«В Иране я был в сто раз популярнее, чем в Латвии» — двукратный Олимпийский чемпион Бугаенков

Сколько в Латвии двукратных Олимпийских чемпионов? Вопрос на самом деле не такой простой даже для искушенного болельщика. Нынешнее поколение, уверен, назовет в лучшем случае велогонщика ВМХ Мариса Штромбергса, который пусть и живет постоянно в США, смотрит на нас с рекламных баннеров на улицах Риги. Кто постарше и ближе к баскетболу вспомнит легендарную Ульяну Семенову, также побеждавшую дважды на Играх в Монреале и Москве. В действительности, Латвия может гордиться еще одним уникальным спортсменом, который завоевывал золотые медали на летних Играх в Токио и Мехико. Да, было это в 60-е годы прошлого века, но ведь было! Это прославленный волейболист Иван Бугаенков, который не так давно отметил свое 80-летие: скромно, без лишнего ажиотажа, в тесном семейном кругу.

Единственный звонок от Ульяны Семеновой

Досье. Иван Васильевич Бугаенков.

Родился 18 февраля 1938 года на хуторе Бурлацкий Кумылженского района Волгоградской области. Окончил латвийский ГИФК (1959), преподавал в РКИИГА (зав. кафедрой физвоспитания). Выступал за команды «Даугава», СКИФ, «Радиотехник». Заслуженный мастер спорта (1964). В состав сборной СССР входил с 1957 по 1968 год. Чемпион Олимпийских игр (1964, 1968), чемпион мира (1960, 1962), чемпион Европы (1967), обладатель Кубка мира (1965). Бронзовый призер чемпионата мира (1966), бронзовый призер чемпионата Европы (1963). Серебряный призер чемпионатов СССР (1960, 1962, 1965, 1966) и бронзовый призер (1968, 1969). С 1992 по 2005 год работал в Иране тренером юниорских и молодежных сборных страны. Награжден почетным знаком «За заслуги в развитии физической культуры и спорта» (1988), почетной грамотой Кабинета министров Латвии «За спортивные достижения, за выдающийся вклад в развитие и популяризацию волейбола» (2008). В 2009 году был введен в Зал волейбольной славы в американском городе Холиока (Массачусетс).

Каюсь, сам забыл вовремя поздравить юбиляра, так как в это время был поглощен Олимпийскими играми в Пхенчхане. Но, исправляя свою ошибку, спустя какое-то время все же навестил Ивана Васильевича и его супругу Татьяну в их доме, вдали от столичной суеты, на хуторе недалеко от Бирзгале. Это примерно в семидесяти километрах от Риги.

Две прелестные собаки и две ласкающиеся кошки путались под ногами, весеннее солнце слепило глаза, за окном насчитал 30 ульев на пасеке, расположенной на приусадебном участке... Идиллия! Три часа за разговором пролетели незаметно, но оставили, признаться, двойственные чувства.

С одной стороны, спустя пять лет я рад был вновь увидеть эту пару в здравии, такими же веселыми и жизнерадостными, с другой — снова пришлось констатировать: не помнят у нас ветеранов, забывают, как будто их и нет вовсе. Неправильно это. А потом мы все удивляемся — что у нас в стране творится с волейболом, о котором, как о покойнике: либо хорошо, либо ничего. Чаще получается ничего, потому что волейбола, в который сам когда-то играл Иван Бугаенков, у нас давно нет.

«Поздравила ли меня волейбольная федерация? Да ты что, нет, конечно. Да мне и не надо. Забыли и забыли. Чего я буду расстраиваться, — Иван Бугаенков не придавал, кажется, этому особого значения. — В день рождения был только один звонок от Ульяны Семеновой. И все. Но все равно отметили юбилей, как же без этого. Пригласили родных, друзей, в узком семейном кругу, так сказать. Собрались на мое 80-летие в Скайсткалне, все прошло душевно и замечательно».

Скромный человек ни на кого обиды не таит. Вот Семенова позвонила, и то хорошо. Глава Социального фонда латвийских олимпийцев (LOSF), как заботливая мама, никого старается не забывать, обзванивает своих старичков, которых с каждым годом, к сожалению, становится все меньше и меньше.

