Кино-логика Дм.Белова: Город ненужных детей

Всегда есть кошмар кошмарнее другого кошмара. Например, события нового российского хоррора «Яга. Кошмар тёмного леса» явно превосходят Covid-19 по кошмарности, но зато сильно уступают в реализме. Новый фильм теперь затруднительно посмотреть в кинотеатрах, но наверняка скоро или пандемия кончится, или можно будет удаленно купить блюрей и посмотреть дома!

ФИЛЬМ

Яга. Кошмар тёмного леса (2020)

Святослав Подгаевский, в 2018-м пробовавший напугать нас русалкой, ужасом синего озера, годом ранее — невестой, страхом божьим районного загса, а за два года до этого — пиковой дамой, змеюкой изколодной, делает новую попытку.

Святослава не назовёшь крупным мужчиной, но нишу российского авторского хоррора он занимает полностью. Кроме того, режиссёр и сценарист прошёл как минимум два уровня конкуренции с заграничными ужастиками: во-первых, ему дают деньги; во-вторых, его фильмы прокатывают в кинотеатрах. Как ему это удалось? Харви Вайнштейн вне игры давно, так что с большой долей вероятности путь Святослава в нишу пролегал не через альков. Но чтобы реально конкурировать с матёрыми буржуйскими хоррорами, это (то, которое удалось) должно быть страшно талантливо, верно? Или хотя бы просто страшно. Рассмотрим на примере «Яги», так ли это.

Стартовый расклад такой. Давным-давно на границе миров жила-была ведьма. Жила не тужила, таскала детишек из мира живых в мир мёртвых с помощью нави, но не расы из «Аватара», а полулюдей-полуптиц. Но однажды попался ей в лапы пацан с такой светлой душой, что победил ведьму и заточил её в мире мёртвых. Чтобы вернуться обратно на границу, ей нужен человек с очень тёмной душой, да, к тому же, чтоб побыл в мертвецах. Условие, скажем прямо, трудновыполнимое — особенно в наше время научного взгляда на мир. Вот и стали забывать ведьму, осталась она только в сказках под именем Яга.

И надо же — нашёлся-таки паршивец! Хамит мачехе, плохо слушается отца, грезит погибшей матерью. Видимо, такое сойдёт за тёмную душу в период дефицита оных. Был с матерью в машине, но выжил — похоже, Яга в отчаянии и засчитывает клиническую смерть. Как бы то ни было, в дом Егора в облике няни для младшей сестрёнки приходит Птичья Личность из народа нави. Не гонять же напрасно двух волшебных существ: та же полуптица прикидывается музыкальным репетитором для девочки-соседки Даши. Егор и Даша случайно знакомятся на улице и вскоре начинают подозревать неладное.

Подгаевский предлагает нам довольно типичную историю о проникновении древнего зла в современный мир, чуть одорированную русским духом, но без едких ингредиентов типа кокошников или медведей.

В плане конкуренции это не страшно. Совершенно новый тип хоррора мы не ждём даже от Астеров, Пилов и Эггерсов — все они стоят на плечах гигантов, просто компилируют и развивают идеи согласно своему видению и таланту. Чем же пугать будешь, боярин?

Ясно, что нашего человека на простое «Бу!» не возьмёшь. Подпрыгнет, конечно, но потом поморщит носик, пробурчит «низкий класс» и лениво бросит в рот очередную горсть попкорна. Пожалуй, похвально, что Подгаевский не пошёл по пути наименьшего сопротивления, не накидал скримеров на каждом углу (или точнее, из-за каждого угла) — «ачо такова, страшно же» — и попытался выжать из зрителя эмоции посложнее. Jumpscare в его новом фильме можно посчитать по пальцам одной руки опытного фрезеровщика — буквально парочка настоящих «Бу!» и одно шуточное.

