Тайные архивы КГБ. Шпионские игры в Латвии: истинные кукловоды

Все ключевые решения по операциям советской контрразведки против разведок Запада в Латвии, Эстонии и Литве в 1950-е принимал мозговой центр в Москве. «Национальные кадры» к операциям привлекались — строго по мере необходимости.Никакой инициативы и самодеятельности на уровне республиканской госбезопасности, не было, доказывает историк Зигмар Турчинскис.

СЕРИЯ

Зигмар Турчинскис — научный сотрудник Института истории Латвии ЛУ. Подготовленный им материал был предложен к публикации под авторским заголовком «Дезинформация советской контрразведки в архиве Центрального разведывательного управления США» и с подзаголовком «Научный комментарий к публикации Lsm.lv "Лесные братья в тайных архивах ЦРУ"».

Rus.Lsm.lv опубликует статью г-на Турчинскиса с продолжениями — так же, как был опубликован и оригинальный документальный «сериал» «Тайные архивы ЦРУ. Лесные братья».

На русском текст публикуется в полном и согласованном с автором переводе, редакцией в текст вставлены несколько соответствующим образом атрибутированных пояснений в скобках. Материал также для удобства чтения разбит на разделы, названия большинству из которых также даны редакцией Rus.Lsm.lv. Наконец, в соответствии с принятыми на портале Lsm.lv стандартами оформления отдельные фрагменты текста выделены шрифтом. Выбор этих фрагментов также был сделан редакцией Rus.Lsm.lv.

Ранее в сериале «Тайные архивы КГБ. Шпионские игры в Латвии»:

Предыдущая серия была посвящена рассказу о том, как КГБ, пытаясь спасти разрушающийся Советский Союз, в 80-х годах 20-го века писал историю. Для этих «контрпропагандистских мероприятий» КГБ фактически использовал навыки дезинформации, приобретенные в оперативных играх против разведслужб Запада. И последствия этих «мероприятий» мы все еще можем видеть в работах современных авторов о периоде оккупации.

В этой серии мы постараемся заглянуть за паутину лжи и дезинформации и разглядеть реальную структуру оперативных игр советской контрразведки — с ее системой субординации, исполнителями и руководителями.

Фактические руководители оперативных игр советской контрразведки

Однако в созданной 80-х годах ХХ века паутине лжи и дезинформации остались дыры, которые позволяют заглянуть за нее.

В первую очередь, это уже упомянутые в предыдущей серии заметки, выдержки и даже конспекты архивных дел по оперативным играм, сделанных отставным генерал-майором КГБ Янисом Лукашевичем. Это именно та информация, которая никоим образом не должна была покинуть стены КГБ. Фактически старый чекист совершил чрезвычайно тяжелое нарушение конспирации, потому что материалы остались по месту его жительства. Там, после восстановления независимости в начале 1990-х, их в ходе обыска изъяли сотрудники Центра документирования последствий тоталитаризма (ЦДПТ). Ранее также упоминался и составленный Лукашевичем конспект по оперативной игры «Метеор», который он также унес домой.

Для этой серии важен другой документ — «Письмо центра». Судя по его содержанию, работа Лукашевича не была самодеятельностью одного пенсионера.

Все вопросы относительно раскрытия информации согласовывались с центром — Москвой.

Переписка осуществлялась только по официальным каналам КГБ.

Встреча Кима Филби на Рижском вокзале в октябре 1987 года. Слева направо: Андрис Траутманис, Ким Филби, Янис Лукашевич, председатель КГБ ЛССР Эдмунд Йохансонс, Руфина Ивановна Пухова.

Старый чекист нарушил режим секретности — и вот что из этого вышло

28 января 1987 года КГБ ЛССР получил адресованное Лукашевичу письмо «№ 4/ПБ-24 секр. ЛССР 0112 от 24.01.87 Полковник Матвеев М.Г. Контрольно-наблюдательное дело МЕТЕОР арх. № 31448*» (название дано в переводе с латышского — Rus.Lsm.lv) Справку об этой оперативной игре писали в Москве.

