Режиссер Алексей Гирба: «Хочется заниматься конкретными вещами, а не думать „о судьбах страны”»

Первую премьеру 110-го сезона Лиепайского театра поставил российский режиссер Алексей Гирба. Он много работает в России, на Украине и других странах, но в Латвии —впервые. Rus.lsm.lv разговаривал с ним незадолго до премьеры — и об искусстве, и о жизни и «здесь», и «там», о дегуманизации тех, с кем не согласен, об инстинктах толпы и — в конечном счете — о гуманизме.

ПЕРСОНА

Алексей Гирба

Режиссер. Окончил ГИТИС (мастерская М.А.Захарова), работал штатным режиссером московских театров «Эрмитаж» и «Ленком», педагогом в ГИТИСе. В целом поставил больше 50 спектаклей в театрах России, Германии, Испании, Украины и Литвы. Занимается и режиссурой сериалов — на данный момент их на счету восемь.

Алексей Гирба родом из Владимира, много ставил в театрах по всей России — от Калининграда и Сахалина, с «остановками» в Москве. Немало спектаклей выпустил и в Одесском театре, активно работал как сериальный режиссер. Как вообще получилось, что режиссера занесло в Лиепаю?

— Приехал отдыхать, восхитился городом, морем и театром. Стало интересно — зашел в театр, познакомился с директором и Херберт Лаукштейнс предложил сделать постановку.

— А разве не Богомолов «сосватал»? Лаукштейнс упоминал, что Богомолов весьма вас рекомендовал, мол, работа с вами будет очень полезна для актеров театра.

— Да, слышал об этом. С интересом отношусь к творчеству Константина Юрьевича и за «сватовство» благодарен.

— Как впервые в Латвии работается?

— В первый раз всегда сложно. Хотя любой спектакль сложен, даже если не впервые с этими актерами работаешь. А когда первый раз в театре ставишь, то есть момент узнавания, может, актеры для себя что-то новое откроют. Я для себя открываю новое каждый раз. Здесь — тем более, все-таки другая культура, другой менталитет, очень интересные театральные традиции, которые существуют в этом театре и вообще в Латвии. Хоть я и в Вильнюсе работал, и в Одессе, но —

везде все по-разному. Казалось бы, и Латвия, и Литва — Прибалтика, но театры все равно разные, отличаются театральные школы, театральная подготовка.

Найти контакт с актером

— В чем отличие работы в театрах России, Украины, Литвы, Латвии? Обычно режиссеры говорят о ментальности, большей «закрытости» наших актеров...

— Мне кажется, специфика актерской деятельности одна и, по большому счету, везде одинакова.

Ты или находишь контакт с артистом, или нет. И язык общения в данном контексте — это уже мелочи.

Как именно сыграть, зависит от степени мастерства и профессионализма режиссера и актера. И в России есть закрытые актеры, к которым не найти подхода или у них свой взгляд на способ выражения. Я и сейчас, во время работы в Лиепае, не ощущаю какой-либо закрытости или другой ментальности. Да, немного другой воздух, другой язык, другие обстоятельства. Другой город. В малых городах у актеров другой статус, он выше, чем у их коллег из больших городов, ведь в городе поменьше актеры все на виду и известны. Надо сказать, что в Лиепае небольшая труппа, в которой каждый актер уникален. На мой взгляд, Херберту [Лаукштейнсу] удалось собрать замечательную труппу, где никто никого не дублирует и каждый по-своему мастер.

К слову, о взаимопонимании режиссера и актеров — рассказывали мне историю о том, как Товстоногов шел в БДТ, своем собственном театре, на первую репетицию с актерами, которых сам же в труппу и набрал. Повернулся к ассистенту и сказал: «Каждый раз — как в клетку с тиграми». Хотя всех их знал от и до. Но все равно каждый раз — напряженность. Конечно,

когда ты приезжаешь как приглашенный режиссер, то степень ответственности возрастает,

потому что здесь ты виден и скажем так, твой успех или неуспех сразу отражается на твоем имидже или карьере. Степень ответственности для режиссера возрастает.

— А как насчет провинциальности?

— Вот не знаю, что такое провинциальность. Станиславский сказал, что «театр существует здесь и сейчас».

