После Гетлини: что делать с мусором, когда на полигоне кончится место

Через 5-7 лет полигон Гетлини, созданный в 1998 году, полностью будет заполнен мусором. Поэтому думать о том, куда везти отходы и где их сортировать, нужно уже сейчас. Существует три возможных решения проблемы, сообщает программа «Домская площадь» Латвийского радио-4.

Созданный более 20 лет назад полигон Гетлини, по плану, должен был закрыться в 2016 году. Однако, как говорит председатель правления предприятия Getliņi EKO Имант Стиранс, благодаря рациональному использованию территории — 100 гектаров — и изменению технологии сортировки и хранения мусора полигон продолжает работать и по сей день. Но ресурсы не бесконечны, и через несколько лет место кончится.

Существует три варианта решения этой проблемы. Первый — расширение площади полигона. Но, как отмечает Имант Стиранс, это практически невозможно, так как вокруг расположены частные дома, дороги, а ближайшее болото принадлежит частному лицу.

Второй — строить другой полигон в новом месте. Но и здесь проблема: по словам Иманта Стиранса, он понимает, что местные жители будут против. К тому же, чтобы не увеличивать транспортные расходы, надо выбрать место недалеко от Риги, а найти его нелегко. Да и стоимость земли вокруг полигона резко упадет в цене.

По мнению главы предприятия, оптимальным является третий вариант.

«Это сжигание мусора, производство тепла и электричества. Это дает возможность, во-первых, логистически разместить пункт приема максимально близко к Риге, второе — это дает возможность уменьшать в десятки раз объем, потому что хранится будет пепел. И это дает возможность утилизировать старый мусор, который скопился в Гетлини. При этой системе развития мусорного хозяйства Гетлини, можно сказать, нашим детям и правнукам еще хватит», - уверен Стиранс.

Он понимает, что такое решение проблемы весьма дорогое.

«Завод в Таллине, который был построен 7-8 лет назад, стоил более 100 млн евро. У нас объем больше. И надо понимать еще один момент: очень большие издержки даже не на сам завод, а на системы и технологии по очистке выбросов. Это дорогое удовольствие, но мы видим позитивные примеры. Скажем, Вена, Прага, где в черте города находятся эти заводы, и никакого дискомфорта населению они не создают», — добавил Стиранс.

Представитель общества Zaļā brīvība эколог Янис Бризга не считает сжигание мусора в Гетлини удачным решением.

«Если мы смотрим по приоритетам для работы с отходами, то сжигание и полигон — это последнее, что можно делать. И сжигание — это выбросы в воздух. В Риге уже и так во многих случаях качество воздуха плохое. Мы все же производим токсические отходы после сжигания, их тоже надо куда-то складывать, они уже опасные. И еще негативный элемент сжигания — будет понижен интерес к переработке отходов. Потому что сжигательные станции всегда строятся большие, их надо кормить отходами. И их надо кормить отходами, дающими много энергии, чтобы получать электричество из этого. Я думаю, это совсем не тот вариант, куда нам надо идти», — указал он.

По мнению Яниса Бризги, единственный выход — это сортировка отходов и их дальнейшая переработка.

Стиранс полностью согласен, что мусор надо перерабатывать — он очень надеется, что уже в августе этого года будет утвержден проект завода по переработке биологических отходов. По его словам, мусор в Гетлини сортируется — на «гниющий» (его используют для получения биогаза), горящий (из него производят сырье, топливо) и интертный мусор (металл, стекло, камень).

«Этот процесс никоим образом не конкурирует с сжиганием, а наоборот, сжигание дополняет весь цикл. Биология — на биологическом заводе перерабатывается, то, что горит — производится энергия, и вторсырье в классическом виде использует в народном хозяйстве», — пояснил он.

Председатель комитета жилья и среды Рижской думы Вячеслав Степаненко не разделяет опасений по поводу вредных выбросов при сжигании мусора. Он напоминает, что в странах Западной Европы уже давно сжигают мусор — и за эти годы технологии мусоросжигания настолько усовершенствовались, что сам процесс стал практически полностью экологически безопасным.

«Качество воздуха в районе расположения подобной станции иногда даже превышает качество воздуха в других, более зеленых окрестностях, где такие процессы не происходят. Все потому что современные фильтры улавливают 99,9% любых вредных веществ, которые появляются в процессе сжигания мусора», — считает он.

Глава думского комитета тоже признает, что мусоросжигательный завод стоит миллионы евро. Но он видит способ компенсировать эти затраты.

«С учетом того, что у нас в законодательстве заложен постоянный рост налога на природные ресурсы. В частности, уже со следующего года 50 евро за тонну мусора, которая принимается полигоном. Это позволяет бизнесу сжигания мусора быть ликвидным. Большая составляющая в этом налоге, фактически, будет компенсацией тех расходов, которые связаны с постройкой завода, поскольку в результате сжигания мусора только 10% предыдущего объема остается в виде пепла. Таким образом, из этих 50 евро только 5 евро будут платой за объем размещаемого на полигоне пепла, а 45 евро уйдут на возврат расходов на строительство мусоросжигательного завода», — добавил Степаненко.

У заместителя госсекретаря Министерства среды и регионального развития Алды Озолы однозначного ответа на вопрос о том, что делать в будущем с полигоном отходов в Гетлини, нет. По ее словам, темп заполнения полигона мусором снижается — и будет снижаться и дальше. Связано это с тем, что Латвия выполняет все новые и новые европейские требования по сокращению хранения на полигоне определенных видов отходов, например, пластмассы, некоторых типов упаковок, которые можно переработать. Поэтому, по подсчету министерства, полигон можно использовать еще около 10 лет. Алда Озола, в отличие от главы Гетлини, считает, что территорию полигона все-таки можно расширить. Однако она не исключает и сжигание отходов.

«Ну, нужно посмотреть, что там хранится. Раньше ведь на полигон привозили все, что угодно, и все просто сваливали. Так эти горы там до сих пор и стоят. Возможно, там можно что-то перекопать, переложить поверх. Ну, варианты могут быть разные, нужно комбинировать. В 2035 году можно будет привозить на свалки лишь 10% всего объема мусора в стране. Это значит, что привозимых на полигон отходов будет сравнительно немного. В 3-4 раза меньше, чем сейчас. Нужно посмотреть, как использовать то пространство и те ресурсы, которые имеются там на месте. Сжигание отходов называют регенерацией, потому что создаются тепло- и электроэнергия, это тоже один из вариантов. В этом году будем это исследовать и учтем при разработке нового плана», — указала она.

В Латвии перерабатывается примерно 58% общего объема бытовых отходов. Остальные 42% депонируются, то есть остаются на свалках. В большинстве европейских стран на захоронение идет не больше 10% бытовых отходов. Остальное сжигается на мусоросжигательных заводах и сортируется.

Общество
Новости
Новейшее
Интересно