Правда ли, что в Даугавпилсе нельзя выучить латышский — интервью с филологом

Обратите внимание: материал опубликован 1 год и 2 месяца назад

Сегодня затронем тему, ставшую за последний год особенно острой и чувствительной, и которую уже можно назвать стереотипом — дескать, в Даугавпилсе настолько русскоязычная среда, что практически невозможно выучить латышский язык. Так ли это? О тонкостях и проблемах преподавания латышского языка для взрослых Латгальской студии Латвийского Радио рассказала профессор, доктор филологии Майя Бурима.

В сфере обучения латышскому языку тех, для кого этот язык неродной, Майя работает с 1991 года. Она считает, что «главные факторы изучения любого языка, включая латышский, — это мотивация и эмоциональная вовлеченность, а не возраст или отсутствие среды». Да, в Даугавпилсе редко на улице можно услышать латышскую речь, но это не означает, что горожане не знают государственный язык и что его невозможно выучить.

— Предположение, что в Даугавпилсе сложно выучить латышский язык связано с неоднородным национальным, этническим составом жителей нашего города, где доминанта — лица, говорящие на русском как родном языке. И отсюда возникает вопрос методологический — связана ли возможность быстрее или медленнее выучить язык в той среде, где язык, который вы изучаете, не является основным коммуникативным языком — то есть языком общения и обмена информацией. Такой вопрос задают и ученые в других странах. Например, недавние исследования в Германии или Норвегии, где сейчас много беженцев не только из Украины, но и из Сирии, и где тоже столкнулись с проблемой обучения людей иностранным языкам.

Чтобы выявить специфику даугавпилсской среды, хочу начать немного с другой стороны — при изучении иностранного языка в первую очередь выделяются такие когнитивные факторы, как умение человека обучаться, его предыдущий опыт изучать, запоминать и осваивать информацию. Современные исследования говорят о том, что нельзя однозначно выделять фактор, так называемый, 50+, — что люди после пятидесяти лет учатся медленнее, потому что у них хуже память.

Я могу сказать, что возраст — это только один из факторов.

Исследования ученых из университета в Осло свидетельствуют о том, что самую главную роль в изучении иностранного языка играет предыдущий опыт обучения, особенно, если человек знает еще какой-нибудь язык. Возраст человека в большинстве случаев не является преградой изучению латышского языка.

— В изучении языка намного важнее мотивация человека, его эмоциональная отдача. Состояние стресса при поставленных конкретных сроках обучения снижает усвоение языка. Но если человек видит цель и понимает, зачем ему надо знать язык, то это вопрос времени. Системность и последовательность — это то, чего не хватает в подходе государства при обучении латышскому языку. При стихийной реализации процесса сложно добиться результата...

— Расскажу, как теперь учатся те люди, которые приехали в Латвию из Украины. У нас таких групп много, 25 из них уже завершили обучение. Еще 20 групп укомплектовано. В нашей преподавательской команде — 19 учителей. У тех, кто учится, очень высокая мотивация. Имеется еще много факторов, — не только потому что они здесь должны  устроиться на работу — но это погружение в язык помогает им хотя бы на тот момент, пока они на занятиях, не думать ни о чем другом. Здесь, в учебной аудитории я вижу их огромную мотивацию. И есть параллель с нами: они говорят, что дорожат своим языком и понимают, что для нас, для Латвии тоже принципиально важно сохранить язык, как один из главных признаков национальной идентичности, на котором и строится ощущение принадлежности к государству.

— Как у людей, давно живущих в Даугавпилсе, с мотивацией и необходимостью изучать латышский? Многие говорят, что вокруг них нет нужной среды, чтобы учить латышский язык.

— Мне очень тяжело определить, что такое среда. Часто говорят: есть среда, нет среды... Я ищу в методологии, но не могу найти однозначного определения, что такое среда. Если у человека есть мотивация, то он, живя и в Даугавпилсе, — и тому очень много примеров — может прекрасно выучить не только латышский, но и французский, литовский, китайский, английский, испанский и другие языки. Если у человека есть в этом необходимость и мотивация. И в современном мире это делать очень легко, потому что имеется вторая среда — это интернет.

Если мне говорят, что пожилые люди не умеют пользоваться интернетом — это не языковой вопрос. Это вопрос о том, о чем я уже говорила, — есть ли у человека желание, навыки и потребность учиться.

Пусть каждый определяет это сам.

Для примера, немного остановлюсь на ситуации в Германии и Норвегии. В этих странах государство вкладывает большие инвестиции в образование и интеграцию. И, конечно, все это делается не на любительской основе, как у нас. Там уже в начале обучения проводится лонгитюдное исследование (научный метод, применяемый в социологии и психологии) — то есть приехал человек, начал учиться, и он сразу становится объектом исследования — учит, не учит, есть ли результат...