Бывает, столичные спектакли привозят в провинцию, и они проваливаются, а провинциальные спектакли привозят в столицу, и они гремят лучше, чем столичные.

Нет-нет, речь идет не об антрепризе, у нее другие задачи.

— Неужели совсем нет разницы между театром в России и в Латвии?

— Наверное, есть. Но я стараюсь это преодолеть,

я работаю с талантливыми и профессиональными людьми, и главное для нас — общая работа.

— Так в чем заключается то, что вы преодолеваете?

«Я до сих пор учусь»


Rus.lsm.lv разговаривал с Алексеем Гирбой в фойе Лиепайского театра, где висят фотографии репертуарных спектаклей. Выяснилось, что Гирба во время августовских гастролей театра в Риге видел три постановки прошлого сезона: «Человека-слона» Лауры Гроза-Кибере, «Портреты. Волки и овцы» Виестура Мейкшанса и «Лифтоненавистника» Галины Полищук. Оценил их очень высоко и...

 

— Вот этот театр я не умею делать, и это мне очень интересно, учусь этому. Это немного другой театральный язык, именно прибалтийский, он такой «ярко театральный», и очень мне нравится. Мне нравится то, чего я не умею делать. То, что умею — понимаю, как именно это делается. А вот когда не понимаю, тогда мне нравится. Я до сих пор учусь, — признался Алексей Гирба.

— В том, что надо быть готовым всё рассказать и объяснить. И самому в очередной раз что-то понять для себя — каждый раз к себе вопросов больше, чем к артистам.

— А вы как режиссер — диктатор или позволяете актерские находки и видение?

— Люблю актерские находки, импровизации меня очень радуют. И артисты Лиепайского театра в этом смысле очень радуют. С другой стороны — как классики учили — нужно так артистам донести свою мысль, чтобы им казалось, что это их придумки.

— А, так вы просто интриган! :-)

— Называйте, как хотите. Но когда

делаешь, делаешь, а потом смотришь — какой ужас, всё не то. И — переделываешь. Это же не кино, не телевидение, это такой открытый достаточно процесс.

— Вам есть, с чем сравнивать, столько сериалов на счету.

— Да, это было интересно, поэтому пошел туда работать. Конечно, хорошо, что есть возможность менять театр на ТВ, ТВ на театр, это разнообразие. Но там все гораздо жестче —

есть время, площадка, сет, артисты, вот тебе камера. Всё. И ты должен сделать «как надо», ни влево, ни вправо, у тебя нет ни времени, ни возможности как-то импровизировать.

Но зато удалось поработать с хорошими артистами — Вениамином Смеховым, Марией Порошиной, Виктором Вержбицким, Дмитрием Миллером, Людмилой Артемьевой, Валерием Гаркалиным — видел, как они работали в кадре. Можно учиться и учиться.

«Главное — не попасть в толпу»

— В нынешних геополитических реалиях возникает ощуещение дегуманизации «той» стороны, лишения ее всяких человеческих черт — неважно, речь о России-Латвии или России-Украине. Любое событие воспринимается в негативном ключе. На политическом уровне, в искусстве, культуре... Это нам тут, судя по масс-медиа, так кажется или так и есть?

— На мой взгляд,

народ настолько заражен этой массовой агитацией, что этот психоз достигает иногда каких-то очень крайних выражений. Глупости и подлости совершались всегда. И всеми. Независимо от нации, геополитики и остального. Но и хорошие люди были всегда и везде. Другое дело, что заострять на этих глупостях внимание чревато какой-то шизофренией.

— Не заострять, а попытаться разобраться. Что происходит вообще?

— По крайней мере, я стараюсь читать и слушать разные радио и ТВ, надо стараться на любую проблему взглянуть с разных сторон.

— Происходящее между Россией и Украиной выглядит болезненным бредом. Вам, как человеку близкому обеим странам, как кажется?

— Да, бред полнейший.

— Россияне и украинцы действительно так друг друга ненавидят, как кажется по социальным сетям, или всюду засели злые сетевые тролли?

— Думаю, это тролли стараются.

— А на нормальном человеческом уровне что происходит?

— Когда общаются два человека, им гораздо легче договориться. А вот

толпа — это всегда непредсказуемо, куда ее поведут, туда она и пойдет, ведь в толпе очень легко затеряться. Потому главное — не попасть в толпу.

