Кристина и Татьяна — первые доктора-клоуны в Даугавпилсе #ГородD

Татьяна Стельмака хорошо помнит свой дебютный выход к детям в Детской клинической университетской больнице: «Вижу глаза одного мальчика, огромные глаза, он смотрит на меня — и в этот момент он самый счастливый ребенок в мире». Вместе с коллегой Кристиной Семеновой Татьяна в Даугавпилсской региональной больнице скоро приступит к обязанностям доктора-клоуна. Они — первые в городе.

ФАКТЫ

Медицинскую клоунаду применяют в США с 1986 года. В 1993 году она пришла в Европу. Организации докторов-клоунов существуют более чем в 30 странах. В Латвии проект «Доктор Клоун» с 2012 года реализует общественная организация Dr.Klauns при поддержке благотворительного фонда Петра Авена, молокоперерабатывающей компании Food Union и других спонсоров.

«Я бы в клоуны пошел — пусть меня научат…»

Кристина окончила Государственную гимназию. Потом получила профессию графического дизайнера, увлечена живописью, фотографией, работала в туристическом агентстве, имеет преподавательский опыт. В настоящий момент посвятила себя семье и детям. «Я как-то сравнительно давно увидела западный видеосюжет о докторах-клоунах, потом узнала, что программа подготовки таких докторов есть в Латвии, но Даугавпилс ею не охвачен. Почему докторов-клоунов нет во втором по величине городе Латвии? Это показалось мне несправедливым, и я в прошлом году подала анкету на участие в программе. Путь был долгим, и вот теперь — я доктор-клоун», — рассказала она.

Татьяна — выпускница Даугавпилсской средней школы № 9 и Даугавпилсского университета. В родной школе преподает латышский язык — полная ставка, классное руководство и прочие прелести школьной жизни. «Только не надо говорить, что учительская работа — ад кромешный, мы сами ее выбирали», — подчеркивает Стельмака. О докторах-клоунах узнала от дочки: «Она как-то ходила на День открытых дверей в местный медицинский колледж, туда приезжали доктора-клоуны из Риги. На дочку они произвели сильное впечатление, она рассказала мне. Потом так получилось, что она лечилась в Детской клинической больнице, мы ожидали операции, волновались. И встретили там докторов-клоунов, они с нами поговорили, нам как-то сразу стало легче, отлегло… С тех пор прошло какое-то время, и в 2019 году я случайно увидела объявление о наборе. Я задумалась, думала долго, никому не говорила.

Рассказала, наконец, дочери. Реакция — «Ты, мама, с ума сошла…» Но я еще немного подумала и послала заявку — я должна была попробовать».

По словам Кристины и Татьяны, в прошлом году от желающих участвовать в этой программе было получено 150 анкет-заявок. После многоступенчатого отбора в группе осталось 20 человек. Интервью, отбор по актерскому мастерству, испытание на психологическую ответственность и готовность. После всего этого — обучение с сентября прошлого года по июнь нынешнего. Коронавирус и тут, конечно, спутал планы — учебу должны были закончить раньше, но не вышло. Лекции и практические занятия проходили в Риге по субботам и воскресеньям. «Сложилась наша большая клоунская красноносая семья. Возраст — от 22 до 60 лет. Мы постоянно общаемся и поддерживаем друг друга», — говорят Кристина и Татьяна.

Надо искать открытые двери

Занятия состояли из лекций и практики. Татьяна так вспоминает свой первый контакт: «В Латвии доктора-клоуны работают парами. Сейчас мы с Кристиной пара, но на практических занятиях в Риге были у каждой другие партнеры. Я первый раз шла по коридору больницы вместе с коллегой-студентом. Идешь, волнуешься, ничего не знаешь. Просто встречаешь разных людей, они смотрят на тебя, улыбаются. К нам сразу

подбежал дедушка одной пациентки, попросил разрешения сфотографироваться с нами и … как бы нас благословил.

Первая смена — полтора часа, вообще же клоунское время — не более трех часов за один раз. У нас всё получилось. Эти

огромные глаза мальчика я никогда не забуду. Дети нас приняли».

