«Мадам Хойер, к вам Петр Первый! Он в Лиепае инкогнито проездом!»

Через два года в Лиепае можно будет заглянуть на заезжий двор мадам Хойер, где всё будет так, как во время Великого посольства 1697 года, в составе которого был и «урядник Преображенского полка Петр Михайлов». Будут корчма и музей интерьера XVII века, на втором этаже воцарится XIX век... Масштабные работы по реставрации старинного здания уже идут.

Бывший заезжий двор мадам Хойер — здание с точки зрения архитектуры уникальное в масштабах всей Латвии. Тогда, примерно в середине XVII века, жилые дома и корчму с комнатами для гостей не объединяли под одной крышей, а здесь изначально было и то, и другое. Но этот дом, известный также как Домик Петра, знаменит еще и тем, что наличием исторического подтверждения — именно тут на несколько дней останавливалось Великое посольство 1697 года. Точней, как отметила директор Лиепайского музея Даце Каркла, основная часть Великого посольства осталась тогда в Митаве и далее следовала сушей, а Петр Первый с группой из нескольких десятков человек, среди которых были Меньшиков и Лефорт, отправился в Либау, чтобы впервые в жизни посмотреть на море. Есть подробное описание всех дней, проведенных здесь 25-летним «урядником Петром Михайловым». Его очень интересовали порт и судостроение, да и весь город, который отличался от всех ранее им виденных. И далее, в Кёнигсберг, он отправился из Либау морем.

Дом по адресу ул. Кунгу 24 не раз перестраивался и расширялся, в XIX веке был достроен второй этаж. Лиепайская дума уже несколько лет реализует обширный проект реставрации этого дома (Rus.Lsm.lv также писал о нем ранее). И вот — на днях всех лиепайских журналистов пригласили, чтобы рассказать подробности. Были также руководство и другие представители Лиепайской думы, Управления культуры, Лиепайского музея, Лиепайского дома латышского общества, строительной фирмы RERE Grupa, реализующей этот проект. Но главным героем дня стала, конечно, архитектор Лиесма Маркова — великолепный профессионал, искренне увлеченный своим делом.

— Здесь довольно много сохранившегося, — заметила Лиесма Маркова. — И наша задача — максимально восстановить первоначальный облик. В левой части первого этажа была корчма с большим общим помещением и двумя гостевыми комнатами, в правой — жилые помещения, гостиная и спальня.

Г-жа Маркова, как любой серьезный и ответственный исследователь, неоднократно произносила фразу «возможно, что было так». В том смысле, что плана строительства дома XVII века никто в тайнике под половицей не нашел (а жаль!), и все выводы — результат тщательного анализа здания специалистами.

Предположительно, в корчме было еще и «господское помещение», то есть комната, где за столом сиживали особо уважаемые гости, там и мебель должна была быть получше, и посуда побогаче. Разумеется, была и кухня с очагом-дымоходом, каменные своды которого постепенно переходили в трубу.

— Как мы будем реставрировать? Предусмотрено, что на первом этаже будем гостить в корчме и у мадам Хойер. Так что здесь будут примерно 1670-1730 годы. Здесь можно будет есть и пить, покупать что-то, в общем, делать всё, что тут было в те времена. Но — если мы захотим выпить кофе, то поднимемся на второй этаж. Тут может быть разговор о том, где мы будем есть картошку? И это тоже вопрос — в каком году она здесь появилась? Вполне вероятно, что блюда из картофеля тоже будут на втором этаже. Там будут кафе и вторая квартира. В XIX веке там жил нотариус Стендерс. На втором этаже сохранились фрагменты оригинальных обоев и отделки середины и второй половины XIX века.

...Вот здесь вы видите картинки возможного интерьера; каким он будет в итоге — зависит от приобретенных для музея интерьера предметов. Никаких документальных кадров нет, потому эти картинки — только теоретические предположения. За образцы брались картины тех периодов. К примеру, для того, чтобы поместить в какой-то из интерьеров птичью клетку, надо было найти картину, где такая клетка была! Так что каждая скатерть, кровать, стул, скамейка на этих картинках — обоснованы. Но в целом весь интерьер будет теоретическим до тех пор, пока музею не повезет найти картину 1697 года с подлинным интерьером этого дома, — подчеркнула Лиесма Маркова.

Как отметила Даце Каркла, среди сохранившихся кусочков обоев — единственный найденный в Латвии образец обоев XIX века для детской комнаты, так что будет и она. С предметами интерьера того времени легче, немало есть и в запасниках музея. А вот с XVII веком сложней, но Лиепайский музей вместе с Лиесмой Марковой занимаются этим уже несколько лет, налажен контакт с антиквариатом в Нидерландах, ведь мадам Хойер была голландкой. А когда корчма и музей интерьера будут открыты, то его сотрудники оденутся в наряды тех времен. Будет и лавка, как у мадам Хойер. И даже планируется что-то вроде представлений — из порта будет приезжать лошадиная упряжка, товары будут выгружать из повозки и складировать на чердак. Подъемник тех времен тоже планируется восстановить. Директор Лиепайского музея добавила, что

налажены контакты с коллегами из Санкт-Петербурга, и они проявили интерес к созданию такого музея, особенно те, кто работает с наследием династии Романовых.