Однако

справка была длинной, а острота ума и память — уже не те, что в молодости, и Лукашевич законспектировал ее на трех страницах; в левой части первой страницы фломастером жирными буквами написал «Письмо центра» и унес домой.

Сейчас этот документ важен для нас, чтобы понять, сколько и какие представители руководства МГБ СССР участвовали в организации упомянутой оперативной игры.

Во-вторых, в Интернете в публичном доступе есть написанное в 1977 году для Высшей школы КГБ учебное пособие «История советских органов государственной безопасности». В ней об этих контрразведывательных играх говорится следующее:

«В течение ряда лет 2-е главное управление МГБ СССР и органы госбезопасности Латвийской ССР вели оперативную игру «Дуэль» с американской, английской и шведской разведками по делу «Западники». Это была наиболее типичная для того времени игра. Методика ее проведения весьма сходна также с методикой оперативных игр, проводившихся ГПУ-ОГПУ в 20-30-е годы. Для данной разработки были характерны такие оперативные мероприятия, как создание органами госбезопасности легендированой антисоветской организации националистического характера, вывод от имени этой организации наших агентов за границу и внедрения их в разведку США, Англии и Швеции, дезинформация империалистических разведок» (стр. 466.).

Из материалов, доступных в Латвии, мы знаем, что к 1957 году было проведено по меньшей мере 34 оперативные игры МГБ ЛССР. Две игры иы также знаем и по названиям: № 13 «Лурсен-С» и № 34 «Контакт»**. В заметках Лукашевича также содержится информация об игре «Восток», в которой главную роль сыграл агент «Друг»***. Следовательно, можно сделать логичный вывод, что вышеупомянутые оперативные игры МГБ ЛССР были республиканскими мероприятиями большой игры Второго главного управления МГБ СССР «Дуэль».

Аналогично МГБ Эстонской ССР проводил свои игры «Явка», «Слепой», «Север» и «Университет», которые, очевидно, также были частью этой большой игры. В Эстонии чека создавала точно такие ​​же ложные партизанские организации и проводила мероприятия по дезинформации, что и на территории Латвии. В Литве на данный момент известна одна такая игра: «Вента».

Судя по имеющейся в настоящее время информации, аппараты республиканских

МГБ всех трех оккупированных балтийских стран проводили игры одновременно, но прямых контактов и координации на межреспубликанском уровне не было.

Все контакты осуществлялись только через центр — штаб-квартиру 2-го главного управления МГБ СССР.

Известно только один случай, когда МГБ Латвийской ССР в нарушение этого правила попыталось напрямую связаться с МГБ Эстонской ССР, в результате почти что провалив все мероприятие.

Прием в честь Кима Филби в «Угловом доме». Октябрь 1987 года. Слева направо: Янис Лукашевич, Ким Филби, первый зампред КГБ ЛССР Юрий Червинский.

Переходя к руководству оперативными играми МГБ, нужно начать с информации, выболтанной Лукашевичем в его неопубликованных мемуарах «Долгий поединок»:

«Большое внимание проводимым мероприятиям в оперативной игре с английской разведкой уделяет КГБ СССР, который вместе с КГБ Латвийской ССР определил принципиальные позиции игры и разработал совместные и индивидуальные планы на каждом этапе.

Ведущие сотрудники Центра, такие как Ю.П. Питовранов, Шубняков, В.М.Климкин, М.Г. Матвеев, Ю.В.Узлов и др., внесли огромный вклад в это дело»**** (цитата дается в переводе с латышского — Rus.Lsm.lv)

В уже упомянутой официально утвержденной в 1986 году справке о «Лурсен-С» эта информация была вымарана.

Итак,

кто эти люди?

Фигуры в самом центре паутины

Евгений Питовранов — генерал-майор, с 7 сентября 1946 года, начальник Второго главного (контрразведка) управления МГБ СССР. С 31 декабря 1950 года заместитель министра МГБ СССР, с 5 января 1953 года, руководитель Главного разведывательного управления МГБ СССР.

