Людмила Метельская: «Почтисчаcтье», симметричное слово

«Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему». С Толстым не поспоришь — да и незачем, ведь в новом спектакле Рижского Русского театра речь — о «почтисчастье», а это и разнообразие, и схожесть в одном флаконе. И вариантов оказывается не совсем море — всего-то девять миниатюр о почти любви.

ФАКТЫ

В Рижском Русском театре имени М.Чехова состоялась первая премьера этого сезона — «Почтисчастье» по пьесам современного американского драматурга Джона Кариани Love/Sick и Almost, Maine. Режиссер — Сергей Голомазов, сценограф — Николай Симонов, художник по костюмам — Евгения Панфилова.

Разговор о счастье оказался облегчен «чужеродной» природой происходящего. Нам бы их заботы! — думает зритель, но понимает, что заморские имена и ситуации — лишь условность, и неминуемо упирается в миниатюру о себе.

Почтисчастье — оно и в Африке такое же неправильное слово. Это про нас — про недопонимание несмотря на почти любовь.

Про беспокойство, ревность, бытовую скуку и потерянный ботинок как повод для семейных разборок. В нужный момент ботинок упадет с неба, и это будет уже о том, что небо вам, конечно, поможет, но вы тут пока сами, сами.

Поговорим о странностях совпадений, рассыпанных по тексту всем на радость. Встретились парень с девушкой, и у обоих — одна редкая болезнь на двоих. Встретились бывшие супруги — и оба опять свободны. Совпадения определяют эстетику спектакля и позволяют строить ее на симметрии. Страдания одного влюбленного прорастают в другом, и вот уже оба практически бьются в конвульсиях — ошибаются, падают и никак не могут встать. Или — в миниатюре о байкерах — говорят так, что заслушаешься: она басовито, он — почти фальцетом. Чем в принципе уравновешивают друг друга: низкий женский голос и высокий мужской, по идее, должны давать приблизительно один и тот же по высоте звук.

Каждый эпизод построен на симметричных поступках, жестах, костюмах. Вам показывают, как

все, что делает один человек, отзывается в другом: что отдаешь, то и получаешь.

Комичной, яркой, явной настолько, что глазам больно, эта соразмерность становится в миниатюре с парой, обремененной смартфонами, читай — тягой к жизни на стороне. Вы видите конструкцию из двух тел, слившихся в объятии, но с выведенными вовне руками. Каждый не расстается со своим мобильным устройством и каждый прячет его за чужой спиной.

Уютные женушки в одном куске возмещены стервами в другой, красавцы — рохлями, мужчины — женщинами, любящие — любимыми... Несправедливость — справедливостью, чтобы вы поняли: когда-нибудь гармония посетит и вашу жизнь.

В конце концов, словом почтисчастье обозначена не только незавершенность счастья, стремление к нему, но и уравновешенность того, о чем мечтаешь, тем, что ты заслужил.

В каком-то эпизоде невнимательность мужа сбалансирована мнительностью жены. В каком-то — измена ответной изменой, которая случается буквально через несколько дней, как эхо. Идет подсчет ошибок, взгляд на ситуацию с мужской стороны дополняется взглядом с противоположной, женской.

Вы выслушиваете обе стороны и понимаете, что правых или неправых в таких отношениях просто нет. Правы и неправы оба. И за это им — почтисчастье.

Сергей Голомазов — мастер спектаклей ансамблевых, пусть немноголюдных. В каждой сцене он занимает не больше трех человек, но вы попробуйте вспомнить, кто в этих миниатюрах играл лучше всех... Не вспомните. Режиссер выравнивает актерские таланты, и вот вам новый вариант симметрии: равнозначность. Здесь все играют одинаково главные роли: приходите на коллективный бенефис.

Здесь все истории смягчены юмором, облагорожены сценическими находками. Героиня угрожает благоверному игрушечным пистолетом, целится в семейную скуку, захлопывает книгу, звучит выстрел, муж падает, зритель смеется... О важном можно говорить еще и так — почти играючи.

В конце концов вам все-таки покажут, каков он, этот рубеж, к которому стремились все: не почти-, а просто — счастье. По ходу действия кто-то из героев приближался к этой границе, для них все — в будущем, как для женатых пар — в прошлом: было дело, они тоже светились радостью, теперь все сдвинулось в сторону «почти». А граница — вот она: выстроенные в линеечку невесты и женихи. Счастье меняет людей, отражается в жестах, одежде, аксессуарах, превращает шлем байкерши в накладные ушки Микки-Мауса. Линейку в свадебных нарядах на поклонах можно передвигать ближе к зрителю, расщеплять на пары, позволять принимать цветы и поздравления. Счастье мобильно, с ним можно играть. И выигрывать.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Популярные
Рекомендуем

Уведомляем, что на портале Lsm.lv используются т.н. cookie-файлы (cookies). Продолжая использовать портал, вы соглашаетсь с размещением и хранением cookie-файлов в вашем устройстве. Подробнее

Принять и продолжить