Ректор Академии художеств «договорился» с Моне

Обратите внимание: материал опубликован 9 лет и 1 месяц назад

Творческий путь художника всегда уникален и неисповедим – так получилось и у Алексея Наумова, ректора Латвийской академии художеств. Это сейчас Наумов – один из самых высокооплачиваемых в стране живописцев, а начиналось всё почти с полного неведения, рассказал он в передаче LTV7 «Утренний кофе с Евгенией Шафранек».

«Мама привела меня в школу им. Яна Розенталя, а там, оказывается, экзамены. Я ничего не знал – просто сел, все сделал, нарисовал. И потом узнал, что поступил», – поделился мэтр.

Сейчас работы Наумова продаются за внушительные суммы. Мастер вспоминает, что первую свою работу смог продать, когда еще учился – причем натюрморт, к большой радости и гордости автора, купил музей.

Создание картины – это всегда эмоции художника, говорит Наумов: «Обычно это моё видение. Вот я тут пройду три метра, чтобы написать, что хочу – а могу уехать за 2 тыс. километров, еще сто метров – и еще три метра... То есть мне нужно найти интуитивно то, что я в тот момент хочу сделать. Минорные вещи я стараюсь передать, чтобы мои работы (это мое moto!) и в этом случае все-таки несли положительные эмоции».

Художник не возражает против правды жизни, против того, чтобы некоторые работы несли в себе «негативный слой», но его влекут позитивные эмоции, игра цвета, «цвет как сюжет».

Когда автор пишет картину, он всегда вкладывает в нее частичку своей души. Наумов согласен с Матиссом, который говорил, что «продаешь картины, как своих детей». Расставаться с плодами творчества не всегда легко, признал он.

Как нелегко и передать впечатления от некоторых мест – например, от Живерни под Парижем, где Клод Моне писал свой знаменитый зеленый мостик:

«Там прекрасно! И вода, и деревья, и цветы… Когда мы поехали туда писать, нам, во-первых, не разрешили писать сразу – сказали, только после шести, так велит министерство культуры. Потом я начал писать – и что-то не идет. Пытался, пытался, даже холст, помнится, поменял. А потом подумал: так я же в чужом месте, здесь писал Моне; мы с ним [мысленно] поговорили, и тогда пошло. Я не убедил [дух живописца], я попросил разрешения».

Искусство, которое для зрителей – отдых, для мастера – труд. Как он отдыхает? Наумов признался, что раньше занимался фигурным катанием, и снова хотел бы приобщиться, но «нет таких больших коньков сейчас».

«Тройного тулупа не исполню, но полтора – можно», – смеется он.   

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

По теме

Еще видео

Еще

Самое важное