Что и почему нужно знать о том, как Латвия объявила войну Германии

Сто лет назад, 21 ноября 1919 года, Латвийская армия одерживает свою последнюю крупную победу над Западной добровольческой армией Павла Бермонта — освобождает Елгаву. Это последний удар латвийских сил — он ставит крест на сопротивлении бермонтовцев.

Самые важные факты

1. Продвижение Латвийской армии

ПРОЕКТ

Эта публикация появилась в рамках проекта #LV99плюс, посвященного столетию Латвии. На протяжении года Rus.Lsm.lv будет со сдвигом в 100 лет следовать за событиями, приведшими к независимости. Проект включает в себя и попытку реконструкции исторической реальности в группе в Facebook. Этим «займутся» персонажи, как бы живущие в то время и рассказывающие о нем. Они — виртуальные, но ни в коем случае не «фейки», а, скорее, актеры, играющие в исторической постановке.

После потери Задвинья 11 ноября 1919 года Железная дивизия отступает на юг и занимает старые, построенные в Первую мировую войну позиции в окрестностях Олайне. Латвийская армия не сразу отправляется по пятам бермонтовцев, но останавливается, чтобы тщательно подготовиться к дальнейшим операциям и к освобождению Елгавы. Город нужно занимать не лобовой атакой, но обойти силы противника с правого и левого флангов.

Справа наступает Латгальская дивизия, по центру и на левом фланге — Видземская дивизия, а дальше на юге — подразделения Курземской дивизии.

Их цель — зайти глубоко в тыл противника и занять Бауску.

Дуга окружения постепенно сжимается вокруг Елгавы. Пятнадцатого ноября латышский 3-й кавалерийский эскадрон перерезает железнодорожную линию Тукумс — Елгава. Восьмой Даугавпилсский пехотный полк следует за ним, переходит на левый берег замерзшей Лиелупе, чтобы угрожать Елгаве с северо-запада. Семнадцатого ноября подразделения Латвийской армии занимают Бауску.

Положение бермонтовцев становится все более сложным, армия постепенно разбегается, превращаясь в банду грабителей.

ЦИТАТА

«Мы приближались к Сакарни. Там не было видно ни души. Вновь по жилам потекло обычное волнение, опять горели глаза, и, когда мы вошли во двор Сакарни, взгляд рыскал повсюду, с особым вниманием заглядывая в окна и двери. И здесь я ждал выстрелов и взрывов ручных гранат, но — в этом доме не было ни одной живой души.

— Эй, постучи в двери, — сказал мне лейтенант, а сам, с револьвером в руке, двигался в нескольких шагах позади меня. С винтовкой в руках я зашел в дом. И там все было пусто. Тогда лейтенант Крумс выпустил условленную зеленую ракету. Это был знак, что противника нет, и солдаты полка могут здесь готовиться к дороге на Елгаву. Тут, кажется, потревоженная выстрелом, будто из ниоткуда во дворе Сакарни появилась старушка, с растрепанными волосами под измятым платком, с совершенно бледным лицом. Она смотрела на наших, как на привидений. Она упала на колени, обняла ноги офицера и зарыдала.

— Застрелили, обоих застрелили, — и опять ее голос оборвался. Всю тяжесть ее несчастья мы ощутили только тогда, когда она отвела нас в сарай, где на убранной на зиму бороне повис юноша, и проводила за хлев, где на окрашенном кровью снегу лежал ее муж.

И здесь произошло обыкновенное бермонтовское убийство: жители хотели удержать солдат от увода лошадей. Для остатков завербованной деньгами и обещаниями большой германской армии одна кляча была ценнее жизни двух латышских крестьян».

Из воспоминаний оперного певца Мариса Ветры
Перевод Rus.lsm.lv

2. Последнее контрнаступление

В годовщину основания Латвийской Республики, 18 ноября 1919 года, германские военные силы начинают свое последнее контрнаступление. Днем ранее вместо Бермонта операцией по защите Елгавы берется руководить генерал германской армии Вальтер Эберхард.

Он бросает в контратаку последние более-менее боеспособные подразделения, чтобы выиграть время и попробовать запугать латышей в надежде на мирные переговоры.

Эберхард дает задание разбить авангард Латвийской армии и создать широкую опустошенную нейтральную полосу, а затем отступить на исходные позиции. Полкам Железной дивизии приказывают разорить все дома и выгнать жителей из занятого района.

Германское наступление затрагивает главным образом 5-й Цесисский и 6-й Рижский пехотные полки. Атаку поддерживает и германский бронепоезд.

Хотя у германцев в два раза больше пушек и пулеметов, чем у подразделений Латвийской армии, и у них на вооружении есть даже огнеметы, наступающим удается продвинуться вперед только на несколько километров.

