Человек-кузнец Эдгар Вронский: «От ЧС я ждал коллапса» #ГородD

Даже самые строгие правила чрезвычайной ситуации, царившие в обществе до нынешних послаблений, не помешали встрече с единственным в Даугавпилсе кузнецом-художником Эдгаром Вронским. В его кузнице легко соблюдать любые дистанции и говорить обо всём на свете.

Эдгар не любитель классических интервью, поэтому я попытаюсь воспроизвести фрагменты его потока сознания, который я немного направляла темами и вопросами.

О профессии

Я человек-кузнец. В 2008 году получил диплом мастера. Мастер – это такой человек, имеющий учеников и подмастерьев, и все подмастерья мечтают стать мастерами. Светлые люди дали мне статусный документ. Направлял меня Паулис Лубганс, он когда-то в Даугавпилсе общество ремесленников возглавлял, а главные пути, которые ты сам потом выбираешь, показал рижанин Вилнис Винцевич, увы, уже покойный.

Давно я пробовал учиться в Даугавпилсском университете, тогда он еще пединститутом был. На физмате, но мне не понравилось, я бросил. Школа жизни – главная школа. До кузнечного дела я много работал с металлом, я слесарь-инструментальщик. На ЛРЗ (Даугавпилсский локомотиворемонтный завод – Л. В.) работал, потом на «Циглер машинбуве», а потом моя муза и жена Оксана заставила меня красиво ковать железо.

Кузнецы – люди особенные. Рядом с ними всегда огонь, уголь, железо, в деревнях они часто жили где-нибудь на отшибе, чтобы не сжечь деревню, люди же часто кузнецов связывали с нечистой силой. Кузнецы, наверное, - философы, но я витиевато говорить не люблю. Вы про приметы и всякие секреты спрашиваете? Вот как мастер может ученикам свое мастерство передать? Надо варить чай из ручки старого молотка и давать пить этот чай ученикам. Ну, это как щи из топора примерно.

У меня были ученики. Один из них, Павел Телицын, сейчас в Риге работает. Были ученики из Даугавпилса, Прейли, Ливан, они теперь уже мастера. В данный момент учеников нет, сейчас все хотят быстро зарабатывать деньги на YouTube.

Мне всё нравится делать. Для сложных изделий Оксана всегда создает эскизы. Могу цветы делать из металла – лилии, каллы, люблю всякую фурнитуру изготавливать, ножи делаю, флюгеры, коляски реставрирую, да много всего… Вся работа интересная. Нет у меня высокопоставленных заказчиков, для меня все люди равны.

О чрезвычайной ситуации

Когда объявили ЧС, я подумал: «Ну, всё, коллапс». Я люблю такие … неслабые эмоции. Если ветер – то чтобы очень сильный, если гроза – чтобы бушевала. Думал, из-за чрезвычайной ситуации гуманитарная помощь будет с неба падать, бензин станет бесплатным, но ничего такого не случилось. Мы собирались в Литву на фестиваль поехать, не поехали, конечно же. Жаль. Я продолжаю работать в своей мастерской, старая она, надо бы сменить обстановку, места мало. Надо глобально выбросить весь хлам. Прихожу я сюда не каждый день, а когда есть настроение. Бывает, всю ночь в голове варю идею, с утра бегу в кузницу. Иногда думаешь одно, а получается совсем другое…

О фестивалях

Мы любим путешествовать. Самолетами не летаем, на автомобиле едем. Путешествия напитывают энергией, наша любимая страна – Италия. Собирались туда как-то на фестиваль, но не сложилось. А так фестивалим больше десяти лет уже – Литва, Украина, Россия. В Латвии я в кузнечную тусовку не вхожу, что-то в Риге происходит, но меня там нет. В Литве же я для всех друг, со всеми у меня хорошие отношения, и обычно к концу лета я понимаю литовский язык. Надо понимать: вдруг кто про Эдгара плохо скажет… В Литве много интересных фестивалей и симпозиумов. Например, мы с Оксаной ездили на фестиваль, где вместе собирались художники-акварелисты и кузнецы. Это как попы и черти вместе. Кто есть кто? Кузнецы, конечно же, - попы (смеется). На Украине в Ивано-Франковске в мае проходит международный кузнечный фестиваль, лет десять назад я там был. В прошлом году снова звали, но после всей этой бучи я туда не езжу.

У нас есть специальные фестивальные костюмы, я их называю костюмами гламурных латгальцев, а то нас часто спрашивают – какая у вас эпоха?

Мне хотелось бы провести кузнечный фестиваль в Даугавпилсе, такой междусобойчик, но очень хлопотное это дело. Нет меценатов, которые притащили бы на центральную площадь молот и тонну угля купили бы.

О семье

Сыну Глебу 15 лет, он заканчивает детскую художественную школу, потом пойдет в профессиональную художественную школу Saules skola. Увлечен графикой, можно сказать, тоже художник. И еще он ботаник. В прямом значении слова – интересуется растениями, теплицу хочет на даче построить. Мы всегда и везде вместе – Оксана, Глеб и я. Глеб с нами с детства ездит, зубы растил в поездах. Ему с нами интересно, мы же его не заставляем. Я не знаю, в чем секрет семейного счастья. И кто у нас в семье главный, не знаю. Все главные.

О Даугавпилсе

Даугавпилс – родной город, очень его люблю. Пусть все в него возвращаются. У меня такая скульптура есть, «Возвращенцы» называется. Там скворечник в виде наковальни, скворцы ведь всегда возвращаются. Жить можно здесь и одновременно быть везде. Хочу, чтобы сын здесь остался. Поехал – вернулся – так, я считаю, нормально, ведь смысл жизни – общаться, работать, показывать себя и учиться, в том числе и на чужих ошибках…

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Самоуправления
Новости
Новейшее
Интересно