В руководстве крупных латвийских предприятий — 36% женщин

Женщины представлены в правлениях крупных латвийских предприятий почти в таком же внушительном числе, как в Швеции, Финляндии и Франции. К такому выводу подводят данные исследования, только что опубликованного Европейским институтом равноправия полов, сообщает Латвийское радио. Впрочем, авторы документа так и не смогли внятно объяснить, почему в Латвии среди топ-менеджеров крупных компаний намного больше женщин, чем в соседних Литве или Эстонии.

 

Женщины-руководители даже на самом верху властной иерархии бизнеса —  для нашей страны уже традиция. Так, еще в 1996 году Ингрида Блума стата президентом Hansabank. В 2001-м Байба Рубеса стала первым лицом компании Statoil Latvija. В русской прессе еще в середине прошлого десятилетия не раз мелькало имя гендиректора другой топливной компании, Viada — Аллы Мороз.

В обществе эти примеры воспринимают как единичные — но вдруг оказалось, что по среднестатистическим показателям гендерного равноправия среди топ-менеджеров Латвия близка к благополучной Скандинавии. 36% женщин в правлениях и советах директоров – не так уж мало! Но если понятно, откуда ноги растут у равенства во Франции, Финляндии или Швеции, то латвийская ситуация выглядит более сложно выстроенной. Факторов, которые привели к такому успеху, в нашей стране насчитывается несколько, и не все они очевидны. В противном случае государство могло бы с легкостью стимулировать приход еще большего числа активных женщин в частный бизнес, говорит эксперт Европейского института равноправия полов Кристап Петерманис, принимавший участие в исследовании. Пока нащупать эти закономерности удалось лишь отчасти.

По предположению гендиректора Латвийской конфедерации работодателей Лиги Менгельсоне, деятельное присутствие женщин в крупном бизнесе среди прочих причин объясняется необходимостью содержать семью: в переломные 90-е, полные экономических потрясений, женская предприимчивость стала просто необходимой для выживания множества семей.  

Кроме того, стоит учитывать исторический фактор. С советской эпохи в Латвии большинство женщин были заняты производственным трудом. Это поощрялось обществом, но и являлось экономической необходимостью тоже. Как отметила Менгельсоне, вовлеченности латвийских женщин в рынок труда (заметно большей, чем, например, в южных странах Европы) способствовала и более развитая по сравнению с западноевропейской система учреждений детского дошкольного воспитания: наши дети проводят в детсаду весь день, что предоставляет матери больше свободы для наемного труда.  

Важно и хорошее образование, отметила Менгельсоне. Исторически так сложилось, что уже с 60-70-х гг. ХХ века в Латвии высока доля женщин с высшим образованием (26% женщин имеют диплом вуза – и только 18% мужчин). Позднее начинает играть роль и демографический фактор: численно женщин старше 50 (когда люди нередко и занимают высокие посты) в стране больше, чем мужчин.

Но все эти объяснения не работают: та же ситуация наблюдается в соседних Литве и Эстонии, однако феномена столь уверенного роста равноправия полов на руководящих должностях в  этих странах не наблюдается.

Лидер объединения деловых женщин Латвии Ирина Петерсоне полагает, что причиной может быть этнический состав населения —  а именно, в бизнесе у нас занято много русских женщин, тогда как латышки чаще являются госслужащими. Нередко латышские предпринимательницы стремятся поучиться именно у русских «бизнес-ангелов», отметила Петерсоне — хотят лучше усвоить их приемы ведения своего дела. За те два десятка лет, в течение которых объединение деловых женщин проводит свои курсы для желающих начать свой бизнес, это стало уже четко выраженной тенденцией.  

По наблюдению Петерсоне, это чисто местный феномен: так, среди россиянок процент готовых открыть свое дело дам куда ниже: «Они очень, очень ориентированы на семью и готовы работать где угодно, только не создавать свой бизнес».  Так что это не только язык или особенности менталитета. Играет роль и среда, побуждающая латвийских женщин заниматься предпринимательством.

В итоге русские женские фамилии мелькают в списках руководителей Ditton pievadķēžu rūpnīcā (завода приводных цепей в Даугавпилсе), Даугавпилсского локомотиворемонтного завода, инженерно-строительного холдинга Latvijas tilti, Olainfarm и ряда других крупных по латвийским меркам компаний. Но ничто, по-видимому, не мешало и предпринимательницам-латышкам в их карьере: в руководство авиакомпании ariBaltic недавно вошла Эва Цининя, председатель правления SEB banka — Иева Тетере, а крупнейшим в стране предприятием по скупке металлолома Tolmets «рулит» Инта Озолиня.

 

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Еще видео

Самое важное

Уведомляем, что на портале Lsm.lv используются т.н. cookie-файлы (cookies). Продолжая использовать портал, вы соглашаетсь с размещением и хранением cookie-файлов в вашем устройстве. Подробнее

Принять и продолжить