Спасибо за колено доктору Юркевичу

«Ульяна нас не бросает. Вот колено мне год назад сделали, теперь оно железное. Социальный фонд оплатил операцию, за что я признателен. Пользуясь случаем, хочу выразить благодарность замечательному врачу, травматологу-ортопеду Витолду Юркевичу», — Иван Бугаенков на секунду улыбается, и, кажется, готов прямо сейчас, несмотря на возраст, повторить свой знаменитый прыжок с места.

БУГАЕНКОВ… В самой фамилии этого человека (можно было и не писать большими буквами, но рука сама потянулась, — прим. автора), согласитесь, чувствуется глыба, громадина, величина. Сейчас очень модно козырять такими характеристиками, как «патриот». Вот он сидит передо мной — самый настоящий патриот и, добавлю, однолюб.

Всю жизнь вместе со своей замечательной супругой Татьяной (вместе уже более 50 лет!). А если карьера, то с самого начала, когда 17-летним приехал в Ригу из Волгограда, — только латвийские клубы: «Даугава», СКИФ и тот самый «Радиотехник». Сколько раз Бугаенкова зазывали московские купцы, манили всяческими благами в ЦСКА… Нет, без шансов! Только Рига, только «Радиотехник», с которым он шесть раз становился призером чемпионата СССР.

«Где Иван Васильевич, он еще жив, чем занимается, почему о нем ничего не слышно?» — это стандартный набор вопросов, когда речь о Бугаенкове заходит в беседе с людьми, которые помнят еще те далекие времена. Человек непубличный, он ничего не просит и ни о чем не жалеет.

У него большая семья, двое детей, четверо внуков, своя пасека, огород, мастерская. Так кто же он — Иван Бугаенков? Почему мы должны помнить и чтить этого человека, между прочим, единственного из всех латвийских волейболистов, введенного в Зал славы? Я просто обязан рассказать о нем.

Как земляк «сблатовал» перебраться в Ригу

«Мое появление в Риге, действительно, было случайным. Я ведь об этом городе ничего не знал. Жил у себя на хуторе Бурлацкий, это Кумылженский район Волгоградской области. Не думал вообще, что моя жизнь будет связана со спортом. Но, как говорится, от судьбы не уйдешь, — вспоминает Иван Васильевич. — Приехать меня уговорил друг, который учился в Риге и расписал красоту этого города. Он был с моей деревни. Он не учился в Риге, а где-то в Латвии служил. Вот он меня и уговорил, когда приехал на каникулы. А я только школу закончил. Мать, конечно, ругалась, говорила, куда я собрался. Но отец поддержал меня. Я тогда впервые в жизни увидел паровоз и уехал на нем».

В Ригу Иван Бугаенков приехал поступать в физкультурный институт. Было это в 1955 году. «На самом деле не было у меня никакой специализации. Михаил Рапопорт, который заседал в комиссии, спросил меня о разрядах. А я стою перед ним — на голове кепка восьмиуголка, в руках чемодан с висячим замком, который мне сделал отец. Парень из деревни, который ничего до этого не видел. Какой разряд? У меня был значок ГТО второй ступени. Но это то, чего я добился в школе. И этим значком я очень гордился.

Школа у нас в Бурлацком была обыкновенная районная, но очень спортивная. К нам приехал учитель в десятом классе. Он был очень похож на Тарзана, которого, помните, сыграл Джонни Вайсмюллер. А еще он тренировал нашу волейбольную команду. Ну, очень мне понравилась эта игра. Не знаю почему, но именно из-за волейбола я решился поехать в Ригу.

Рапопорт удивился, когда я ему похвастался своим значком. Разумеется, он меня переспросил: «А какие у тебя спортивные разряды?» Понятно, что у меня никаких не было. «А что ты умеешь делать?» — был следующий вопрос. «Умею плавать, бегать, прыгать», — ответил я. Решали-решали они и отвели меня к ректору института. Что со мной делать, приехал черт знает откуда...