— Отслеживается динамика усвоения?

— Да, конечно. И это делается годами. Если что-то идет не так, например, когда приехавшие в Норвегию из Сирии и других восточных стран оседают в одном и том же месте, объединяются, создают свои школы нацменьшинств и т.п., государство начинает бить тревогу, ибо в той среде уже никто не говорит на государственном языке и появился целый класс (сегмент) людей, которые не говорят на норвежском. Тогда государство проводит мониторинг сложившейся ситуации и придумывает пути, как из нее выйти.

Подчеркну, что там обучение языку сложней, чем у нас. Поэтому у нас должен быть хороший результат. Поясню: потому что

у нас, в Даугавпилсе, каждый педагог, который учит латышскому языку, владеет русским. А это значит, что есть язык-посредник между преподавателем и учеником.

В ситуации, если человек приехал в Германию или Норвегию, скажем, из Сирии, то соответственно, норвежский или немецкий он не знает. Поэтому учителя придумали такое решение: у каждого педагога есть ассистент или переводчик, и они работают в классе на занятиях вдвоем. Преподаватель говорит на норвежском, а ассистент переводит, чтобы помочь человеку понять нюансы языка. Нам это делать не надо. Вот в чем преимущество.

— В таком случае, почему нет результата? Что же не работает?

— Очень правильный вопрос. Не работает то, что у нас все мероприятия по интеграции, в том числе и изучение латышского языка, проводились в государстве волнообразно. Есть деньги, пришло европейское финансирование — проводятся курсы. Потом два года денег нет, и все это время нет и обучения. Что стало с людьми, которые учили язык? Где база данных о них, потеряли они за эти годы приобретенные знания и навыки или нет — никто не наблюдал...

В разговоре с Майей мы затронули ряд проблем, связанных с изучением латышского языка не только в Даугавпилсе, но и в целом в стране. Это и проблемы с личной мотивацией, и отсутствие понимания долгосрочной перспективы. Немаловажно и то, что часто люди учат латышский, потому что от них это требуют и осваивают его только до того момента, чтобы отстали госинституции. Прошёл человек трехмесячные или полугодовые языковые курсы, получил документ об определенном уровне знаний и положил его в шкаф. Майя Бурима отмечает, что в том, чтобы заинтересовать и увлечь человека многое зависит от структуры учебного процесса.

— Сейчас все «бьют в колокола» — столько учили латышскому языку, инвестировали в это, а результата нет. Значит, в какой-то момент надо было думать и о других инструментах. И они были и есть!

Из моего опыта: очень хорошо работают различные неформальные мероприятия — лагеря, походы, клубы дискуссий и др., где вместе собираются и носители языка, и те, кто его изучает.

И самое лучшее, когда они начинают дружить, встречаться и общаться. Это дает наилучшие результаты. Таких примеров множество.

Мы все живем в глобальной сети. Для освоения языка тоже нужна сеть. Есть наблюдение, что педагоги, работающие со взрослыми, должны владеть еще и другими навыками, в отличие от педагогов, которые работают с детьми. Чтобы понимать, как дифференцировать и в каком темпе обучать класс, в котором собрались люди разного возраста с разным уровнем усвоения языка. Говоря о методологии, есть определенные схемы, как человек учит иностранный язык. Первый период обучения — когда человеку удается в общем понять информацию на латышском и минимально от него требуется какая-то обратная связь. Потом следует тот этап, который очень часто не соблюдается — это так называемый момент тишины, когда у человека все должно отложиться и он уже слушает, читает, но еще не говорит. И вот тогда наступает иммерсия (вживание, погружение в язык), когда к человеку для общения можно приглашать тех, у кого родной язык латышский или кто хорошо знает этот язык.

Казалось бы, выучил язык, — говори! Но у взрослых людей большие требования к самому себе и у них выше психологический барьер.

Нужно четко знать, какими приемами его преодолеть. У пожилого человека требования к себе и его жизненная мудрость еще сильнее... Чтобы решить наболевшую ситуацию, должна быть другая методология.

Я открываю Facebook, смотрю на объявления, и плакать хочется от унижения, если вижу, что курсы по изучению латышского языка предлагает... автошкола. Я очень извиняюсь — педагогов не хватает в школах, не говоря уже об обучении взрослых. Работать некому...

Ни одна программа в Латвии не предлагает подготовку педагогов-учителей для обучения взрослых латышскому языку как иностранному.

