«Мы уходили по выжженной земле» — жительница Луганской области

В Арт-центре имени Марка Ротко 23 марта прошел показ документального фильма «Життя, яке ми не обирали» («Жизнь, которую мы не выбирали»). Семь судеб, семь женских рассказов о войне. Rus.LSM.lv поговорил с одной героиней ленты.

Вначале – о фильме. Он снят в прошлом году, премьера состоялась 3 января 2023 года. В творческой команде вместе работали украинские (Инна Ковальчук, Татьяна Рубан) и латвийские (Елена Величко, Юлия Кабицына-Кабьер) кинематографисты. Героини – семь женщин из Киева, Херсона, Мариуполя, Луганска и Луганской области – рассказывают, как в их жизнь ворвалась война и как они покинули родину. Фильм в хорошем смысле слова женский – очень живой, эмоциональный, честный. Да, «у войны не женское лицо», но героини такую жизнь не выбирали…

Лента была показана на фестивале RigaIFF, сейчас же начала путешествие по стране.

«Из семи женщин в Латвии на сегодняшний день остались четыре, три вернулись в Украину. Мы пишем во все самоуправления и предлагаем фильм. Он есть в интернете, но важен общий просмотр, обсуждение, обмен мнениями. Об этом надо говорить, даже кричать – к таким ужасам нельзя привыкать, их надо останавливать.

Фильм недавно демонстрировался в Талси, теперь вот Даугавпилс – мы написали в Центр Ротко, нам сразу ответили, проявили интерес; в апреле собираемся показать свою работу в Сигулде. Одновременно работаем над новой лентой – художественной. Это будет короткометражный фильм, в основе которого – история украинской женщины, потерявшей возлюбленного – жениха и отца будущего ребенка. Планов у нас много», - рассказала Rus.LSM.lv продюсер фильма Юлия Кабицына-Кабьер.

Маргариту Никитину война застала в городе Рубежное Луганской области на третьем месяце беременности. Еще была пятилетняя дочь Поля. «Жили в убежище, я оттуда 4 марта бегала в женскую консультацию УЗИ делать. Непрерывная стрельба вокруг, страх за ребенка – я дочке сказала, что война началась, никаких сказок про злого змея, который напал, я не сочиняла; пять лет, я считаю, - это достаточно взрослый ребенок. Я рассказала, кто враги, а кто освободители. Очень не хотелось умирать в 32 года. Последней каплей стали выбитые стекла в квартире, и я поняла – надо уезжать», - говорит Маргарита в фильме.

- Как вы устроились в Латвии?

- Мы приехали 3 мая прошлого года с оккупированной территории, ехали через Россию. В Риге у нас никого не было – ни друзей, ни знакомых. Всё, что я знала о Латвии в тот момент – здесь говорят по-русски, это важный для меня факт, и Латвия граничит с Россией – сразу из России сюда попадаешь.

Приехали впятером: муж, дочка, я, свекровь, брат мужа. С рижского автовокзала уехал наш автобус, вместе с ним и интернет. Стоим и понимаем – идти некуда. Я знала, что есть центр помощи беженцам, но не знала, где он находится. На часах – 16.00, мы понимаем, что заканчивается рабочий день, и нам сегодня не успеть… У брата мужа на карточке оставалось немного интернета, мы сняли гостиницу на двое суток и пошли туда пешком. За гостиницу заплатили 135 евро, а всего у нас на пятерых было 300 евро.

На следующий день, 4 мая, пошли в центр для беженцев, он закрыт – праздник в Латвии. Тут я панику почувствовала, нам реально надо было с кем-то поговорить хотя бы… Ладно, вдохнули-выдохнули, пошли гулять. Пришли 5 мая, нам дали общежитие, проездные на общественный транспорт. Сразу поехали заселяться.

Через три недели муж нашел работу. Он сильно не перебирал – украинцам много вариантов не предлагают, дело, конечно, в языке. Муж на перерабатывающий завод устроился. Мы накопили на минимальный взнос за аренду квартиры и сняли жилье. А 30 августа сын родился…

- Вам в Риге комфортно?

- Мне очень нравится. Латыши отзывчивые, стараются помочь во всем.

- Именно латыши? А русские?

- Для меня все, кто живут в Латвии, латыши, я не разделяю. Я сама русскоговорящая украинка. Вообще не признаю разделения по языку, главное – человеком быть.

Очень всё в Риге нравится – атмосфера, настроения, перспективы.

- Когда снимали фильм, у вас был совсем крошечный ребенок, но вы нашли время и пришли на съемки. Почему? Ваш отказ все бы поняли, причина уважительная…

- Говорить о войне – мой долг. Не каждый согласится рассказать свою историю, а я могу. Когда мы делимся своими эмоциями, то другие это тоже как бы проживают. Знаю, что у многих украинцев в душе болит, но они не высказываются, держат в себе. Люди разные.

- До войны вы работали учителем русского языка и литературы. У вас сейчас не изменилось отношение к русской культуре?

- Русский язык и русская литература ни в чем не виноваты. К сожалению, в Украине есть те, кто презирают русский язык, душат его. Есть такие и в Латвии – несколько раз со мной не хотели разговаривать по-русски… Русский – язык моей семьи, со мной мама по-русски разговаривала, и это для меня вовсе не язык оккупантов. Большинство людей в Латвии, мне кажется, правильно всё понимают, много зла только в комментариях в социальных сетях.

- Вы собираетесь возвращаться в Украину?

- Как я уже сказала, мне нравится в Латвии. Что будет в далеком будущем – не знаю. Наш город оккупировали сразу – 24 февраля, он до сих пор в оккупации. Я когда посмотрела фильм, в котором участвую, то поняла масштабы катастрофы. Когда я жила в той реальности, то до конца не осознавала ее. Сейчас думаю – как я вообще могла там находиться… И фильм в 45 минут не может всё передать, всю душу люди не раскрывают. Мне кажется, у тех, кто живет там год, уже нарушена психика. Возможно, некоторые меня осуждают, но там жить нельзя.

Не стоит забывать и о последствиях войны. Например, заминированные дома. В 2014 году нас зацепила война. Три месяца была, а разминирование шло до 2017 года, даже в 2019-м я еще видела предупреждающие надписи «Осторожно – мины». Так три месяца воевали всего, а теперь…. Если не работают коммуникации, то какой запах летом стоял в городе? А трупы? Мы уезжали 23 марта, и я видела выжженную землю… Раньше я думала, что «выжженная земля» - это такое выражение из книжек. Нет, это реальность.

В моем городе 40 тысяч жителей было, это очень мало по украинским меркам. Сейчас десять тысяч осталось.

Дочка ходит в латышский садик, у нас такая установка была с самого начала. Уже восемь месяцев учит язык, я считаю, очень успешно. Пока что не очень хорошо говорит, но понимает всё. Муж целенаправленно язык не учит, но на работе у него половина коллектива – латыши, и какие-то рабочие моменты они обсуждают. Я с января хожу на курсы. Мы хотим остаться в Латвии.

P. S. Фильм «Жизнь, которую мы не выбирали» можно посмотреть тут.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

По теме

Еще видео

Еще

Самое важное