В общем, дали направление в общежитие и сказали сдавать экзамены на общих основаниях. Поступлю — так поступлю, а если нет, значит, нет. Меня долго потом пытали — зачем я приехал в Ригу, ведь в Сталинграде, потом в Волгограде, есть такой же институт. А что я мог сказать? «Сблатовал» меня земляк».

Стометровка в тапочках за 11 секунд

Экзамены Иван Бугаенков сдал без особых проблем. Получил одну четверку, остальные оценки — «отлично». И сочинение, и физика, и химия. Молодой Ваня удивил, хотя чего тут удивляться. В школе он всегда учился хорошо, так что и подготовка была на уровне. Но ведь надо было сдавать и спортивные дисциплины.

«А я, представляете, 100 метров в тапочках за 11 секунд пробежал. В плавании я вообще показал результат на второй разряд. Причем плыл сажонками, без всякого стиля. Тогда меня и заметили пловцы. А у меня в голове был только волейбол. Вот и пошел я в команду, когда учился на первом курсе», — рассказывает Бугаенков о своих первых шагах в еще тогда студенческом волейболе.

Однако с самого начала все пошло нет так. Вмешалось… плавание. «Я бы худенький. Тренер, как сейчас помню, Константин Ануфриевич Петров посмотрел и сказал, что толку из меня не выйдет. Ну, я и пошел на плавание. Пловцы меня быстро прихватили, за месяц научив меня плавать кролем. И я тут же стал чемпионом первенства «Даугавы», а еще через месяц стал вторым на чемпионате Латвии. Я уступил только Роде, был такой пловец, показав при этом результат на уровне первого разряда. Но уже со второго семестра у нас был предмет «волейбол». А это было все-таки мое. Эта игра меня не отпускала».

Про «Красну шапочку» со слов Чеснокова

Разумеется, никакой рассказ о легенде мирового волейбола никогда не мог обойтись без… шапочки. Той самой фирменной шапочки, в которой выходил на площадку Иван Бугаенков.

«А что рассказывать? Носил ее только потому, чтобы длинные волосы не мешали. Мне ее связала Людмила Булдакова, известная советская волейболистка, тоже двукратная олимпийская чемпионка. Я в этой шапочке играл все время», — объяснял чемпион.

А вот что об этом вспоминал когда-то Юрий Чесноков, олимпийский чемпион Токио, восьмикратный чемпион мира, позже на протяжении шести лет возглавлявший сборную СССР, до 2008 года являвшийся вице-президентом Международной федерации волейбола (умер в 2010 году). Выдержку привожу почти без купюр, чтобы было реальнее представить размер таланта лидера сборной СССР и нашего «Радиотехника».

«На площадке Серый волк и Красная шапочка. Такую реплику бросил кто-то из зрителей, когда диктор перечислил волейболистов соревнующихся команд ЦСКА и рижской «Даугавы». Под Серым волком подразумевался, конечно, опытный коллектив армейцев, а под Красной шапочкой — команда «Даугавы», основу которой составляли молодые игроки Цадикович, Лабуцкас, Мещерский, Бугаенков. Волейболисты, едва перешагнувшие возраст 20 лет. Было это в марте 1958 года.

Прошло два года. Из далекой Бразилии чемпионами мира вернулись наши ребята. Среди них был Иван Бугаенков. Уже тогда за ним шла слава разностороннего волейболиста, надежно играющего у сетки и в тыловых зонах. Редко кому удается вот так за два года пройти в спорте дорогу от новичка до игрока сборной страны.

Сейчас Бугаенкову 29 лет. С моей точки зрения, это лучшая пора для волейболиста. Максимума достигли физические возможности, а накопленный опыт позволяет стать опорой в команде, ее вожаком. Именно таков заслуженный мастер спорта Иван Бугаенков, лидер сборной Советского Союза.

У Ивана Бугаенкова выдающиеся физические данные. За 15 лет моего увлечения волейболом я не видел игрока более одаренного, нежели Бугаенков. Пожалуй, только такой корифей волейбола как Константин Рева мог соперничать с ним в одаренности физических и психических качеств.