Германцы в последний раз широко используют в бою авиацию, которая долго простаивала из-за нехватки бензина. Шестой Рижский полк от поражения спасает его командир Янис Апинис, который лично появляется на передовой и задерживает отступающие отряды. Самый тяжелый бой, однако, должно выдержать другое подразделение — Военная школа Латвийской армии, чей усиленный 2-й взвод 1-й роты в составе 60 человек под командованием старшего лейтенанта Вецкалниньша в жестоком бою пытается отразить атаку полка Балтенланд.

При попытке вырваться из окружения погибают 12 человек, еще семеро кадетов получают ранения.

Двое, Эвалд Колиньш и Ансис Эрдманис, попадают в плен, но ничего не рассказывают даже под пытками. Их убивают. Вечером 18 ноября генерал Эберхард отправляет командующему Латвийской армии телеграмму, где сообщает, что

Западная добровольческая армия переходит под защиту Германии, и предлагает начать мирные переговоры.

3. Взятие Елгавы

ЦИТАТА

«Рыночная площадь была полна девицами и старушками, которые принесли нам еду и питье — все, все лучшее, что было у них дома. Бидоны с дымящимися кофе, с какао и с чаем, бутерброды с колбасой, творог, сыр, и горячие блины с вареньем, и наскоро пожаренный карбонад, капуста, и бутылка пива, горшок меда, туесок масла, все, все, что собирали и сберегали на праздничный день, было теперь на рыночной площади. В Елгаве был праздник. Елгавские женщины это знали и не жалели ничего.

Нельзя придумать ничего лучше, душевнее и милее, чем старушки и девушки этой ночью. Мы радовались за них и ели как волки их подношения, как оголодавшие псы, в два укуса глотали бутерброды. Мы пили горячие и вкусные напитки и смеялись, как одурманенные наркоманы, которые после долгого воздержания вновь счастливо вкусили свой пьянящий яд.

Потом нас позвали строиться. Надо было идти дальше, через Елгаву. Вдоль дороги стоял народ и махал шапками и носовыми платками. Была уже поздняя и пустынная осень, но жители Елгавы нашли даже цветы, чтобы нас украсить. В одном месте из окна прилетели две пары цветастых варежек, в другом — кулек пипаркукас. Однако больше всего удивил какой-то булочник с буханками белого хлеба. Когда мы проходили мимо его пекарни, он первым ротам раздал свои пирожные и сладкие булочки, потом пошли булки, но когда и их уже не хватало, из окна второго этажа пекарни полетели буханки белого хлеба, еще очень мягкие, как сердца елгавчан. В восторге мы их поймали и в восторге позже приговорили. Первая буханка, прилетевшая неожиданно, попала на штык. Это был восторг, который придумать и дать нам могла только Елгава в эти дни. Это незабываемо — полк солдат, а над ним цветы и буханки белого хлеба»

Из воспоминаний оперного певца Мариса Ветры
Перевод Rus.lsm.lv

Двадцатого ноября фланговые группы Латвийской армии продолжают двигаться вперед, угрожая Елгаве с запада и с востока, но 21 ноября, когда в любой момент в военные действия может вмешаться комиссия под руководством французского генерала Анри Альбера Нисселя, поступает приказ начать энергичное наступление на Елгаву. Союзнической комиссии по Балтийскому региону — в ее составе представители Великобритании, Франции, США и Японии — поставлена задача остановить военные действия в Балтии и осуществить эвакуацию Западной добровольческой армии.

В Елгаву 21 ноября после обеда почти одновременно с северо-запада и севера приходят три полка Латвийской армии: 6-й Рижский, 7-й Сигулдский и 8-й Даугавпилсский.

Шестой Рижский пехотный полк успешно наступает вдоль шоссе Рига — Елгава, и уже около 10 утра достигает деревянного моста через Лиелупе. Следует длительный огневой контакт с противником, во время которого уничтожают и берут в плен множество бермонтовцев, которые пытаются отступить в Елгаву. Рижане стремительно идут в атаку и во второй половине дня занимают елгавскую товарную станцию. В это время с запада в город начинают входить два других полка Латвийской армии, и судьба города решается.

К семи часам Елгава полностью освобождена от бермонтовцев.

Они спешно отступают в направлении Литвы. Латвийская армия в Елгаве захватывает значительные трофеи — 16 пушек, 24 грузовых автомобиля, 10 тысяч пушечных снарядов, пять вооруженных корабликов и много другого оружия и амуниции.

4. Сожжение Елгавы

В Елгаве таких жестоких боев, как в Риге за 10 дней до этого, не происходит — бермонтовцы стараются по возможности быстрее исчезнуть из города с награбленным.

Чтобы его переместить, используют и латышских пленных.

Нескольких из них во время отступления убивают. Уходя, германцы также начинают поджигать город, в том числе и Митавский дворец, и академию, и реальное училище, и множество частных домов — в общей сложности 26 зданий.