В арсенале единственного в самой широкой стране мира кино-хоррор-автора имеется почти весь основной набор ужасных приёмов и образов: зловещий кроваво-красный шрифт, которым набрано «16+», не менее зловещая музыка, неотражение тварей в зеркале, наблюдение тварей-недовидимок через объектив видеокамеры, оживающие плакаты, притаившиеся чудовища, кошмарно быстро приближающиеся чудовища, чёрные когтистые пальцы, затуманенный лес и чёрные хижины в нём (в нашем случае это скорее избушки). Всё это на приемлемом уровне, я бы оценил его как процентов 60-70 от среднемирового, а что касается разных лужаек «зловещей долины», то и все 80. Чувствуется, что Подгаевский нежно любит, холит и лелеет всю эту дёргающуюся, изламывающуюся и скрежещущую антропоморфную чудь. А кто не любит? Вижу ведь по глазам, что ещё как любите!

Тем страннее, что Святослав сторонится расчленёнки, состояний «кровь-кишки-расп...сило», torture-porn и прочего боди-хоррора. Как только намечается раздирание и пожирание, он стыдливо отводит камеру, и зритель вынужден довольствоваться плотоядным похрустыванием и утробным почавкиваньем. Как знать, может быть бережёт неокрепшую психику 17-летних, копит кровищу для будущих фильмов «18+».

Уровень доверия к происходящему на экране не слишком высокий. Огромный вклад в недоверие вносят актёры, которые очень стараются, но, видимо, не очень понимают, как и что играть в фильме ужасов, и в итоге старательность бросается в глаза. Подгаевский им не помогает, скорее подкладывает свинью дурацкими, банальными и, что важно, повторяющимися репликами. В основном этот подход касается отца главного героя и делает из него идиота (не по сценарию). А ведь Алексей Розин, исполняющий его роль — приличный вроде бы человек, у Звягинцева в трёх фильмах снимался. Вот и получается, что чуть ли не лучшей актрисой выглядит не испорченная гитисами да мхатами десятилетка Марта Тимофеева. Главные действующие лица фильма — подростки, что как бы роднит «Ягу» с «Оно» (есть даже свой Генри Бауэрс с ножом) и «Очень странными делами». Простите, меня, ребята, вы тоже старались, но это сходство исключительно формальное.

Картину неестественности дополняет кукольно-коробочный городок, в котором живут герои, и который, судя по всему, должен своей угловатой модернистской архитектурой контрастировать с древним злом: синтетическое новое против натурального старого.

Красной нитью по сюжету проходит красная нить.

Крупным планом из красной нити вяжут носочки маленькой Варечке, красной нитью перехлёстнут пригородный лес, красная нить является мачехе Егора в кошмарах и то ли обматывает, то ли целиком составляет заглавного монстра, бабу Ягу — вязаную ногу. Некоторым хоррорам сюжет вообще не нужен — вспомните некоторые псевдодокументалки во главе с «Паранормальным явлением». В «Яге» есть достаточно добротная, хоть и нагоняющая сон сказочная история с милыми деталями; например, печь в лесной избушке — это портал между мирами, а нелюдимый бородач, тайком фотографирующий детей — не педофил. Мало того, сюжет отягощён социальной нагрузкой и изобличает эмоциональную отчуждённость в современном обществе: чтобы детей забыли их взрослые, ведьме нужно совсем небольшое усилие, совсем мелкое колдунство.

Чего-то всё-таки не хватает Подгаевскому, чтобы бросить вызов лучшим авторам и мировым производителям. Какой-то мощи, какого-то безумного полёта воображения.  Но надежда, что молодой режиссёр не достиг своего максимума, ещё подаёт признаки жизни. А с таким именем сам православный кинобог велел Святославу снимать что-то в русском духе, но в то же время говорит ему: «Не скатись, Святослав, в лубок».

Мойдодыр мог бы получиться страшным, например. А потом мокьюментари про Тараканище в сотрудничестве с мадагаскарскими кинематографистами.

 

    Фото:QS Films

    Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

    Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

    Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

    За эфиром
    За эфиром
    Новейшее
    Интересно