Либа Меллер: Когда молодость смерти подобна

Лиепайский театр после долгого перерыва вернулся к публике с премьерой. Это «Диагноз — молодость», дипломная работа студентов актерского курса Лиепайского университета. Выпускникам невероятно повезло с режиссером, ведь постановщиком стала несравненная Мара Кимеле. А значит, и публике посчастливилось, потому что спектакль получился таким, что зрителя затягивает в бездну вместе с героями.

СПЕКТАКЛЬ

Диагноз — молодость
(Krankheit der Jugend,
Фердинанд Брукнер)

Режиссер: Мара Кимеле

В ролях: Мадара Вильчука, Мадара Кална, Кинтия Стуре, Агния Дреймане, Карлис Элвис Артеев, Карлис Эрглис, Хуго Пуриньш, Артур Ирбе, Валт Скуя
Сценограф и художник по костюмам: Кристап Краминьш
Хореограф: Кристине Брининя
Художник по свету: Мартиньш Фелдманис
Перевод с немецкого: Ингус Лининьш

Сначала предполагалось, что Мара Кимеле поставит «Болезни молодости» Фердинанда Брукнера весной прошлого года. Но герои — молодежь, студенты-медики, и было решено, что эта пьеса станет одной из дипломных работ актерского курса. А в тот раз Мара Кимеле поставила «Волнение» Ивана Вырыпаева, и это было потрясающе...

Репетиции пьесы Брукнера начались несколько месяцев назад, название поменяли на «Диагноз — молодость», потому что — забегая вперед — одна из героинь говорит: «Такая бесцельная молодость, как у нас после этой войны — сама молодость становится болезнью». О какой войне речь и прочем — чуть позже.

Фердинанд Брукнер (1891-1958, настоящее имя Теодор Таггер) написал пьесу «Болезни молодости» в 1925 году, через год состоялись ее премьеры в Гамбурге и Бреслау, а прорывом стала берлинская постановка 1928 года.

Так что речь идет о Великой — Первой мировой — войне. И о «потерянном поколении».

Это «секс, наркотики, рок-н-ролл», то есть, конечно, джаз вместо последнего пункта, если мы говорим о «ревущих 20-х». Хотя музыка в спектакле звучит в основном современная клубная, и сценография современная.

Предполагается, что это то ли пансионат, то ли общага. Но мы видим только одну комнату, в которой все предметы обстановки периодически меняются местами. Тут есть столик. Видавший лучшие годы размалеванный краской диван. «Европоддоны» и матрасы — вот вам и кровать. Еще есть покрышки, металлические бочки, но главное — металлическая ржавая стена, вся граффити, как в подворотне какой. Или на пустыре за гаражами. В ней дверь в соседнюю комнату, но она распахивается лишь для того, чтобы снова захлопнуться. Герои вместо двери пользуются лестницей вниз, зрителю видны лишь перила, дыра в полу и пара верхних ступенек. В преисподнюю они проваливаются, что ли... То есть

вся сцена — это сплошная разруха. Причем «не в клозетах, а в головах» у героев.

Но о них чуть позже.

Сначала о костюмах. Они тоже современные. Ничего не говорящие. Почти ничего. Только у одной из героинь — несчастной глупышки и провинциальной простушки Люции — цветастое платьице, которое буквально вопит, что его носит дурочка безответная. Циник и манипулятор Фредер, которому, судя по всему, доставляет удовольствие ломать людей, сначала заставляет влюбленную в него Люцию стать воровкой, а потом отправляет на панель. Он и красавицу-умницу Дезире ближе к финалу уничтожит, хотя, кажется, до сих пор ее любит. Есть Мари, обожающая своего поэта Петреля, которого уводит лицемерка и лгунья Ирена. Еще есть хороший парень Альт — уже врач, но была в его практике какая-то мутная история. Интрига раскручивается, постепенно и герои раскрываются, точней, показывают свое настоящее лицо. Кипят страсти, герои меняют партнеров, но над всем этим веет какой-то тлен, что ли... Впечатление, что с самого начала у всех персонажей была запущена программа саморазрушения. Сюжет пьесы кратко изложен в немецкой Википедии — Krankheit der Jugend, а доктор искусствоведения Весма Левалде, которая преподавала студентам актерского курса семиотику театра, написала отличную рецензию (Paaudzes sajūtu anatomija), в ней она детально разбирает и образы, и то, как их раскрыли молодые актеры.

Играют они отлично, и это, конечно, заслуга Мары Кимеле. Великолепный режиссер и талантливый педагог «выжала» из молодых актеров всё, на что они способны.

«Она работала с ними не просто как опытный режиссер, а как режиссер-педагог. Работала индивидуально, чтобы раскрыть потенциал будущего актера. И это очень заметно», — подчеркнула Весма Левалде, когда мы с ней обсуждали постановку.

Мара Кимеле очень бережно отнеслась к тексту, ничего в пьесе не сократив. Из двух концовок, написанных Фердинандом Брукнером, выбрала более трагичную и жесткую. Сама Кимеле результатом довольна. Оправданно: надо сказать, что

ничего за почти сто лет с момента написания пьесы не устарело, смотрится всё на одном дыхании.

  • «Диагноз — молодость» включен в репертуар Лиепайского театра, ближайший показ — 24 июля.
Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Рекомендуем

Уведомляем, что на портале Lsm.lv используются т.н. cookie-файлы (cookies). Продолжая использовать портал, вы соглашаетсь с размещением и хранением cookie-файлов в вашем устройстве. Подробнее

Принять и продолжить