Кино-логика Дм.Белова: Игрушки и их дети

«История игрушек 4» в контексте латвийского проката ничем не отличается от всех остальных мультфильмов студии Pixar и выходит на наши экраны с привычной полуторамесячной задержкой. Стадии гнева и депрессии давно позади, местный зритель смирился и принял. Ждали продолжения девять лет (а, если честно, уже и не ждали), можно ещё 45 дней потерпеть.

ФИЛЬМ

История игрушек 4 (Toy Story 4, 2019)

    Между вторым и третьим фильмами перерывчик был и вовсе одиннадцать лет, так что девять — ещё небольшой. За девять лет мы даже не успели забыть, что повзрослевший Энди передал все свои игрушки девочке Бонни — ведь это было одним из сильнейших пиксар-переживаний за всю историю Pixar (и переживаний).

    Перед проникновением в комнату Бонни создатели переносят нас на девять лет назад (это какое-то магическое число) и ловко раскрывают тайну отсутствия пастушки Бо Пип в прошлой части игрушкианы. Оказывается, слишком классическая фигурка Бо надоела Молли. Вместе с лампой и сиамскими овечками она отправилась в коробку, а затем и вовсе в неизвестность на соседском автомобиле.

    Наши дни. У Вуди с востребованностью всё не настолько плохо, но от идеала тоже далековато. Для Бонни Вуди — не номер один, и вот уже на шерифе появляется первый комок пыли. «Перекати пол» — острит будильник, сосед Вуди по шкафу, и это будет не последняя удачная шутка русских переводчиков. Взять хотя бы рифму «надо — Канада» или превращение Forky в Вилкинса.

    Who is Mr. Wilkins? Он — самодельная игрушка Бонни, вокруг которой происходит вся суета сценария. Вилкинс состоит из одноразовой пластиковой вилки, сломанной деревянной палочки, проволоки и пары глазок. Сам он довольно справедливо считает себя отбросом и всё время норовит нырнуть в ближайший мусорник. Вилкинс говорит: «На свалке тепло и уютно. Каждый шорох на помойке как шёпот на ушко: "Всё будет хорошо"». По пути в парк развлечений, куда Бонни поехала со всей семьёй и всеми игрушками, ему удаётся выпрыгнуть из машины. На правах шерифа и образчика игрушечной морали Вуди выпрыгивает вслед, чтобы вернуть Бонни любимца. Приключения начинаются.

    Новый фильм продолжает водить персонажей, а вместе с ними и нас между мусором и обожанием — в кукольных ботиночках да по зыбкой грани.

    Вилкинс — даже не метафора, а иллюстрация этого пограничного состояния. Каждая игрушка, любимая ребёнком, счастлива одинаково. Каждая ненужная игрушка справляется с несчастьем по-своему. Кто-то паникует, кто-то обречённо плывёт по течению, кто-то отчаянно барахтается, кто-то окружает себя зомби-болванчиками, словно воплотившимися из детских кошмаров, и ждёт удобного случая. Впрочем, Габи-Габи, обладательница таких знакомых олдфагам советских черт лица — не убеждённый злодей, а кукла с непростой судьбой и неисправным механизмом. Да что там кукла — таких людей сколько угодно.

    Лучше многих с потерей ребёнка справилась Бо Пип. Блестящей  девушке давно пришлось стать сильной, а семь лет улицы сделали её максимально независимой и вообще, чайлдфри. Она пользуется авторитетом среди других бомжей-потеряшек, рассекает на стильном колёсном скунсе, а упоминание Молли вызывает на её глянцевом личике лишь лёгкий румянец — тоска осталась в прошлом. Потрёпанные друзья Бо сомневаются в перспективности её отношений с Вуди. У ковбоя есть ребёнок, говорят они. Но лучшая вариация на тему детей игрушек — слова взволнованной Ути, адресованные пришитому за руку плюшевому другу: «Зая, у нас будет ребёнок».

    Истории игрушек и их детей с годами всё крепче связывают детей и их взрослых: в третьей части баланс смыслов сдвинулся в сторону пап и мам и не изменился в четвёртом. Юмора хватает всем, детям достаются сумасшедшие трюки и погони, взрослым — восхищение технологическим совершенством и экзистенциальная грусть. Главная светлая грустинка нового фильма выглядит немного ex machina (по-нашему — чуть притянута за уши) и не может конкурировать с катарсисом прошлой части. Тут нечего стыдиться, такое по силам только великим — например, «Головоломке». Но всё равно, в глазах обязательно пощиплет.

    Что говорить об остальных, если под давлением обстоятельств прогнулся даже Вуди, своим букетом игрушечных добродетелей сравнимый с неизменно озвучивающим его Томом Хэнксом? И почему, собственно, прогнулся? Проявил гибкость! Он, конечно, игрушка, но всё-таки не деревянная, пусть имя не вводит вас в заблуждение. С такой концовкой

    фильм кажется завершением серии, но точно так же мы думали о третьей части. Для «Истории игрушек» даже бесконечность не предел, что ей какие-то там четыре фильма.

    Новинки ближайшего уикенда

    Отправляемся в таинственный полумрак кинотеатра не только слушать, но и смотреть «Страшные истории для рассказа в темноте». А конкуренцию им составит:

    Паваротти (Pavarotti, 2019)

    Почему бы и нет: Лучано был мужчиной фактурным и увлечённым, может конкурировать с кем угодно. Проследить за становлением музыкального гения и судьбой великого артиста (это всё один человек) нам поможет Рон Ховард. Знаменитый режиссёр проведёт зрителя по всей жизни знаменитого тенора — от самого детства до осмысления своего места в этом мире.

    За эфиром
    За эфиром
    Новейшее
    Интересно