Павел Широв: из истории одного голосования

В голосовании по поправкам к конституции России, стартовавшем в прошлый четверг, уже приняли участие 28,65 процента зарегистрированных избирателей, сообщила глава Центральной избирательной комиссии (ЦИК) Элла Памфилова. В свою очередь из тех, кто подал заявку на электронное голосование с помощью Интернета, доступное жителям Москвы и Нижегородской области, этот показатель составил за тот же период более 76 процентов. По данным «Всероссийского центра изучения общественного мнения» (ВЦИОМ), проводившего в течение четырех дней опросы среди уже проголосовавших, 76 процентов из них поддержали поправки, 23,6 процента высказались против.

В Кремле могут открывать и пить шампанское. «Всероссийское голосование» состоялось, несмотря на эпидемию, жаркую погоду, общее состояние апатии, охватившее российских граждан в последние годы, ну и происки врагов, само собой разумеется. Если результаты опросов ВЦИОМ коррелируют с действительностью, и продержатся до вечера 1 июля, когда голосование завершится, Владимир Путин сможет почувствовать себя победителем даже безо всякого парада. Поправки, согласно закону, принятому Государственной Думой в середине марта, вступят в силу, в том числе, и прежде всего, самая главная, ради чего все и затевалось. Четыре срока, которые нынешний российский президент к 2024 году отбудет на этом высоком посту «обнулятся», и Путин получит возможность снова участвовать в президентских «выборах» как в первый раз.

Слово «выборы» взято тут в кавычки не случайно. Спикер Совета Федерации Валентина Матвеенко уже предложила «подумать о расширении практики голосования в течение нескольких дней». Так что не исключено, и даже весьма вероятно, технология, отработанная на «всероссийском голосовании», будет распространена на все последующие голосования, как на выборах депутатов парламента, так и президентских. При том, что согласно официальной версии нынешнее голосование растянули почти на неделю исключительно заботясь о здоровье граждан. Чтобы не допустить скопления людей на участках в период пандемии. Однако есть и другая версия, представляющаяся более вероятной.

Хотя бы потому, что имеются и другие данные, опубликованные в понедельник русским изданием Forbes. Согласно опросу, проведенному группой социолога Сергея Белановского, поправки поддерживает лишь порядка 28 процентов, при том, что 32 процента сообщили о намерении голосовать против. Можно, конечно, счесть эти данные недостаточно репрезентативными. Опрос проводился по телефону в период с 18 по 24 июня, и согласилось ответить на их вопросы всего 1267 человек. Но если именно они значительно ближе к реальности, устроенное Кремлем действо получает вполне логичное объяснение.

Там изначально настолько не были уверены в единодушной поддержке гражданами конституционных новаций, что сделали все возможное для изображения этой поддержки на бумаге. Голосование не только растянули во времени. Во многих регионах, за исключением Москвы, вопреки всем законам создали тысячи передвижных участков, зачастую, о чем свидетельствуют публикации в прессе, располагающихся в буквальном смысле в багажнике автомобиля.

Подборку документальных свидетельств реального существования таких участков публикует русская служба Би-би-си. Нетрудно догадаться, насколько райские условия созданы таким образом для фальсификаций. Не поручусь за подлинность, но где-то по социальным сетям бродит аудиозапись, на которой слышно, как член участковой комиссии открытым текстом сообщает, что к подведению итогов голосования, они все бюллетени, в которых отмечено «против» выкинут и заменят другими, которые все будут «за».

Да и в Москве оказалось не лучше. Журналист телеканала «Дождь» смог проголосовать дважды – сначала электронно, затем на участке возле своего дома, где ему выдали бюллетень, хотя не должны были этого делать. А вот проживающая в Израиле российская гражданка сумела отдать свой голос целых три раза: на портале для электронного голосования, затем в российском посольстве в Тель Авиве, под конец и в консульстве в Хайфе. Теперь ЦИК угрожает обоим уголовным преследованием, но почему-то ничего не слышно о преследовании тех членов избирательных комиссий, которые выдавали им бюллетени. Какова цена голосованию, проведенному в таких условиях, вопрос риторический.

Вот только сильно ошибется тот, кто решит, что это нечто новое. Все уже было. Для иллюстрации расскажу историю, случившуюся 17 марта 1991 года, когда, если кто еще помнит, проходил референдум по вопросу о сохранении Советского Союза. В Латвии тот референдум было решено бойкотировать, но голосование все равно проводилось. Не помню только, кто организовывал, то ли ЦК КПЛ, то ли «Интерфронт», то ли все вместе. Собственно, понаблюдать за всем этим действом, я и приехал тогда в Ригу. Не без труда, но участок для голосования найти удалось. В доме на углу Вальню, как раз напротив De Rome. Тогда там размещался, кажется, какой-то НИИ, решительно не помню, чего.

Председатель участковой комиссии долго рассказывал мне в совершенно пустом зале, как с раннего утра толпой валит народ, а одна пожилая латышка (это прозвучало подчеркнуто) пришла еще до открытия и со слезами на глазах сообщила, как торопится отдать свой голос за сохранение любимого союза. Пока продолжался наш разговор, а было около десяти утра, никакого скопления народа на участке наблюдать мне не довелось. И потом, когда я попросил разрешения проголосовать самому, у столика, где выдавали бюллетени, оказался в единственном числе.

Порывшись для виду в кармане, я сообщил, что паспорта при мне нет, оставил в гостинице, что, вопреки ожиданию, никого из членов участковой комиссии даже не удивило. Мне сказали, можно предъявить любой документ, что я и сделал, показав журналистское удостоверение, после чего получил бюллетень. Выдавшая его дама только выразила надежду, что я не стану, «как тут вот один журналист», голосовать второй раз на другом участке. Кто был тем журналистом, я в тот момент еще не знал, узнал позже, потому и не включил этот эпизод в свой репортаж, который, к тому же, вышел только через несколько дней.

И конечно, не имею понятия, был ли тогда учтен мой голос, поданный в нарушение всех законов, формально действовавших на всей, еще формально единой территории великого и могучего, мало того, что не по месту прописки, да без «открепительного удостоверения», но еще и не по паспорту. Бюллетень вполне могли признать недействительным. С нажимом зачеркивая «да», кажется, слегка порвал бумагу. Как был там ни было, менее полугода спустя великий и могучий фактически распался, а еще через четыре месяца и юридически прекратил свое существование.

Утверждать, что и результаты нынешнего «всероссийского голосования» постигнет та же участь в столь же короткие сроки было бы слишком смело и безответственно. И все же представляется весьма вероятным, что нынешний политический режим в России «обновленная» конституция не переживет. Играть в наперстки можно с избирателями, с историей, все-таки, по-видимому, не стоит. Проблема в том, что после этого голосования становится очевидно – этот режим сменится совсем не конституционным путем. Путин утратил последнюю возможность уйти достойно, хотя уходить ему придется в любом случае. Просто потому, что жизнь человека конечна. Снадобья бессмертия еще никто не создал и вряд ли когда-нибудь создаст.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

За эфиром
За эфиром
Новейшее
Интересно