Разделы Разделы

Андрей Шаврей: осененные Ким Ки Дуком культурные итоги года, которые нас подвели

С традиционным подведением итогов в области культуры в этом году все весьма трагикомично. С одной стороны, уже и анекдот есть: это не мы подводим итоги годы, а они нас подводят. С другой стороны, без юмора: невольно приходит на ум, что главным культурным итогом в Латвии является то, что в ее столице, в Риге, 11 декабря умер великий кинорежиссер Ким Ки Дук. Сюррелизм, да и только.

Тем не менее, давайте обозрим этот год, причем с легким использованием сюжета Ким Ки Дука из его бессмертного фильма «Весна, лето, осень, зима и... снова весна».

Первые два с половиной месяца года (январь — середина марта) по календарю хоть и выпали на зиму и начало весны, но по существу с точки зрения культуры были самым горячим летом. В этом особенно отчетливо убеждаешься, когда сейчас, в конце декабря многострадального 2020 года — зима во всех смыслах. А первая четверть года для многих из нас — уже совсем какая-то другая жизнь. Сами посудите: работали все театры, безо всяких ограничений (о таком понятии мы даже и догадаться не могли) проходили концерты, были гастроли и премьеры.

И вот теперь, как из прошлой жизни, в нашей памяти всплывает громкая гастроль спектакля Кирилла Серебренникова в январе 2020 года — на сцене Латвийского Национального театра он представил спектакль Outside (о своем домашнем заточении в Москве),

и вот кто бы мог подумать, что и все мы вскоре будем практически в таком же домашнем заточении? Тут искусство как-то слишком лихо обогнало жизнь.

В общем, в Рижском Русском театре была премьера спектакля «Драгоценные камушки жизни» в постановке Резии Калнини, в Латвийской Национальной опере — премьера восстановления «Пиковой дамы» в давнишней постановке Андрея Жагарса. Когда в такой ну очень далекой от нас Италии из-за поганого вируса закрылся миланский «Ла Скала» (в феврале, кажется), мы на это реагировали, как на какой-то фантастический сон, который происходит, по счастью, не с нами.

И даже 9 марта, сидя в ложе Латвийской оперы во время гастролей балета Бориса Эйфмана (показывали «Русского Гамлета»), как-то не представлялось, что «вот это покамест твой последний культпоход в Оперу, господин Шаврей, в ближайшие полгода и не мечтай». Такое невозможно было представить даже тогда,  когда 14 марта объявили первую чрезвычайную ситуацию и затихло все — даже библиотеки, как последний оплот культуры, закрылись.

В общем, с точки зрения ким-ки-дуковской культуры началась лютая зима, заморозив даже воспоминание о темпераментной речи худрука Нового Рижского театра Алвиса Херманиса 13 марта, вышедшего перед зрителями во время генеральной репетиции своего нового спектакля «Мужчины и женщины». Премьера же в результате в этом году переносилась три раза! И когда она все-таки состоится — неизвестно. 

Последним приглушенным аккордом всех предыдущих культурных времен года прозвучало 14 марта камерное открытие международного балетного фестиваля Литы Бейрис (оно тут же и закрылось, отменившись по полной программе) в Доме Латышского общества. Там танцевал отличный кубинец, а потом все немедленно выпили по бокалу вина и разошлись в разные стороны — в  неизвестность.

И как символ всего этого времени (вернее, безвременья) — растяжки на закрытой (причем, даже служебный вход натурально был закрыт на старинный засов) Латвийской Национальной опере с надписями «Встретимся скоро!» А когда скоро — никто не знал. Мне лично оставалось только сожалеть, что на 24 марта в Риге в Большой гильдии с произведениями Сезара Франка и Людвига ван Бетховена должен был выступить замечательный пианист Николай Луганский, но концерт был отменен. Равно как и отменен в нынешнем декабре концерт великого пианиста Григория Соколова, о приезде которого в Ригу мечтали десятилетиями — увы, не состоялось.

Неизвестность эта продлевалась в марте-июне два раза, прерывалась маленькими концертами онлайн (неутомимый Раймонд Паулс играл в Первой студии Латвийского радио) и завершилась в начале июня, когда с точки зрения культуры наступила легкая оттепель. Как счастье неимоверное, мы восприняли разрешение правительства собираться до 25 человек, и тут же открылся новый необычный формат — концерты в присутствии двадцати слушателей. Такое и представить в марте не могли, что вот будет играть Раймонд Паулс, или пианист Андрей Осокин — в присутствии пары десятков человек. Но это было невиданное достижение по тем временам — хоть что-то происходит (и насколько это ценно, мы можем оценить нынче, в декабре, когда вновь запрещены все мероприятия).

Хотя со стороны глядя на все это, понимаешь, что это полный обвал. Когда такое бывало, чтобы, например, рухнул весь сезон зала «Дзинтари»?

