Nedzirdīgajiem

Kultūras ziņas

Nedzirdīgajiem

Pasaules panorāma. Raidījums par ārpolitiku

Punkti uz i

Примирение общества: культуролог Ханов предлагает русским начать с покаяния

Прекращение конфронтации в латвийском обществе по болезненным вопросам истории и современности, по мнению доктора гуманитарных наук, профессора Рижского университета им. П. Страдиня Дениса Ханова, невозможно без личного стремления каждого человека. Для себя он определяет первый шаг так: необходимо признать свою меру ответственности и покаяться за преступления былых поколений. Далеко не все участники дискуссионной передачи Русского вещания LTV7 «Точки над i» оказались готовы разделить эту точку зрения.

Год назад накануне Дня победы над нацизмом и памяти его жертв 8 мая в рижской Англиканской церкви Ханов, по его словам, «представил свою версию так называемой речи сожаления или попытки каким-то образом соединить» различные группы, чьи представления о прошлом страны конфликтуют. Источником вдохновения для него стала немецкая исследовательница, педагог и литературовед Алида Асман — ее книги посвящены социальной памяти.

«Асман хорошо знакома с ситуацией в странах Балтии. Она выдвинула тезис о том, что попытка создания общей истории или исторической памяти — это всегда личная инициатива человека, нет необходимости ждать, когда это будет санкционировано со стороны государства — политиков, интеллектуальной элиты. Если есть подобное ощущение и потребность — то человек может использовать в современном мире множество средств. В моем случае это была Англиканская церковь, которая здесь в Риге славится своим либерализмом и приглашает различные группы и общины к диалогу. И я написал речь».

Для формата телевизионного эфира автор сократил свою речь, сохранив ее лейтмотив. Он особо подчеркнул, что выступление — действительно его личная инициатива, не преследующая целью быть предложенной «на каком-то рынке политических идей», и будет лишь прекрасно, если в публичном пространстве возникнут другие предложения, прозвучат аргументы, возникнут споры: «Комментируйте, предлагайте свои версии — нам как раз не хватает вот этого».        

«Можно ли прервать поток боли и ненависти? — задается вопросом Ханов. — Боль, конечно, нельзя отменить, но ее можно преодолеть. Этим обращением я выражаю искреннее и глубочайшее раскаяние в том, что с июня 1940 года и до восстановления независимости Латвии, моей родины, тоталитарный режим мучил и унижал, убивал и пытал жителей Латвии, заставляя их терять человеческое достоинство.  

Я прощу прощения за то, что Латвия до сих пор полна боли и скорби, ненависти и страха. Я невиновен — я ответственен. Я не причинил зла — я не хочу, чтобы зло повторилось. И мне больно болью тех, кто был истерзан режимом. Я понимаю, принимаю и сохраню в себе боль народов Латвии. Их боль есть часть моего «я».

Прося прощения, я прошу и принять меня как равноправного участника латвийской коллективной памяти. Я призываю простить и идти дальше».

В студии Русского вещания LTV7 Денис Ханов пояснил, что невиновность он определяет как «версию юридической ответственности», ведь он не участвовал в депортациях середины ХХ века, как и никто из его семьи.

«А под ответственностью подразумевается личная эмоциональная готовность признать, что часть моей культуры — это не только шедевры русской музыки и живописи, это темные, страшные, чудовищные страницы. Что та культура, которая во многом меня создаёт, породила и ужасы сталинизма. То, что сейчас в современной России замалчивается прошлое, уничтожаются архивы, документы, следы лагерей. А ведь в короткий горбачевский период на время это было открыто — то есть люди сами уже увидели это страшное зеркало. Для меня очень важно его сохранить», — сказал культуролог.

Писатель Алексей Евдокимов немедленно выдвинул возражение, призывая разделять культуру и правящий политический режим:

«Еще Милан Кундера, когда писал о 1968 годе, увязал ввод советских танков с Достоевским и русской культурой. На что Иосиф Бродский совершенно справедливо ему ответил, что еще никогда солдат не представлял культуру.

Давайте все-таки отграничивать культуру от тоталитарных палачей-энкаведешников. Никогда энкавэдэшники не несли с собой культуру! Вы упомянули Ахматову и Наташу Ростову...

Что меня смутило: в основу здесь положена логика коллективной ответственности — в данном случае ответственности русских. Меня смущает сама логика коллективной ответственности кого бы то ни было. Потому что на одного человека, который благородно принимает вину на себя — как, например, уважаемый Денис в некоторой степени готов разделить ответственность за преступления НКВД, — набежит минимум сто политических демагогов, требуя признания вины от других!

Если мы будем оперировать этой логикой, получается, что от немцев можно требовать ответственности за Гитлера, от латышей — за Арайса, а от русских — за Сталина».