Федор Шубняков — полковник, с 17 марта 1948 года начальник отдела 2А (контрразведывательные операции против Англии) Второго главного управления МГБ СССР, с 19 декабря 1949 года, заместитель начальника Второго главного управления МГБ СССР, с 3 января 1951 года глава Второго главного управления МГБ СССР.

Упомянутые же Климкин, Матвеев и Узлов были сотрудниками 2-го главного управления МГБ СССР.

Таким образом, нам наконец-то известны люди, которые были главными создателями и лидерами всей советской контрразведывательной сети лжи и обмана. Известна также и конкретная структура, которая сеть организовывала и руководила ею — отдел 2А (контрразведывательные операции против Англии) 2-го главного управления МГБ СССР. Отдел так и назывался «против Англии», а не Великобритании. Как уже сказано выше, в точности такие же операции проводились в Эстонии и в Литве, все они были между собой связаны и управлялись из одного центра.

Сегодня доступна и информация о том, что генерал-майор Питовранов во время этой игры регулярно приезжал в Ригу и лично участвовал, как минимум, в одной попытке перевербовать заброшенного сюда агента британской SIS (Секретной разведывательной службой). Речь об агенте МИ-6 «Петерисе» — Лудисе Альфреде Упансе, которому 20 апреля 1952 года позволили выехать на Запад. Возможно, его советский псевдоним агента был «Корень». Как выяснилось позже, операция не была успешной: после возвращения в Великобританию Упанс связь оборвал. Он сразу же поступил на учебные курсы для ветеранов SIS и после их окончания скрылся в гражданской жизни. Очевидно, он понял, что эти игры стали слишком горячими.

Чека же свою неудачу списала весьма интересным способом — указав в отчетах, что во время переброски в Швецию агент «Корень» якобы выпал за борт лодки и утонул.

Точно такую ​​же картину вы видим в оперативной игре МГБ/КГБ «Метеор». В распоряжении автора есть фотографический материал о ходе этой операции, подготовленный в 1955 году в Курземе, который будет опубликован в следующих сериях. Там во всей красе как самый крупный (и в буквальном смысле слова тоже) руководитель позировал глава 2-го главного управления КГБ СССР генерал-лейтенант Петр Федотов и его заместитель подполковник Олег Грибанов, заместитель начальника Главного управления СССР. Но на переднем плане рисовалась целая свора сотрудников КГБ ЛССР во главе с генерал-майором Веверисом.

В уже упомянутом в «Письме центра», вынесенном Лукашевич из КГБ, упоминается, что в связи с «Метеором» из Центра в Латвию регулярно приезжали Бочков, Зведанов, Кувшинин, Узлов, Матвеев, Телигубов, В.М. Климкин, О.М. Грибанов и Шубняков*****. Большинство этих фамилий Лукашевич упоминал ранее в связи с оперативными играми против британской разведки. Выделить имеет смысл полковника Михаила Матвеева, который в то время был заместителем начальника 1-го отдела (контрразведывательные операции против США) 2-го главного управления СССР.

Таким образом, во всех этих играх мы получаем уже конкретную систему —

мозговой центр, в котором принимались основные и окончательные решения, находился в Москве. Никакой местной, на уровне ЛССР, инициативы и самодеятельности, как это было представлено в дезинформационной кампании КГБ в 1980-е, не было.

«Нацкадры» со знанием местных условий и актерским талантом

Наконец, мы дошли до местного, республиканского уровня руководства оперативными игра чека. В справке по делу «Лурсен-С» содержится следующая информация: «Различными этапами этого мероприятия руководили т.т. A.A.Новикс, И. Д. Зуянс, Ю. Ю. Веверс, А.Ю.Бундулис и И.О.Васильев, все время оперативной игры — Я.К.Лукашевич». Из этой цитаты и растут ноги лжи о том, что Лукашевич был главным. Он был, по сути, лидером дезинформации 80-х годов ХХ века, поэтому и вписал себя туда. Во времена оперативных игр он был просто опером в звании лейтенанта.