А потом была экскурсия по зданию в сопровождении архитектора Лиесмы Марковой.

— Тут всюду очень много более поздних наслоений. Мы сейчас там, где была корчма. Пойдемте туда, где был очаг-дымоход. Вот, здесь его арка. Почему я знаю, что он был тут? Во-первых, в то время так строили, во-вторых, есть свидетельство — вот там сверху характерная выемка. Если кто-то из вас не знает, как такой очаг-дымоход выглядел, можете в Риге зайти в «Три брата», там таких два.

...А здесь была кухонная комната, вероятно, тут был большой стол, где предварительно обрабатывали продукты, которые потом несли в поварскую, там были и плиты с открытым огнем для готовки пищи. Тут были металлические держатели, на которых висели котлы, вертела и прочее. И здесь мы хотим восстановить кухню тех времен.

...Каждая деревянная деталь обследована, равно как и каждый кирпич, ничего из этого здания не пропадет, ни единого гвоздя! Теперь пойдем дальше, но тут яма — вскрыт фундамент, так что пройдем через второй этаж.

...И здесь вы тоже можете видеть фактуру, стены были сложены из балок, вероятно, покрашены. Но позже эта мода прошла, тогда балки чуть как бы ободрали, чтобы сверху оштукатурить.

...Идем во времена барокко. Вот, посмотрите на план, мы сейчас находимся на частной территории мадам Хойер. ... Посмотрите, тут на стене даже узор сохранился в виде маленьких цветочков. ... Обратите внимание на потолок, вероятно, на потолочных досках был какой-то орнамент, сейчас его очень трудно найти.

..А вот здесь был заниженный пол, это было сделано для сохранения тепла, в целях экономии в здании была всего одна печь, та, угловая, которую я вам показывала. Мы разместим их больше, и тут будет печь, и там, в музее бережно хранится большая коллекция, почему бы ее не показать? Так что пол мы тут поднимем.

...Ну вот, 1730-е, уже период рококо, Хойеры продали дом торговцу Лордшаму. Новый владелец все перестроил. И что с этим делать? Мы все же приняли решение восстанавливать время мадам Хойер. Но все находки периода рококо задокументированы!

...Пойдемте наверх, — в XIX век. Обратите внимание на эту стену. Что мы здесь видим? Потолок! Да, потолочные доски были использованы для сооружения этой лестничной клетки, она более поздняя, начала XIX века. Откуда я знаю, что это потолочные доски? Сохранились следы от поперечных балок. Мы эти доски пронумеровали и вернем на потолки помещений мадам Хойер.

...Ну вот, мы пришли в XIX век. Как тут все тогда было? Две комнаты, маленькие окна, годные только для проветривания чердачного этажа. Люди тут жили разные, каждый старался что-то приспособить для себя, многие клеили обои, вон, в уголке видны обои, наклеенные прямо на дерево. Четыре образца найденных обоев будут реставрированы, и с них сделаем аутентичные копии с использованием такой же бумаги и красок, причем на машинах XIX века. Мы уже делали такие копии — одни такие обои можно увидеть в Кулдигском музее, другие — в Бирже. В Германии есть реставрационная мастерская, которая этим занимается, мы с ней сотрудничаем. ... А вот тут у нас оригинальные печь и двери, все будет бережно восстановлено. Можете сфотографировать и потом, после реставрации, сравнить...

...Вообще, если вы думаете, что архитектор в процессе такой работы посидел, подумал, нарисовал, полюбовался и решил, что всё хорошо — то нет, так не бывает! Архитектор мучается, раздумывает, и до сих пор я мучаюсь и не знаю, правильное ли решение приняла: «А вдруг надо было иначе?», я мучаю строителей: «Может, что-то поменяем?», они уже не знают, как от меня избавиться и нормально работать, в Думе тоже говорят, что ничего не будут менять! ...Надеюсь, вы не будете это использовать?

Дружный хохот журналистов был ответом Лиесме Марковой — кто ж добровольно выкинет такую роскошную цитату, настолько ярко описывающую муки творчества профессионала, глубоко преданного своему делу?

А напоследок Лиесма Маркова и Даце Каркла показали тот самый уникальный обрывок обоев для детской комнаты XIX века.

— Это оригинальный фрагмент обоев, наша знаменитая детская комната на втором этаже. Вы только взгляните, что тут есть — девочка с собачкой, а вот пруд, уточки плавают, вот котик. Да чего тут только нет! Наверное, мы этот оригинальный фрагмент тоже как-то используем. Можем, как картину на стене... Посмотрите, внизу еще один слой обоев, видите, голубые? Тут еще много работы для сотрудников музея и историков искусства.

0 комментари
Добавить комментарий
Комментировать, используя профиль социальной сети
Самоуправления
Новости
Новейшее
Популярное
Интересно