Впрочем, там провели с ограничениями Юрмальский фестиваль, и хотя это и было в жарком июле, с точки зрения культуры это было так прохладно... Ну будто бы вот еще чуть-чуть — и зима. Все смешалось, в общем, в культурных временах года.

Впрочем, веру в то, что все не так плохо, поддерживали выставки, коих было весьма много. Я бы выделил отличную выставку в новой рижской галерее Art Platz, где открыли представительную выставку самого знаменитого за рубежами Латвии латышского художника Лудолфа Либертса. А также открытие комнаты Николая Рериха в «Рижской Бирже». Были также какие-то эстрадные концерты, сам Артемий Троицкий в августе приезжал на концерт по поводу тридцатилетия гибели Виктора Цоя под Юрмалой.

Но посещение театров — это уже был удел для избранных. И я был на целых двух премьерах! Вернее, на полутора премьерах. 1 сентября в Латвийской Национальной опере давали роскошную премьеру ««Лебединого озера», для роли принца Зигфрида был специально выписан из лондонского Королевского балета «Ковент-гарден» премьер Вадим Мунтагиров. Но я его так и не увидел на сцене, потому что был только на генеральной репетиции (танцевал наш состав), и счастлив уже хотя бы этому. А Мунтагиров танцевал непосредственно премьеру — в полупустом из-за ограничений зале. Кстати,

больше в Опере после 1 сентября я так и не бывал. Когда еще бывали такие паузы? Только во время службы в армии!

Одно из самых больших впечатлений этого года — осенняя премьера в Рижском русском театре им. М.Чехова спектакля по пьесе Артура Миллера «Это случилось в Виши» в постановке Сергея Голомазова. Не только потому, что в наполовину заполненном зале зрители отделены были друг от друга прозрачными ограждениями. Сама тема и постановка, равно как и игра артистов великолепны. Как закончится вся эта пандемия — идите на «Лебединое озеро» и «Виши», не пожалеете.

Молодец Новый Рижский театр, который на короткое время запустил на свои сцены спектакли из своего прошлого репертуара, в том числе шедшую долгие годы в совсем маленьком зале музея театра легендарную «Соню» Татьяны Толстой в постановке Алвиса Херманиса с Гундаром Аболиньшем в главной роли — билеты распродавались, как горячие пирожки.

В начале октября в Большой Гильдии все же открылся сезон Латвийского Национального симфонического оркестра, в котором в концерте Сергея Прокофьева потрясающе солировал молодой пианист Даумант Калниньш, а затем

оркестр совершенно гениально исполнил Первую симфонию Скрябина, вселив веру, что вся эта нервотрепка уйдет и настанет лето, а вместе с ним и разгар культурного сезона — когда-нибудь, скоро, без всяких ограничений.

Но тут вновь пошли заморозки — как раз в ноябре, когда все же состоялся Рижский международный кинофестиваль. Правда, большинство сеансов уже можно было видеть онлайн, а что касается разных встреч с кинорежиссерами и светских раутов — их попросту не было. Провели кинофестиваль, вручили главный приз интересному российскому фильму Ивана Твердовского «Конференция» — уже хорошо.

Я еще успел увидеть и услышать замечательного пианиста Люку Дебарга, который выступал с подачи Фонда Германа Брауна у нас дважды, но после концертов он выходил раздавать автографы поклонникам на своих компакт-дисках в маске и в перчатках.

Глядя на такую картинку из того же марта 2020 года, можно было бы сказать, что мир перевернулся и сошел с ума. Но ничего — теперь это в норме вещей.

Одним из последних, извините, культурных «писков» стал 32-й сезон Рижской недели моды, который все же состоялся с 27 по 31 октября. По подиуму ходили модели — разумеется, в масках, но гламурных.

Ну, а теперь зима. Во всех смыслах. Опять закрыто все — даже галереи и библиотеки. Как минимум до 11 января. Самое печальное, что на 12 января был намечен концерт Раймонда Паулса и всемирно известной оперной певицы Элины Гаранчи в Латвийском Национальном театре — по случаю 85-летия нашего любимого Маэстро. Что-то подсказывает мне, что и он не состоится. Ну, если только в прямой трансляции, и без зрителей. «Такие времена» — как говорит легенда телевидения Владимир Познер.

Без всяких сомнений, все это когда-нибудь закончится. И, возможно, очень скоро — весной 2021-го будут и галереи, и даже театры... И тут

хочется, чтобы мы все помнили главный культурный итог уходящего года — каждый спектакль и концерт отныне не просто повод для праздного времяпровождения, а невероятное событие, которое запоминается надолго. И которое стоит ценить.

И если верить Ким Ки Дуку, конечно же, будет снова весна!

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

За эфиром
За эфиром
Новейшее
Интересно

Уведомляем, что на портале Lsm.lv используются т.н. cookie-файлы (cookies). Продолжая использовать портал, вы соглашаетсь с размещением и хранением cookie-файлов в вашем устройстве. Подробнее

Принять и продолжить