— Как думаете, отношения России и Украины наладятся?

— В прошлом году я трижды был в Одессе, ставил спектакли в Русском театре. И народ ходит на них, и отношения нормальные...

— Все же Одесса — это особенное место.

— Конечно, с одной стороны, есть разница между разными регионами Украины. С другой стороны — люди в массе своей не хотят конфликта и конфронтации, хотят жить спокойно, растить детей. А вот когда срабатывает эффект толпы...

— А «Крымнаш» или нет?

— Ох, не знаю... Вообще на эту тему не хочу говорить! Понятно, что люди делятся на «Крым наш» и «Крым не наш». Но я не хочу ни на секунду в этот вопрос углубляться, лучше заниматься театром или другими своими делами.

О любви и запретах

— Латвию и латвийцев в России не любят или нам тут кажется?

— Я воспринимаю Латвию как замечательную страну, где живут замечательные люди. А за всю страну я отвечать не могу.

— Когда вы сюда ехали, у вас — под впечатлением от российской пропаганды — не было мысли, что вас здесь за услышанный русский язык порвут на тряпки?

— Знаете, с таксистом разговаривал в Риге недавно, он говорит: «Смешно смотреть, как русские пытаются говорить на английском и боятся говорить по-русски».

Да, когда люди сюда приезжают впервые, то у них есть какие-то определенные клише или навязанные мнения о стране. Наверное, это везде

— в ту же Турцию приезжаешь в первый раз, говоришь на английском, а потом оказывается, что все в отеле прекрасно знают русский. Но в целом,

в мире сейчас много происходит разного из серии сумасшествия. Ведь еще три года назад говорили о безвизовом режиме между США и Россией...

— А потом случился «Крымнаш».

— Да многое случилось.

— Как воспринимаете запрет на въезд в Латвию для разных российских певцов?

— Если люди оскорбляют другую страну, то почему их должны здесь принимать?

— Газманова недавно в Литву не пустили...

— Честно говоря, меня это не радует и не огорчает. У меня премьера через считанные дни, вот это меня волнует!

— И все же, о запретах. К примеру, спектакля «Тангейзер» в России. Как это оцениваете?

— Ничего не могу сказать про политику, но убежден:

если спектакль хороший, то он должен идти. Если он хороший и ему идти не дают — это безобразие.

Насколько я слышал, спектакль был хороший и интересный. Но я сам его не видел, потому ничего сказать не могу.

— Нет ли у вас впечатления, что в России чересчур тесно сплелись государство и церковь, при том, что государство светское?

— Ничего не могу сказать. Но — ставил в Литве спектакль как раз в католическое Рождество. И ни один магазин, ни одно кафе не работали. Это светское государство или религиозное?

— Но я что-то не слышала, чтобы в Литве запрещали спектакли, потому что они церкви не понравились.

— По-моему, это зависит и от взаимоотношений между государством и церковью, и от конкретных людей. Есть города, где о влиянии церкви на театр и искусство даже и не слышали. А есть такие, где постоянно апеллируют к религиозным канонам. Мне кажется, что

талантливый и энергичный человек, чем бы он ни занимался — религией, театром или политикой — всегда сможет протолкнуть свои идеи.

Так что снова работает человеческий фактор. Конечно, я не даю на ваши прямые вопросы прямых ответов, но хочется заниматься конкретными вещами, а не думать «о судьбах страны». Как известно, «времена не выбирают, в них живут и умирают».

— В Латвию часто приезжают люди искусства из России, причем работа такого человека в Латвии очень воспринимается как политически-творческая эмиграция. Как вы это оцениваете?

— Я никогда не ставил перед собой целью политические высказывания. Если человек не может выражать свои мысли о политике и прочем в России, то он найдет возможность это делать — в Интернете. В Латвии, Литве, Америке или где-то еще.

— Некоторые из них перебираются сюда на постоянное место жительства и начинают активно высказываться именно как противники путинского режима.

— Опять же, все от людей зависит.

И в России много таких, кто из чистого рвения способны совершать такое, что ситуация только хуже становится. Это рвение, по-моему, и есть как раз самое опасное.

— А как вы себя среди всего этого позиционируете?

— Как режиссера, который занимается своей работой.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Еще видео

Самое важное

Еще