Двадцать третьего ноября жители Елгавы отмечают освобождение города.

Приезжает премьер-министр Карлис Улманис, министры иностранных дел, сообщения и внутренних дел, глава Госканцелярии. Их сопровождает победитель в Цесисской битвы, командир Латгальской дивизии полковник Кришьянис Беркис.

После торжественной манифестации Улманис обращается с речью к 10-тысячной толпе, которая собирается на площади Герцога Екаба.

Газета Zemgales Balss пишет: «Президент упомянул тех героев, которые за нас всех, за светлое будущее Латвии пожертвовали своим величайшим сокровищем — жизнью — и призвал поклясться в вечной верности латвийскому красно-бело-красному флагу. И тогда над площадью Герцога Екаба разнеслись звуки государственного гимна»

5. Конец армии Бермонта

ЦИТАТА

«Тут показались первые башни Елгавы. Что это? Над Елгавой тучи тяжелого дыма. Елгава горит. Автомобиль, кажется, сам себой побежал быстрее. В Елгаве больше не слышно ничего от Бермонта, нигде его не видать. Только на улицах в снегу тут и там лежат застреленные германцы, алкавшие латвийской земли. С ними расплатились. Елгавский дворец охвачен пламенем. Его подожгли сразу со всех сторон. С истинной германской аккуратностью. Фотограф, которые делает снимки горящего дворца, говорит, что его германцы уже жгли, то одном, то в другом месте, несколько дней. Последний поджог — вечером 20 ноября. Тушить дворец германцы не позволили. В гимназии сожжена очень ценная, редкая библиотека. Сожжено также несколько складов, казарм. Горят несколько частных домов — рядом с подожженными зданиями. Город выглядит совершенно измученным, уставшим. Магазины разгромлены, заколочены. Люди говорят, что разграблены. На улицах полно народа. Видно только латышей, слышно только латышский язык. На всех лицах — несказанная благодарность. Люди не хотят оставлять солдат, держатся только за них. Когда на берегу Лиелупе латышский военный оркестр играет латышский народный марш, все лица улыбаются и не знают, как выразить радость.

Не сказать словами, каков дух наших героев. Желание победить, радость от достигнутого. Ни один не брюзжит, нет недовольных. Главнокомандующий в нескольких местах говорит с солдатами, спрашивая у них что-то: не холодно ли, хорошо ли одеты, не устали ли. Нет, нет, нет! Только вперед. Теперь до прусской границы. Какой-то английский офицер в шутку сказал: «Если каждому латышу дать по пулемету, то они и наш Лондон возьмут!» Слава, слава нашим героям»

Газета Latvijas Sargs
Перевод Rus.lsm.lv

Двадцать второго ноября латвийское правительство получает обращение генерала Нисселя с призывом прервать военные действия. В дальнейшем происходят только отдельные стычки с бермонтовцами. До конца ноября последние подразделения Западной армии прогоняют с территории Латвии.

В начале декабря оставшиеся отряды бермонтовцев отступают за границы Германии в окрестности Паланги.

Бермонт использует последнюю возможность, чтобы повысить себя до генерала — якобы по просьбе солдат.

После получения телеграммы Эберхарда 18 ноября министр иностранных дел Латвии отправляет германскому правительству запрос — подтверждает ли Германия назначение своего генерала на пост командира армии Бермонта.

После утвердительного ответа Народный совет Латвии констатирует, что Германия напала на Латвию и обе страны находятся в состоянии войны.

Латвийское правительство прерывает дипломатические отношения с Германией и отзывает своих дипломатических представителей, что фактически означает объявление войны Германии. Численный состав Латвийской армии в это время уже превышает 60 тыс солдат. У нее на вооружении — 54 пушки и 592 пулемета. Большая часть оружия — трофеи, захваченные в боях с бермонтовцами.

В боях с Бермонтом Латвийская армия получает чрезвычайно ценный боевой опыт, который пригождается уже через месяц в тяжелых боях за освобождение Латгалии.

Латвийской армии наконец-то не надо бороться на два фронта — против германцев и российской Красной армии. Теперь все силы можно сконцентрировать в восточном направлении.

Почему это важно: латвийской армии удалось победить

Для Латвийской армии бои с Бермонтом стали самыми кровавыми в истории ее существования. В длившихся менее двух месяцев боях она потеряла более тысячи убитыми и около двух тысяч ранеными.

Латвийской армии пришлось воевать в чрезвычайно трудных условиях — плохо обученные, плохо снабжаемые и плохо вооруженные подразделения участвовали в уличных боях и маневренной войне.

Победить удалось и благодаря дисциплинированности солдат, их самоотверженности и часто героизму, и прекрасной работе армейского командования над планированием операций по освобождению Пардаугавы и Елгавы.

Сожжённый Елгавский дворец, конец ноября 1919 года
Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

История
Культура
Новейшее
Интересно