Рост рижанина — 183 см, вес — 82 кг, окружность груди — 100 см, ширина плеча — 32,5 см, окружность бедра — 56 см, жизненная емкость легких — 7000 кубических сантиметров. Таковы результаты внешних измерений. Они дают представление о физическом облике рижанина.

Ладно скроенный, исключительно сильный, необыкновенно легкий в движениях и в то же время изумительно резкий, отлично координирующий движения — таким выглядит на площадке Иван Бугаенков.

Есть у него и такое важное для волейболиста качество, как прыгучесть. Здесь Иван не знает себе равных. На проводившихся перед Токийской олимпиадой контрольных испытаниях, он установил своеобразный рекорд прыжка с места в высоту — 103 см. Для сравнения напомню, что у такого прыгучего баскетболиста как Геннадий Вольнов этот показатель равен 88 см.

Мы, волейболисты, видавшие виды, восхищаемся тем, что проделывает Бугаенков на тренировке. Он берет в каждую руку по волейбольному мячу, с небольшого разбега взвивается (именно взвивается) в воздух к баскетбольному кольцу и поочередно закладывает мячи сверху в корзину. Бугаенков может, стоя на одной ноге, прыгнуть с места из-под кольца и положить в него мяч сверху.

Игра над сеткой и игра в воздухе считаются самым трудным в волейболе. Рижанин охотно берется за эти трудности и успешно справляется с ними. В решающие моменты игры команда доверяет Бугаенкову самое ответственное — борьбу с групповым блоком соперников. Удары поверх блока, резкие косые уводы мяча, обманные удары, направляющие мяч за руки блокирующих — всем этим рижанин владеет безукоризненно.

Завсегдатаи волейбольных состязаний знают, что Иван Бугаенков играет в вязаной шапочке. Не это ли послужило поводом назвать его команду в 1958 году Красной шапочкой, которую готовится съесть Серый волк. Теперь игрок в красной шапочке вызывает трепет у самых опасных соперников рижского «Радиотехника».

В споре Амалина и Гомельского победил первый

Тут на авансцену вышел известнейший человек, заведующий кафедрой Института физкультуры, заслуженный тренер СССР, основатель волейбольной команды «Даугава», позже ставший у руля «Радиотехника», Михаил Амалин. Любопытно, но именно он ввел в мировом волейболе рыцарскую традицию пожатия рук при замене игроков и пожатие руки судье после матча вне зависимости от результата.

«За 15 лет моей работы тренером «Радиотехника» в команде было только два игрока не из Латвии. Нужды приглашать со стороны не было — своих с избытком. Может, именно поэтому ни один из видов спорта не дал Латвии столько чемпионов мира, как волейбол — восемь. И пять олимпийских чемпионов», — не без гордости рассказывал ныне покойный мэтр в одном из своих интервью в 2000 году.

«Занятия по волейболу вел Михаил Ефимович Амалин. При первой встрече он меня спросил: «Слушай, а ты можешь мяч в кольцо забросить?» А я что, знал? Подошел, разбежался и забросил. Он меня и спросил, хочу ли я заниматься волейболом. Хочу? Это была моя мечта.

Так я и появился в зале «Даугава» на ул. Вингротаю. Там тренировалась та самая команда, которая выступала в первенстве СССР. — Бугаенков рассказывает с такими подробностями, как будто это все происходило вчера. — Ребята все здоровенные, мяч лупят. Куда мне. Я сбежал. А он меня еще месяца два уговаривал. Вот так и уговорил. В 1956 году я к нему и пришел».

Карьера у самородка из Бурлацкого начиналась стремительно. Уже в 1957 году он играл в Петрозаводске с московским «Локомотивом» в переигровке за право остаться в классе A. «И вот я такой сопляк, мне было 18 лет, отыграл там здорово, наша команда спаслась. Потом мы поехали на тур чемпионата СССР в Одессу. И сразу после этого меня пригласили в сборную СССР».

Взлет, согласитесь, впечатляющий. Сборной СССР тогда руководил Анатолий Николаевич Эйнгорн, потом пришел Гиви Ахвледиани, с 1964 года главным тренером работал Юрий Николаевич Клещев. Впрочем, и на этом история с перетягиванием Бугаенкова в другие виды спорта не закончилась.