У Кристины дебютный опыт оказался более сложным: «Мои мозги при стрессе рационализируются, я начинаю всё тщательно анализировать, становлюсь очень собранной. Кстати, это не всегда мне помогает. Мы с моим партнером-студентом приехали на нужный этаж, вышли, и

нас сразу же окружили девчонки-подростки. Их внимание полностью досталось моему партнеру — симпатичному парню, меня же они, можно сказать, заблокировали.

Потом я пошла в палату, там была девочка; когда она увидела клоуна, у нее началась истерика… Позже выяснилось, что она аутистка, здесь нужны особые подходы. Она оказалась в абсолютно незнакомом больничном пространстве после привычного пространства своего детского дома, и клоун тут еще этот… Дальше у меня была девочка с очень тяжелым диагнозом, она передвигалась вместе с аппаратурой, поддерживающей ее жизнедеятельность. Нелегко на всё это смотреть, но

доктор-клоун не имеет права жалеть детей. Для жалости есть другие.

Мы же партнеры по играм, если дети захотят. Мы вытаскиваем всеми силами ребенка из болезни, о болезни в больнице есть кому напомнить — тут и врачи, и родители».

Доктора-клоуны — это не цирковые артисты и не аниматоры. Не будут смешить шутками и ужимками, не стоит ждать представления с песнями, танцами, жонглированием и т. д. (хотя элементы шоу возможны — Л. В.). «Мы работаем с детьми, с родителями, с медицинским персоналом. Иногда ребенок открыт, с удовольствием идет на контакт. Иногда мы ищем ключ к ребенку через родственников или добрую санитарку в палате. Никогда не знаешь, как всё пойдет. Нужно быть максимально готовым к импровизациям и искать открытые двери. Случается — поговорить, случается — помолчать, просто проводить на операцию или какую-нибудь процедуру. Хорошо, если удается перенаправлять энергию находящегося в больнице ребенка — превращать, например, агрессию в игру. Наша задача — отвлечь от болезни и больницы, вернуть в другой мир. И

надо уважать право маленького человека принимать самостоятельные решения — он может не захотеть общаться с докторами-клоунами.

Вот подумайте — в больнице всё за него решают медицинские работники и родители, он должен подчиняться, выполнять все их указания. Он совершенно несвободен. А клоуну можно отказать — это будет проявлением свободы. И оттолкнуть клоуна можно, и ударить — всякое бывает, нужно понимать и быть готовым», — рассказали теперь уже даугавпилсские доктора-клоуны.

О деньгах, негативе и кайфе

За свою работу доктора-клоуны получают чисто символическое вознаграждение — чтобы менять костюмы и образы. Учеба была бесплатной, в Риге иногородних обеспечивали жильем и питанием.

«Ну, если кто хочет денег заработать, то это не сюда», — в один голос заявляют Татьяна и Кристина.

«Для меня такая работа — обретение собственной внутренней свободы. В профессии учителя много правил и ограничений, здесь же я выхожу за определенные рамки и кайфую. Я изменилась и обрела много новых друзей. Раз в месяц мы встречаемся с менторами, и еще проходят специальные встречи, чтобы мы профессионально не выгорели. Работать можно две смены — каждая по три часа — в неделю. Больше нам пока нельзя, мы новички», — объясняет Татьяна.

Кристина вспоминает, что во время учебы пролила немало слез: «Мы определенно пересолили планету. У каждого из нас есть свои личные воспоминания, связанные с больницей, есть свои психологические нюансы. Мы вначале думали — пришли спасать мир, оказалось же, что, помогая другим, ты помогаешь себе. Первые три года доктор-клоун выравнивает себя, вытягивает из себя негатив (Кристина употребила более резкое слово — Л. В.) и лишь потом начинает полноценно и максимально раздавать другим себя и свои знания. В некоторых странах доктор-клоун — полноценная профессия, на которую учатся в университетах. У нас, к сожалению, не так. Но мы получили бесценный опыт».

Сейчас в Даугавпилсской региональной больнице идет оформление необходимых документов, заключаются договоры (коронавирус притормозил процесс), и скоро Татьяна и Кристина начнут работу. Простите за пафос, но в мировом океане добрых дел одной каплей добра станет больше.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Самоуправления
Новости
Новейшее
Интересно