Павел Широв: Налет воздушных шариков

В Москве на проходившем в минувшее воскресенье митинге в защиту свободы в Интернете полиция изъяла у организаторов акции воздушные шарики. Под тем предлогом, что это «беспилотное летающее средство», на которое требуется лицензия. Честно признаюсь, сам при этом не присутствовал, потому не могу утверждать, что именно так все и было. Остается только довериться источникам информации. Но, право слово, даже если это, как теперь принято выражаться, fake news, такую точно стоило придумать. Хотя бы потому что на минувшей неделе законодательная ветвь российской власти как раз и занималась яростной борьбой с воздушными шариками.

Поводом для митинга, собравшего, по данным организаторов, около 15 тысяч участников (полиция насчитала 6,5 тысячи) послужил законопроект, предусматривающий техническую возможность изоляции российского сегмента Интернета. Документ принят Государственной Думой в первом чтении 12 февраля. Авторы законопроекта настаивают, что ни какой изоляции российского Интернета от глобальной сети не предполагается. Закон призван «обеспечить работоспособность российских интернет-ресурсов в случае невозможности подключения российских операторов связи к зарубежным корневым серверам сети Интернет». Иными словами, если «коварный Запад» вдруг решит отключить Россию от Интернета.

В свою очередь, противники законопроекта полагают, что в действительности вся внутренняя инфраструктура, которая обойдется, по самым скромным подсчетам, почти в 370 миллионов евро, создается на случай, если российская власть примет решение изолировать внутренний Интернет от глобального. Обсуждение законопроекта получилось весьма бурным, однако в результате документ был принят большинством в 334 голоса. Вдохновленные успехом, депутаты принялись за обсуждение следующей инициативы той же группы авторов во главе с членом Совета Федерации Андреем Клишасом. Шестого марта во втором (последнем) чтении были приняты сразу два законопроекта.

Первый приравнивает публикации в Интернете, «выражающие в неприличной форме неуважение к государству и органам власти», к мелкому хулиганству, влекущему соответствующее наказание, определенное Административным кодексом. Второй предусматривает блокировку сайтов за «распространение заведомо недостоверной информации». Формулировки оказались настолько расплывчатыми, что в них по ходу обсуждения путались сами авторы. Что, впрочем, не помешало большинству депутатов поддержать законопроект. Комментаторы сразу вспомнили, с кем обычно ассоциируется вопрос: «Ты меня уважаешь?» — и вдоволь посмеялись, при этом справедливо заметив, что закон, по сути, ограничивает возможность критики власти.

И не только для средств массовой информации. Если уполномоченное ведомство под названием Роскомназдор сочтет недостоверной информацию, размещенную на сайте печатного или сетевого издания, в частном блоге или социальной сети, нарушителю грозит нешуточный штраф до полутора миллионов рублей (около 20 тысяч евро). Такой штраф и для некоторых не очень богатых изданий почти равняется разорению, что уж говорить о блогерах или пользователях социальных сетей. Причем расплывчатость формулировок закона позволяет, при желании, подвести под него любые критические замечания в адрес власти. Даже если дело дойдет до суда, а закон вообще-то предусматривает наложение штрафа в административном, то есть внесудебном, порядке, суд, вероятнее всего, встанет на сторону чиновника, нежели рядового гражданина. В современной России за примерами такого подхода далеко ходить не надо.

Спору нет, критику мало кто любит. Лучше сказать, никто. Но что простительно чиновнику, назначенному на свой пост и потому опасающемуся впасть в немилость начальства, совершенно непростительно представителю власти, получившему свой мандат, портфель или кресло по результатам выборов. Избранной власти, опирающейся на поддержку, пусть не подавляющего, но большинства избирателей, никакая критика не страшна. Как, к слову сказать, не страшны никакие митинги, шествия и тому подобные, как принято говорить, проявления гражданской активности.

Невольно складывается ощущение, что российская власть никакой поддержки избирателей за своей спиной не чувствует. Либо осознает, что в реальности такой поддержки нет, а все протоколы избирательных комиссий — не более чем фикция, либо избиратель в сознании власти вообще отсутствует как класс. Отсюда все комплексы и страхи, отсюда сакраментальный вопрос завсегдатая распивочной. А у страха, как известно, глаза велики. В таких глазах и воздушный шарик покажется беспилотным летательным аппаратом.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

За эфиром
За эфиром
Новейшее
Интересно