«Правда ли, что меня перетягивали к себе Амалин и Гомельский — один в волейбол, другой в баскетбол? Было такое. В то время ведь Александр Гомельский в Риге работал. Его СКА трижды становился чемпионом СССР. Выходит, Амалин победил.

На самом деле с баскетболом у меня как-то не получилось. До смешного доходило, ведь я в баскетболе ничего не умел. Взял мяч, увидел кольцо и вперед. За мной гонятся, а я мяч не отдаю. Я ведь правил толком не знал. Чего мог добиться в баскетболе? Ну, прыжок у меня был. Но это такой природный дар. Специально я над ним никогда не работал. Хотя был не великаном — рост 184 сантиметра».

Не захотел быть Корчагиным

Бугаенков, действительно, был самородком, очень одаренным от природы молодым человеком. Наверное, сказались и гены, хотя никто в его семье серьезно спортом не занимался. «Слышал, что прадед занимался гиревым спортом. Вот и вся моя спортивная родословная.

Но благодаря моему учителю в деревне, который завел всех ребят, и девочек тоже — был настоящим затейником. Именно он заставил полюбить спорт. Наверное, благодаря ему я 12 лет смог провести в сборной СССР — без отдыха, сотни матчей, травмы, переезды, тяжелый режим. Но я выдержал. И мог бы, наверное, еще играть, если бы не травмы. Точку поставил в 1970 году».

Несмотря на то, что свою волейбольную карьеру Иван Бугаенков завершил в 33 года, титулов, медалей и побед у него хватит на несколько жизней. Чего стоят только две золотые медали Олимпийских игр в Токио и Мехико.

«Карьеру я завершил по совету нашего известного хирурга Виктора Калнберза, который прямо мне так и сказал: «Хочешь быть, как Корчагин — играй. Но я бы тебе не советовал». У меня мало того что были проблемы со спиной — смещение позвонков, хрящей, так еще и мениски вырезали. В общем, послушался врачей и завязал со спортом. Операцию можно было сделать, но никто гарантии уже не давал. Зато сейчас беспокоят ноги. Совсем тяжелые стали. Вот хорошо, что колено заменил. Теперь нормально ходить могу».

Чужой среди своих

Нет-нет, да и проскальзывает в словах Бугаенкова обида на латвийский волейбол. Ведь там спортсмен так и остался невостребованным. Сам он от этого мало что потерял: долгие годы работал за рубежом, добившись наивысших результатов в Иране, где его до сих пор почитают, преподавал в РКИИГА. Просто осталось какая-то недосказанность, сквозь которую проглядывает и несправедливость.

«Нет у меня латвийского гражданства. Я, получается, чужой. Вы знаете, когда я выступал, побеждал, все были моими друзьями, любыми способами стремились со мной познакомиться. Как только моя карьера закончилась, некоторые даже здороваться перестали.

Но ничего не поделаешь, — собеседнику эта тема явно неприятна. — Знаете, в Иране я был в сто раз популярнее, чем в Латвии. Там меня боготворили. В Латвии — другое отношение. Я уже не говорю о том, чтобы мне предложили работу. Обидно. Не факт, что я бы согласился. Но хотя бы из приличия. Я же все свои лучшие годы отдал латвийскому волейболу, играл в «Радиотехнике», никуда не ушел».

Та же самая тема звучит из его уст, когда речь заходит о судьбе его золотых наград. «Одно время все мои медали хранились в Музее латвийского спорта. Но в один день я забрал их все оттуда, потому что они там пылились где-то на чердаке и никому не были нужны. Моя жена пришла в ужас, когда увидела все это. Хорошо, что их не потеряли там. Обе олимпийские сохранились, и на том спасибо. Хотя фотографии пропали бесследно».

Навсегда остался верен Риге и «Радиотехнику»

В отличие от сборной СССР, в составе которой на протяжении десяти лет Бугаенков неоднократно побеждал на чемпионатах мира, Европы и Олимпийских играх, с «Радиотехником» он так и не стал первым. В ту пору невозможно было обыграть ЦСКА.

