Открытый разговор

Обзор зарубежных событий

Открытый разговор

"Зелёный курс": как получить поддержку из Еврофондов?

Что выбираем: консолидацию или интеграцию?

Только госязыка для полноценной интеграции меньшинств недостаточно — ученый

Латвийская политика интеграции строится на включении меньшинств в поле латышского языка и культуры, но при этом упускается важный аспект — социальный, а что чревато маргинализацией, заявил в передаче Латвийского радио 4 «Открытый вопрос» доктор социологии, ведущий научный сотрудник Института философии и социологии ЛУ Владислав Волков.

Термин «интеграция» встретил неприятие и непонимание со стороны интегрируемых, прозвучало в передаче. Волков поясняет: социологические словари, научные статьи, монографии трактуют интеграцию как процесс упорядочивания  различных элементов в обществе в одну систему — чтобы общество как система нормально функционировало и нормально развивалось.   

«Не надо думать, будто понятие интеграции, которое в латвийский политический дискурс вошло в начале 1990 годов (а в начале 2000-х была принята государственная программа интеграции), создали в Латвии или в Эстонии, где тоже есть такая программа. Этому явлению столько же лет, сколько существует человечество! А в ХХ веке термин «интеграция» начинает входить уже в область социологической науки. (..) Там

речь идет о чем: если мы хотим создать нормальное, современное общество — в этом обществе должна быть одна ценностно-нормативная система. Это — доминирующий язык, доминирующая культура, доминирующие ценности, и те иммигранты, которые приезжали, например, в Америку из различных обществ, должны были быть интегрированы.

Но в первой половине ХХ века были созданы антигуманные режимы, которые также ставили перед собой цель интеграции общества, и она проводилась не на демократической основе! ХХ век, войны в той или иной степени приводили к колоссальным жертвам и по этническому, и по религиозному признаку, к гибели людей, которые в эти общества не вписывались в нормативно-ценностную модель.

И поэтому во время Второй мировой войны и после принимается Декларация прав человека, в которой говорится, что общество должно учитывать прежде всего интересы личности, свободу человека, право общества на разнообразие, учитывать то, что у каждого человека есть свои интересы и что в принципе интеграция ни в коем случае не должна противоречить правам человека», — рассказал социолог.

Сейчас термин «интеграция» понимается нейтрально. В него можно вкладывать и позитивный, и негативный смысл. Она может быть и гуманистической, и демократической, и либеральной — когда фактически в обществе учитываются интересы основных групп населения:

«Социальных, этнических групп. Когда для людей с различной идентичностью, в том числе этнической, в том числе культурной, создаются условия не только в частной жизни для функционирования их интересов, их идентичности, но и в публичном пространстве, что очень важно!   

В демократически интегрированных обществах публичное пространство должно быть разнообразным. В нем должны создаваться условия для того, чтобы идентичность различных  групп, этнических групп гарантировала развитие личности.

Почему в Латвии интерес к теме интеграции угас, а само понятие интеграции высмеивается? Потому что есть проблематика ассимиляции, культурной и языковой. В том плане, что публичное пространство должно быть отдано только, исключительно государственному языку.

Но дело в том, что Латвия ратифицировала Конвенцию о защите нацменьшинств, и в Сатверсме, в частности, ст. 114-я гарантирует людям, которые не являются латышами, принадлежат к этническим меньшинствам, право на развитие их идентичности. Вот это право — оно касается, извините, не только частной жизни. Оно касается и публичной жизни. Этот вопрос об ассимиляции — один из острых вопросов интеграции.

Проблематика интеграции связана не только с формированием общего пространства различных, культурных прежде всего, традиций и различий. Но

очень важно, чтобы различные социальные группы, в том числе языковые и религиозные, не подвергались дискриминации именно со стороны их социального статуса. Одно дело, понимаете, лингвистическая или культурная интеграция (или даже ассимиляция), и другое, какие позиции занимает та или иная группа в системе социального неравенства.

Вы понимаете, ведь может сложиться такая ситуация, когда представители «нетитульного» населения, этнические меньшинства ассимилированы в языковом и культурном плане — но при этом они не занимают те же позиции, например, в системе власти, представительства во власти, в крупном бизнесе, в культуре, в экспертном сообществе и так далее. При языковой и культурной ассимиляции эти группы могут быть маргинализованными в социальном плане. И этот важный аспект у нас практически не поднимается в дискуссиях даже среди тех общественных и политических сил, которые выступают от имени русского или русскоязычного населения. Но это более широкое явление, которое действительно нужно изучать и о котором нужно говорить профессионально», — говорит Волков.

Судить об успехах государственной интеграционной политики нужно не только по тому, каков уровень напряжения в обществе, но и по тому, насколько люди, принадлежащие к различным этническим меньшинствам, чувствуют себя комфортно — в политической, социально-экономической сфере, информационном пространстве, пояснил он.

Несколько лет назад было проведено репрезентативное исследование — по всей Латвии, с участием более чем 1000 респондентов, Владислав Волков в нем организовывал социологическую часть. И на вопросы, касающиеся интеграции общества, и латыши и русские, более 80% респондентов, отвечали, что люди должны быть равны перед законом, в том числе это касалось норм морали — а вот с правом разных этнических групп иметь одинаковые перспективы и возможности попасть в государственную власть согласно было только 44% латышей и 53% русскоязычных.

«Фактически со стороны общества, даже этнических меньшинств, мы не видим такого запроса на полноценное участие в политической жизни. Это можно продолжить и в экономической жизни. Эти цифры говорят, что в значительной степени само общество, а не только политические элиты, согласилось бы с той моделью государственного и общественного устройства, с интеграцией — но эта интеграция обретает черты, в которых очень сильны представления о субординации латышей и этнических меньшинств. В первую очередь субординации политической, а в какой-то степени и экономической.

Менее 60% респондентов, и латышей и русских, согласились с тем, что у представителей различных этнических групп должны быть одинаковые доходы. Значит,

нужно говорить не столько о работе Фонда общественной интеграции, например, а о состоянии общественного сознания в Латвии. О том, насколько эта интеграция связывается с подлинными либеральными, демократическими ценностями, насколько туда включены идеалы равноправия»,

— заявил ученый, комментируя начатую Латвийской торгово-промышленной палатой кампанию Mēs — Latvijas iedzīvotāji («Мы — жители Латвии», призывающую к консолидации общества.  

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Еще видео

Самое важное