Продюсер передач Латвийского радио 4 Анна Строй в первую очередь выразила восхищение поступку Ханова.
 
«Это, правда, не значит, что я поддерживаю всё, что он сказал, но это — тот самый личный поступок, о котором мы только что говорили. Я как раз не согласна с тем, будто Денис оперирует коллективной ответственностью — он говорит о своем чувстве.

Что же касается коллективной ответственности — мы не можем дискретно относиться к своей истории: вырезать из нее Наташу Ростову, голы на футбольном матче, а всё, что нам  не нравится, не замечать».

Евдокимов повторил, что, по его убеждению, ответственность за сталинских палачей несут те политики и тот режим, при которых преступления стали возможны — и «те нынешние идеологи, которые себя с этим режимом ассоциируют».

Анна Строй добавила: «Денис Ханов повторил мессидж тех сторонников независимости, латвийских русских на заре 1990-х — как Марина Григорьевна Костенецкая, вот она бы такой текст могла тогда написать. Но сегодня я хочу сказать: для меня уже хватит! Вот для меня 20-25 лет того, что происходило в Латвии, было вот тут. Сегодня я не хочу даже идти дорогой Днеиса Ханова. Хочется сказать: всё, хороним своих мертвецов! Мы живы! Мы живы — у нас новые вызовы, уже совершенно новая история. Зачем мы сегодня обсуждаем (хорошо — именно сегодня мы поминаем жертв депортаций)... Но

мы до сих пор не разобрались ни со сбитым над Донбассом «боингом», мы до сих пор не понимаем, что происходит на Украине  — мы не можем ответить на крайне реальные вызовы. Но мы сегодня опять (Денис, извини!) снова убираем весь эмоциональный ресурс нашего общества и будем опять думать о сороковом годе. (Реплика Ханова: «Этим я закрыл свою личную главу».) Вот да — давайте уже закроем эту страницу».

Историк Каспар Зеллис напомнил: в послевоенной Германии осмысление преступлений нацистского режима тоже произошло не сразу, а только лет 20-25 спустя. Политолог Юрис Розенвальд призвал все же не увязать в прошлом:

«Если мы начнем искать виновных в их культуре — ну давайте тогда говорить о латышских  стрелках, ставших опорой режима, сами того не желая? Или мы можем идти в прошлое. Возьмем хоть франкфуртскую школу, диалектику Просвещения — и это бесконечно! Тут я согласен с позицией «Давайте смотреть не назад, а вперед». И за что я готов взять ответственность, и мне кажется, это очень важно — за то, что мы конструируем что-то новое. Понимаю, память дышит в затылок постоянно — но наша ответственность предложить такое понимание, которое бы действительно позволяло преодолевать прошлое...»

Режиссер Мартиньш Эйхе считает, что выступление Дениса Ханова может быть примером и для других, причем представителей и русской, и латышской общин.

«Вот теперь историки закончили изучать «мешки ЧК» — и в первый раз латыши заговорили, что [агенты, информаторы из местного населения] были лишь исполнителями, а те, кто задавал вопросы, были в ЧК — и половина из них все еще сидят сегодня в Сейме и ничего никогда не говорили насчет собственного прошлого!

Наш спектакль [Валмиерского театра «Дочери леса» — о латышских женщинах, прятавшихся в лесах после войны] был интересным вкладом в это».

По оценке эксперта президентской группы по сплочению общества Лиесмы Осе, Денис Ханов «очень красиво и поэтично закрыл страницу».

«Мы должны идти вперед, и он сделал красивый символический жест, который был нужен! Это, кстати, вполне премьерская, политическая речь! — она прекрасно звучала бы в президентском или премьерском исполнении.

Когда я ее слушала, у перед моим мысленным взором вставал премьер Канады Джастин Трюдо с его извинениями [коренным жителям страны — индейцам, которые пострадали во время обучения в так называемых резидентских школах].  

Алексей Евдокимов подчеркнул: он лично ни от кого не требует покаяния за то, что когда-то не мог получить гражданство Латвии, но считает, что сейчас «всё происходит нехорошо». Вопрос лишь, а кто должен что-то предпринимать:

«Кому что делать? Что делать нам? — мы можем действительно собраться и прийти к каким-то примиряющим выводам. Но проблема в том, что политики руководствуются совершенно иной логикой! Она очень часто — конфронтационная. Я, к сожалению, не знаю, как мы, люди доброй воли, собравшиеся здесь, можем повлиять на политические расклады в стране. Наша жизнь в этой стране, правила, по которой она происходит, определяются политиками, властью, а не нами».

«А мы тогда кто?» — возразил ведущий передачи Олег Игнатьев. «Мы и есть государство», — мгновенно добавила Лиесма Осе. «Завтра Дениса будут цитировать новостные агентства», — заявила напоследок Анна Строй.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Аналитика
Аналитика
Новейшее
Интересно