«Эх, жаль, что не довелось обыграть. Это правда. В то время переиграть армейцев, где были собраны все сильнейшие, было нереально. Их много, а я один из сборной. Понятно, что меня неоднократно звали в ЦСКА. Использовали разные методы, но я каждый раз находил способ улизнуть от них.

Дело в том, что в моем институте была военная кафедра, и я был офицером запаса, прошедшим военные сборы. И меня никак не могли призвать в армию. А тех, кто в вузах не учился, всех брали в ЦСКА или в ростовский СКА мигом».

Предложений уехать из Риги Ивану Бугаенкову, действительно, всегда делали с избытком. «В ЦСКА звали все время. Мне говорили прямым текстом, тот же Гиви Ахвледиани — "иди к нам, переезжай в Москву. Будешь у нас — будешь в сборной СССР". Но меня и так брали, тренерский совет не мог меня игнорировать. Хотя в 1968 году чуть не забрали в Москву после Олимпиады в Мехико. В Риге шум был страшный.

Кстати, о Семеновой. Я принимал у нее экзамены. В первый раз она провалилась, я не подписал зачетку. Со второго раза только подписал. Правда, волейбольные правила она так и не выучила. Но я все равно ей благодарен. Благодарен за то, что она оформила мне олимпийскую пенсию от Социального фонда олимпийцев даже несмотря на то, что латвийского паспорта у меня нет».

Занимательна и история, связанная с введением Бугаенкова в Зал славы. Тут надо сделать отступление и вспомнить времена, когда он преподавал в РКИИГА. Кстати, там он успел даже немного потренировать.

В Зал славы с подачи благодарных учеников

«Слава Богу, авторитет у меня был, и предложение по работе, когда закончил карьеру, я получил сразу же. И начал работать тренером по волейболу и академическим профессором в Институте физкультуры. Затем заведующим кафедрой физкультуры Рижского Краснознаменного института инженеров гражданской авиации, где в целом проработал с 1976-го по 1991-й.

Буду всегда помнить команду РАУ (Рижский авиационный университет). У нас была очень дружная команда, с которой я неоднократно выигрывал Студенческие игры и в которой выделялись братья Городницкие. Именно благодаря Городницким меня и приняли в 2009-м в Зал славы. Это они хлопотали, делали все возможное, чтобы я улетел в США. Федерация, увы, и тогда ничего не сделала. А ребята, когда узнали, помогли моментально.

С тех пор каждый год мне из Америки как члену Зала славы присылают специальную анкету для голосования — выбираю следующих. Так вот, почти 20 лет проработал я в РКИИГА, вплоть до 1992 года, пока не уехал в Иран», — рассказывает Иван Васильевич.

Иранский этап карьеры у Бугаенкова — особенный, продолжался более десяти лет. Ведь начинать приходилось с нуля. Волейбол там был на низком уровне. Да его вообще не было. Иван Васильевич сам ходил по школам, искал высоких ребят, договаривался о создании интернатов. Только потом, с годами, стали проводить в Тегеране сборы. Дело пошло. В основном тренер-иностранец занимался с молодежными командами.

«Мне не стыдно за мою работу. Результаты были неплохими. Сборная Ирана четырежды побеждала в чемпионате Азии, на Чемпионатах мира среди молодежных команд неоднократно была призером», — Бугаенков моментально преображается и вспоминает недавний случай.

«В Риге в прошлом году, кажется, проходили Всемирные игры трудящихся. Не знаю, откуда, но меня нашел человек из команды Ирана. Он меня нашел, представляете! Когда я приехал к нему в гостиницу и только зашел в вестибюль, тут же какой-то молодой парень накинулся на меня и в буквальном смысле повис на шее, так был рад видеть. Оказывается, он много слышал обо мне. Я же говорю, что в Иране меня чуть ли не боготворили. Оказывается, с годами связь не пропала, и по сей день там обо мне помнят. Несколько часов я общался с ребятами из Ирана. Такой вот теплой была эта встреча, можно сказать, с незнакомыми мне людьми».