В основном, все у нас работают как самодеятельность на неизвестно каких материалах. С одной стороны — это инициатива людей, но с другой стороны есть много векторов, которые нужно усиливать. К примеру, в Польше объявлено о том, что по вечерам в самоуправлениях или языковых центрах раз или два в неделю (в зависимости от финансирования) организуется клуб собеседников для общения на том или ином языке. При этом может быть заранее задана тема или без нее. И вот человек, предположим женщина, идет после работы домой, по дороге сделала покупки и еще зашла в клуб, чтобы встретиться и поговорить минут 40 с интересными ей людьми... Побеседовали и разошлись. И приятное общение, и практика... А мы последние такие дискуссии проводили в Zoom, удаленно, что удобно, ведь участникам и ходить никуда не надо.

Использование интернет-ресурсов для обучения, общения, обмена мнениями и тренировки навыков освоения языка — очень действенно, а также полезно для раскрепощения человека и снятия его психологических зажимов.

Человеку, сидящему в привычной среде — у себя дома у компьютера — не так страшно общаться.

В любой момент, если он при разговоре почувствует неловкость, то может выключить экран, а в крайнем случае — и вовсе выйти из сети... Главное — должна быть спокойная атмосфера, соответствующее эмоциональное состояние и мотивация.

— Но даже у мотивированного человека могут возникнуть проблемы с освоением языка, так как нередко, когда человек начинает говорить на латышском с тем, для кого этот язык родной, собеседник (латыш) предлагает перейти на русский для удобства общения.

— Это вопрос очень болезненный. Мы неоднократно, готовя свои проекты, указывали на то, что нужно обратить внимание на людей, для которых латышский язык родной. Среди них тоже нужно вести разъяснительную работу и советовать, что

желательно для обеих сторон расположить этот «мостик общения на латышском» между теми, кто говорит на этом языке и теми, кто еще учится говорить и проявляет желание освоить латышский язык.

Почему люди переходят на тот язык, который обе стороны хорошо знают? Это психологически обосновано, потому что человек всегда выбирает ту языковую стратегию, в которой он чувствует себя комфортнее. Это и экономия времени, чтобы не вдаваться в дополнительные разъяснения. Причем это характерно не только для нашей среды, но для любой.

Часто доводится слышать критичное высказывание в адрес русскоязычных: почему они на водительские права могут выучиться, а освоить латышский нет? Отвечу: это нельзя сравнивать, ибо это совершенно разные системы. Потому что язык очень связан с эмоциональным состоянием, общим уровнем образования и тем, насколько человек хочет и способен учиться.

— Более 30 лет в Даугавпилсском университете проходят курсы латышского языка, и практика подтверждает то, что люди могут выучить язык.

— Если говорить о людях среднего и пожилого возраста, то они после обучения латышскому языку хорошо читают и понимают, у них неплохое произношение, потому что они все же живут в информационной среде, где звучит латышская речь (по телевизору и радио, в торговых центрах, в общественном транспорте и др.) Они на слух ловят элементарную информацию и большинство из них может заговорить на латышском. Но тут начинается главная проблема — специфика города Даугавпилс — не скажу, что возможности тренироваться в разговоре на латышском языке здесь нет, — она есть, но мы не можем перейти на другую коммуникативную модель общения. Мы не знаем, как это делать. У нас нет хороших примеров и образцов...

Хорошо бы, если те люди, кто выучил латышский язык, поделились своим опытом и рассказали на радио и телевидении, в газетах и социальных сетях, а может, и на первом занятии языковых курсов о том, как они осваивали язык, какие приемы использовали, как запоминали... Думаю, что это многим помогло бы...

Сейчас создается стереотип, что никто не может и никто не выучил латышский. Это неправда, это совершенно не так! 

У меня есть три золотых примера, когда после обучения люди говорят на латышском без единой ошибки — это три разных человека: директор школы, профессор экономики и домохозяйка... Увеличивается численность людей, которые хотят освоить латышский язык как можно лучше — на таком же уровне, как у людей, для которых латышский язык является родным языком. Выдвигают такую амбицию и достигают ее. И таких людей становится все больше и больше... К нам приходят очень мотивированные люди.

Майя Бурима признала, что не часто слышит на улицах Даугавпилса латышскую речь. Но когда в этот город приезжают её коллеги, они отмечают, что если обращаются к даугавпилчанам (на улице, в магазине, автобусе и др.) на латышском, то получают ответ тоже на латышском.

Как писал ранее Rus.LSM.lv, чтобы популяризировать латышский язык, необходимо, чтобы он не был карательным инструментом. Кроме того, важно проявлять толерантность к тем, кто изучает язык, и не убить в них веру в себя, отметили гости программы Латвийского Радио-4 «Открытый разговор».

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

По теме

Еще видео

Еще

Самое важное