«Люди, для которых русский язык — родной, никуда не денутся» — директор Русского театра Эстонии

Обратите внимание: материал опубликован 1 год и 3 месяца назад

Гастроли двух русских театров, рижского и таллинского, прошли при полных залах и оставили за собой след восторженных публикаций в соцсетях. Не хочется даже думать о том, что следующего обмена спектаклями придется ждать годами. О перспективах на будущее Rus.LSM.lv расспросил директора Русского театра Эстонии Светлану Янчек.

— Я попробовала подсчитать, сколько в Латвии женщин на директорских постах в государственных театрах. Счет получился 3:6 в пользу мужчин. А в Эстонии какое соотношение?

— Сходу не скажу. Но я знаю, что вторым по масштабу театром в Эстонии, Vanemuine, руководит женщина, Кристина Алликсаар. В Вильянди директор театра «Угала» (Viljandi Draamateater Ugala) — Гармен Табор... Так что нас тоже как минимум трое.

— Вы приезжали в Ригу на премьеру «Собачьего сердца», наверняка с [директором Рижского русского театра им. М.Чехова] Даной Бйорк встречались. О чем говорят две женщины, два директора, два человека театра? Только о делах?

— Поскольку наши встречи довольно коротки, то мы, конечно, говорим если не о делах, то об искусстве. Мы же очень заинтересованы в том, чтобы наши театры процветали во всех отношениях, и в творческом, и в финансовом… Поэтому всегда полезно кого-то знающего выслушать, ну и самому что-то сказать, даже похвастаться порой. Это ведь тоже приятно. (Смеется.)

— И ваше директорство, и директорство нашей Даны пришлось на ужасно сложные времена. Которые, увы, не хотят заканчиваться. Это отражается на жизни театра?

— Конечно, отражается, причем на жизни Русского театра, наверное, даже в большей степени, чем на жизни страны в целом. Русскому театру очень сложно.

Сегодня наиболее горячие головы стремятся вычеркнуть всё, что можно причислить к русскому: язык, культуру, образование…

Мы знаем, что в Литве вообще отказались от названия «русский театр»… Понятно, отчего все происходит, в этих действиях можно найти логику. Другое дело, что руководствоваться этой логикой не только не нужно, а губительно. Потому что люди, для которых русский язык — родной, никуда не денутся, нам всё равно надо устанавливать диалог. Это нормально, это естественно для толерантного, цивилизованного европейского общества. И лучше, если этот диалог будет с культурными людьми.

По-моему, это Ротшильд сказал — для того, чтобы быть очень богатым, надо быть очень смелым и очень осторожным. Вот и Русскому театру Эстонии, мне кажется, надо быть и дипломатичным, с одной стороны, и несгибаемым. Достойным принадлежности к большой культуре, у которой есть огромное мировое значение, — и понимающим, каковы нынешние реалии.

— На гастролях один диалог точно был установлен: между театрами и зрителями. Хоть какую-то практическую выгоду вы из этого извлечёте?

— К сожалению, мы, в отличие от латвийской стороны, не получили финансовой поддержки от нашего министерства культуры. По разным причинам. Но думаю, что мы всё-таки не будем в минусе, и это уже большой плюс. Мы действительно очень хорошо продали спектакли Рижского русского театра, а Рижский русский театр очень хорошо и быстро, с минимальными затратами на рекламу, продал наши спектакли.

— А на плановую основу это никак нельзя поставить? Потому что желающих попасть в зал было ощутимо больше, чем билетов. Рождает ли спрос предложение? Или театр все-таки по другим законам живёт, не по рыночным?

 — Я думаю, что дело даже не в спросе, а в том, что

в принципе есть такая потребность у театра: выезжать, менять обстоятельства своей жизни, менять аудиторию, прислушиваться к дыханию незнакомой публики.

Ведь актёры, создатели спектакля, работают не какими-то предметами, они работают собой, у них нет других орудий производства. И обогащать этот источник — себя — нужно разными способами, в том числе новыми впечатлениями, новыми открытиями, новым опытом. Это крайне важно для труппы, для творческого духа театра. Мне кажется, устраивать гастроли следует исходя хотя бы из этого.

— А какие спектакли Русского театра Эстонии, помимо «Обыкновенного чуда» и «Мальчика, который не боялся», вы бы хотели показать нашим зрителям?

— Разумеется, мы бы хотели показать спектакль «Мальчик, который видел в темноте» по пьесе вашего драматурга Расы Бугавичюте-Пеце. У нас он идёт с огромным успехом. (Сейчас, кстати, в Таллине вышел ещё один спектакль по этой же пьесе, в Линнатеатре, на эстонском языке, и тоже все билеты раскуплены.) Но когда мы договаривались о гастролях, он ещё не был готов, не было даже технического райдера, и вообще — сколько бы ни было составляющих, нацеленных на успех, в рождении спектакля всё равно есть всякого рода риски. Поэтому мы, конечно, стремились в первую очередь привезти «Обыкновенное чудо», шлягер этого сезона, тем более что его поставил худрук Рижского русского театра Сергей Голомазов и там занята практически вся наша труппа — а возможность выехать всем вместе для нас тоже была важна. Из детских выбрали «Мальчика, который ничего не боялся» — этот спектакль живет репертуаре нашего театра уже не один сезон, он очень трогательный, нежный, прозрачный, и очевидно было, что он понравится публике...

Да, мы очень хотим бывать у вас чаще.

И мы с Даной обязательно будем думать о гастролях следующего сезона — быть может, небольших, краткосрочных, но более регулярных.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

По теме

Еще видео

Еще

Самое важное