О личности реального начальника на уровне ЛССР можно судить по внезапным кадровым изменениям в руководстве 2-го (контрразведывательного) отдела МГБ ЛССР. В первые послевоенные годы начальником второго отдела МГБ ЛССР был полковник Виктор Николаевич Козин. В июле 1949 года Козин был повышен до заместителя министра МГБ ЛССР. На его место поставили майора Дмитрия Васильевича Початкова из Молотовской области, Россия. Однако уже 1 апреля 1950 года Початкова внезапно заменили. На его место назначили тогдашнего заместителя главы 2-го отдела и начальника отдела 2-Н (борьба против националистического подполья) майора Ивана Донатовича Зуянса******. Початкова же вернули в Россию и назначили на аналогичную должность начальника 2-го отдела в Ленинградской области. Это означает, что к его работе претензий не было. Причина перевода была иной.

В то время завершались последние подготовительные действия к наиболее сложному этапу оперативной игры «Лурсен-С».

В Курземе из оперативных сотрудников ЧК и спецагентов была создана группа подставных партизан, в которую 13 мая 1950 года привезли двух агентов британской SIS, прибывших в Латвию.

Очевидно, что в Москве было принято решение о том, что в этот момент главой местной контрразведки должен стать национальный кадр, способный лучше ориентироваться в ситуации.

Заместителем председателя 2-го отдела МГБ ЛССР Зуянса также был назначен национальный кадр — майор Альберт Янович Бундулис. Он участвовал в оперативной игре против британской разведки, изображая лидера курземских партизан «Макса». Был по-настоящему разговорчивым, шумным, хорошим актером — действительно прекрасно подходил для этой роли. Эти два местных кадра МГБ — Зуянс и Бундулис — продолжали оставаться местным мозговым центров оперативной игры. За ними следовал ряд нацкадров — оперативных сотрудников: Н.П.Воройвин, О.Ю.Мелдерис, Ю.Е.Плотко, Я.К.Лукашевич, С.И.Салманис, Г.Д.Величевскис, Г.Ю.Киршбаумс, Ю.К.Брувелис, И.О.Василевскис, А.К.Кипурс, А.М.Kaлве, Г.E.Мелбердис и оперативный водитель А.А.Линде. Вслед за ними следуют такие спецагенты, как Арвид Гайлитис («Гросберг»), Янис Климканс («Дубин»), Видвуд Швейцс («Апогс»), Альберт Даболс («Фюрст»), Маргерис Витолиньш («Танкист») , Станислав Крейцс («Лист»), «Мазайс», «Саша», «Карлис», «Мартиньш», «Пичс», «Мелнайс» и т.д.

Многие оперативники и спецагенты одновременно участвовали в играх и против британцев, и против американцев. Общее число нацкадров кадров, участвовавших в контрразведывательных играх МГБ/КГБ, достигало 65-70 человек.

В следующей серии речь пойдет о том, как британская Секретная разведывательная служба попалась в сеть дезинформации советской контрразведки. Полученной (дез)информацией британцы делилась с ЦРУ США. В результате американцы, уже на этапе подготовки к операциям на территории СССР опирались на ложные неправильные представления о ситуации за Железным занавесом.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

 

 

 

* TSDC arhīvs, 8. f., 1.apr., 6. l., 34. - 36. lp. вернуться >
** TSDC arhīvs, TSDC1322. вернуться >
*** TSDC arhīvs, 8. f., 1.apr., 3. l., 13. lp. вернуться >
**** Я.К.Лукашевич. Долгий поединок. Коллекция автора. вернуться >
***** TSDC arhīvs, 8. f., 1.apr., 6. l., 34. - 36. lp. вернуться >
****** LNA LVA, 15500. f., 2. apr., 7515. l. LKP CK nomenklatūras Ivana Zujāna personas lieta, 12.lp. вернуться >

0 комментари
Добавить комментарий
Комментировать, используя профиль социальной сети
История
Культура
Новейшее
Популярное
Интересно