Беженцы на пути в Европу: сомалиец Ибрагим надеется на удачу

«Принимать или не принимать беженцев», — Европейскому Cоюзу нужно ответить на вопрос, помогать ли тем странам, в которые сейчас направляется самый большой поток ищущих убежища нелегальных мигрантов. Проблема распределения беженцев широко обсуждается и в латвийском обществе. Но кто эти люди, которые хотят найти убежище в европейских странах, и являются ли их целью страны Балтии, в том числе Латвия? Служба новостей Латвийского радио продолжает серию рассказов «Беженцы на пути в Европу».

24-летний Ибрагим — родом из Сомали.

«Здравствуйте! Вы говорите по-английски?» — обращаюсь к парню, сидящему на бетонном бордюре, и в ответ летит жизнерадостное: «Почему бы и нет?».
«Можем поговорить?», — продолжаю я.  «Почему бы и нет?» — отвечает он.

При других обстоятельствах я рассказала бы Ибрагиму анекдот о невесте, которая у алтаря вместо «да» ответила «Почему бы и нет?», но, каким бы бодрым ни притворялся мой собеседник, в пыли под палящим солнцем лучше оставить шутки при себе.

На Ибрагиме синяя спортивная куртка с белыми полосками, серые штаны и поношенные белые туфли, черные курчавые волосы стоят торчком, в руке — недокуренная сигарета, через плечо — брезентовая сумка.

Ибрагим из Сомали, и он тут же интересуется, откуда я. «Из Латвии», — говорю. «Что?». Он стряхивает пепел с сигареты и начинает гадать. В конце концов, как и некоторые прежние мои собеседники, Ибрагим как ближайшего соседа Латвии узнал только Россию — и радостно воскликнул «Москва!».

В Европе Ибрагим живет уже четыре года. Говорит, что до приезда на Мальту, где мы сейчас с ним разговариваем, он жил в Италии и во Франции. Спрашиваю, почему он там не остался, и он отвечает, что это не слишком хорошая история: «Я не работал, у меня ничего нет. Приехал в январе. До этого было совсем плохо, может, здесь повезет».

Руки Ибрагима измазаны белой краской. Спрашиваю, удается ли ему найти здесь работу. Он кратко кивает: «Иногда кто-то останавливается, я еду с ним. Но это пять-шесть раз в месяц, не постоянно».

Здесь, на обочине дороги, где мы беседуем, тут и там сидят молодые чернокожие мужчины. Каждое утро они приходят сюда в надежде, что кто-то из местных, проезжая мимо, остановится и предложит подзаработать. Однако эта работа не всегда приносит деньги. В тот же день я прочла в мальтийской газете, что бывают случаи, когда беженцев после таких подработок сдают властям как нелегалов, так ничего и не заплатив.

О том, сколько платят более-менее честные работодатели, Ибрагим рассказывать не хочет, упоминая лишь несколько евро в час.

В Европу он приплыл из Ливии, в их лодке было 110 человек. Плавание продолжалось три дня. «Совершенное безумие!» — так эту затею характеризует Ибрагим. Каждый пассажир лодки еще на ливийской стороне заплатил за переправу по 100 долларов.

В Сомали у Ибрагима осталась семья, которую он не видел уже шесть лет. Иногда он пытается послать им деньги. «Будущее будет хорошим... Возможно», — говорит Ибрагим, вминает в песок сигарету и вновь повторяет: «Почему бы и нет?»

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Общество
Новости
Новейшее
Интересно