Без обид

Без обид. Елена Лукьянова

Без обид

Без обид. Евгения Чирикова

Без обид. Иван Колпаков

«Медуза» — два года в Латвии: переговоры с Ходорковским, дилемма инвестора и Центр госязыка

Интернет-портал «Медуза» начал работу в октябре 2014 года — с момента запуска он базируется в Риге. За два года издание успело завоевать значительную аудиторию, хотя, вопреки требованию прозрачности, имя своего инвестора авторы проекта не раскрывают из-за «хрупкой позиции» последнего. Этот вопрос редакция решила по-другому — «поставила на кон свою репутацию», рассказал в интервью программе LTV7 «Без обид» главный редактор «Медузы» журналист Иван Колпаков.

Он подвел итоги последних без малого двух лет: в тестовом режиме портал Meduza.io начал работу 7 октября 2014 года. «Понятно, что «Медуза» сейчас — это одно из важных русскоязычных изданий. Мне кажется, что мы сделали несколько невероятных вещей.

Во-первых, мы запустили популярное издание, которое находится не в Москве. Более того, оно находится не в Петербурге и не в каком-нибудь российском городе, а вообще находится заграницей».

Колпаков рассказал: когда «Медузу» запускали, многие скептики предрекали ей будущее эмигрантской газеты — «и это на самом деле был серьезный страх. Как сделать так, что ты работаешь не в Москве, но ты ощущаешь повестку, ты чувствуешь ритм российский и московский прежде всего... Это был серьезный вызов, и мне кажется, что мы с этим справились, потому что 70% читателей у нас — это жители России: Москва, Санкт-Петербург, другие крупные города, ну, и понятно, Украина, и так называемая международная русскоязычная публика».

Он уточнил, что процент латвийцев среди читателей портала не так высок, однако их достаточно много, если сравнивать показатели с другими латвийскими изданиями.

Колпаков рассказал, как создавалась «Медуза». В марте 2014 года владелец портала Lenta.ru Александр Мамут принял решение уволить с поста главного редактора Галину Тимченко, которая работала на этом посту с 2000 года. «У меня, честно говоря, все в голове уже так перепуталось по поводу тех событий, но, на мой взгляд, там было два фактора, и оба фактора были очень серьезны. Первый фактор — это реальное кремлевское давление (...). Второй фактор — Александр Мамут мне кажется человеком пугливым, и мне кажется нелепым говорить, что у него кончилось терпение, мне кажется, что он просто испугался в какой-то момент», — считает главред «Медузы».

Вслед за Галиной Тимченко из интернет-издания ушли 39 журналистов — в том числе и сам Колпаков. «Это был очень неприятный момент, очень страшный и очень мучительный.

Но, в то же время, ты понимаешь, что есть только один способ поступить правильно — нужно уволиться. Очень приятно понимать в нужный момент, что ты должен поступить правильно — и поступать правильно в этот момент.

Что греха таить, было свое удовольствие в том, чтобы хлопнуть дверью», — поделился воспоминаниями журналист.

Он добавил, что история «Медузы» сперва не была историей «Медузы». «Никаких бизнес-проектов не было, никаких идей о том, что мы будем делать дальше, не было. Правда вот такая: мы дня через 4 или через 5 после того, как Галю уволили (...) мы с ней встретились, для того чтобы выпить, поплакать. Выпили, поплакали. И мы сказали друг другу, что, в общем-то, есть маленький шанс сделать новое издание. Наверное, это полное безумие, — пытаться сделать новое издание в таких обстоятельствах, но — почему бы не попробовать. То есть история «Медузы началась сразу, очень быстро после — то есть это была еще не история «Медузы», за небольшое количество недель мы придумали проект».

Когда «Медуза» создавалась, команда предложила Михаилу Ходорковскому стать инвестором, однако переговоры закончились ничем, поскольку предприниматель настаивал на серьезном — «это мягко сказано» — вмешательстве в редакционную политику, рассказал Колпаков.

«Я очень доволен тем, что эти переговоры провалились, и у нас нет инвестора по имени Михаил Ходорковский, вне зависимости от моего отношения к нему», — добавил журналист.

Колпаков, однако, отказался назвать имя нынешнего инвестора проекта. И пояснил: «российская ситуация гораздо сложнее, чем кажется. Во-первых, потому что в этом мире медиа самая хрупкая позиция — у инвесторов, у владельцев, у людей, которые дают деньги. Потому что на этих людей проще всего надавать, потому что у этих людей, как правило, есть другие бизнес-интересы, есть какие-то другие компании. Поскольку бизнес 100% в России зависит от государства и от благосклонности государства к этому бизнесу, разумеется, никто из бизнесменов с государством ссориться не хочет. Для того чтобы уничтожить любое издание, как правило, не нужно добиваться закрытия этого издания, достаточно поговорить с собственником, и изменения начнут происходить в этом издании. Это очень простая схема. В России нужно просто надавать на собственника или на инвестора».

Главред «Медузы» рассказал: когда издание вело переговоры с Михаилом Ходорковским, его причастность к проекту собирались обнародовать. Однако

«к моменту запуска мы поняли, что нет ничего более вредного по отношению к людям, которые все-таки решили участвовать в создании нашего проекта, чем раскрыть их имена. Это нечестно по отношению к ним».

Журналист добавил, что в обществе началась — и все еще идет — дискуссия о «непрозрачности» портала, однако, считает он, вопрос решился не обнародованием имени инвестора. «Мы поставили на кон свою репутацию, мы рискуем своей репутацией.

Мы сейчас своим читателям говорим: “Вы должны нам поверить, потому что мы до этого вели себя правильно, потому что мы до этого никогда вас не обманывали”».

В данный момент «Медуза» не зарабатывает деньги, но требует вложений. Однако, считает Колпаков достаточно скоро портал как проект выйдет в плюс. «Я не назову вам точную дату. Это, безусловно, достижимая цель в нынешних условиях, даже в нынешних условиях. Несомненно, по нашему бизнес-плану ударил кризис в России и курс рубля, потому что мы находимся не в самом приятном положении: мы зарабатываем рубли, а тратим евро. Но это произойдет, и, в общем-то, довольно скоро».

Журналист рассказал и об опыте взаимодействия с латвийским Центром государственного языка.

«Один раз центр госязыка отправил нам письмо, в котором было написано: пришел сигнал, что в офисе латвийской компании Medusa Project не говорят на государственном языке, и сайт компании не на государственном языке

(...) Насколько я знаю законы, здесь должны говорить на латышском языке люди, которые общаются с клиентами. И наши клиенты — это в основном русскоязычные люди. И мы с ними общаемся посредством издания, которое мы делаем», — пояснил Колпаков.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Еще видео

Самое важное

Еще