т.н. cookie-файлы (cookies). Продолжая использовать портал, вы соглашаетсь с размещением и хранением cookie-файлов в вашем устройстве. Подробнее

Принять и продолжить