Иван Васильевич вспоминает и времена, когда играл под руководством Геннадия Паршина. Это уже был следующий славный период этой команды: «До сих пор поддерживаю связь с Паршиным. Он ведь начинал тренерскую карьеру в тот период, когда я заканчивал ее в «Радиотехнике». «Старики» его хорошо приняли. Может быть, поэтому его тренерская карьера так стремительно пошла в гору».

Черно-белая фотография: считаем живых

На стене в комнате висит черно-белая фотография той самой сборной СССР, которая в 1964-м, когда волейбол дебютировал на Олимпийских играх, и выиграла историческое «золото» Токио. Беру ручку и со слов хозяина дома записываю — кто жив, а кто, увы, ушел в мир иной.

«Смотри, слева направо в верхнем ряду: Станислав Люгайло жив, он сейчас в Харькове, Николай Буробин — в Москве, Дмитрия Воскобойникова и Эдуарда Сибирякова нет уже на этом свете, дальше иду я под 9-м номером, потом москвич Виталий Коваленко, нет уже в живых Юрия Клещева, Николая Михеева и Юрия Чеснокова.

Нижний ряд: Важа Качарава у себя дома в Грузии здравствует, следующих троих тоже уже нет с нами — Юрия Пояркова, который умер не так давно, в прошлом году, Валерия Калачихина и Юрия Венгеровского, в Москве живет Георгий Мондзолевский. Получается, из той нашей команды — спустя почти 55 лет — остались шесть человек. Только мы с Люгайло представляли «Радиотехник», четверо — ЦСКА, двое — харьковский «Буревестник», по одному — «Буревестник» московский, тбилисский и одесский, а еще ростовский СКА. 

Теперь мы уже редко встречаемся. Не все могут из-за возраста. Бывал в Москве, когда чествовали нашу сборную олимпийских чемпионов. Юрий Чесноков, тогдашний вице-президент Международной федерации волейбола, нас однажды собирал. Раза три летал в Москву, когда там проводились праздничные мероприятия. Пару лет назад — тоже. Живых мало ведь осталось, — звучат грустные нотки в словах ветерана. — Поддерживаю связь с Сергеем Шляпниковым, который когда-то приглашал меня поработать в Ярославль. Сейчас он большой человек — главный тренер мужской сборной России. Не так давно виделись в Даугавпилсе, куда он привозил на турнир юношескую команду».

Учитесь, американцы!

Кстати, еще два слова о феноменальном прыжке, но со слов самого рекордсмена. «Попав в сборную страны, которая потихоньку завоевывала свой международный авторитет, я, выходит, попал и в знаменитую Книгу рекордов Гиннеса.

В сборной СССР тогда разные тесты проводились. Однажды с помощью прибора Абалакова замеряли вертикальные прыжки с места. Оказалось, что в команде я прыгаю выше всех, несмотря на свой небольшой по волейбольным меркам рост. На соревнованиях, тоже делали «замеры», и я перепрыгивал всех. На чемпионатах мира и Европы меня «обзывали» и «человек-птица», и «волейбольный Гагарин». Было и такое».

А еще мало кто знает, но подъем американского волейбола, а сборная США, на минуточку, Олимпийский чемпион 1984, 1988 и 2008 годов, начинался с фильма «Техника исполнения волейбольных приемов Ивана Бугаенкова». Никогда бы не поверил, но это факт. Карч Кирай, Крейг Бак, Дуглас Дворак, Роберт Ствртлик сами об этом рассказывали.

«Сам я этот фильм, признаться, толком не видел. Но знаю, что меня снимали еще в 1965 году, когда мы проводили серию матчей в Канаде. Американцы как-то обещали прислать копию», — в этом весь Иван Бугаенков,

Перед тем, как навестить Ивана и Татьяну, еще раз сел за компьютер и пересмотрел на Youtube волейбольную хронику Игр-1964. Игрока в шапочке невозможно было спутать ни с кем. Даже по сегодняшним временам — это феноменальный спортсмен с выдающимися характеристиками. Действительно, самородок и уникум, наш Иван Бугаенков. Одним словом — великий!

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Спорт
Спорт
Новейшее
Интересно