Мир в профиль

Мир в профиль: Виктор Орбан

Мир в профиль

Лидер армянского Майдана: кто такой Никол Пашинян

Эмманюэль Макрон: молодой Юпитер и старая Европа

Эмманюэль Макрон: молодой Юпитер и старая Европа

В этот вторник он выступал в Европейском парламенте почти три часа, и многие депутаты после этого подходили к нему, чтобы выразить свою поддержку и готовность заполучить себе представителей его партии на грядущих евровыборах. Французская пресса иронически величает Макрона Юпитером, но, кажется, Юпитеру удалось соблазнить Европу, по крайней мере, ту Европу, которая царит в Страсбурге и Брюсселе. Об амбициях и риторике Макрона, а также о том, как он объяснял ракетный удар по Сирии своим согражданам – в новом выпуске программы Латвийского радио 4 «Мир в профиль».

К первой годовщине своего президенства Эмманюэль Макрон преподнес себе подарок. Во вторник, 17 апреля он держал речь в Европарламенте и сдал этот экзамен на пятерку. Вначале евродепутаты, а потом и журналисты признали: амбиции на общеевропейское лидерство Макрона обоснованы, эра Меркель уходит, на горизонте – новая звезда. Точнее, планета. После одного из интервью, в котором он говорил на самом деле о недостатках своего предшественника Франсуа Олланда, который так и не стал «юпитерианским президентом», то есть взирающим на политические перипетии как бы свысока, как Юпитер с Олимпа, кличка «Юпитер» прилипла к нему самому. И Макрон ей явно гордится.

Так вот, французский Юпитер в самом расцвете своей политической молодости (ему в декабре исполнилось сорок) покорил дряхлую, напуганную, разочарованную Европу. 

Выступление Макрона в Европарламенте ждали с большим интересом и слушали очень внимательно. Мои собеседники из Страсбурга несколько раз слали мне смс с просьбой еще на полчаса перенести наш телефонный комментарий: «он еще говорит». И вот мне удается связываться с евродепутатом Андреем Мамыкиным. 

Мамыкин о Макроне

    Кстати, Макрон не остался на торжественный ужин в Страсбурге, знаменитом своим «пирогом нетленным», а точнее, паштетом из гусиной печенки, еще с пушкинских времен, а тут же поехал в Эпиналь, небольшой город на реке Мозель, центр департамента Вогезов, где пригласил всех желающих на «европейские гражданские консультации» — открытые дискуссии о будущем ЕС. 

    Место для первой такой встречи, а они будут идти в разных регионах Франции до конца октября, и запись на них открыта на сайте Елисейского дворца, выбрано не случайно. Эпиналь — вотчина избирателей Национального фронта Марин Ле Пен. О ней Макрон не забывает, хотя влияние Ле Пен сильно пошло на убыль после ее поражения на прошлогодних выборах. Конечно, Юпитер не будет лично мстить поверженной сопернице. Но всем было ясно, кого он имел в виду, говоря о национальном эгоизме, который — цитата — «нам порой кажется более важным, чем то, что нас объединяет». 

    Макрон убежден: популизм и авторитарные тенденции сулят Европе большие неприятности, ослабляя ее перед вызовами современного мира.

    «Нынешний политический контекст чреват некоторой формой европейской гражданской войны», — предупреждает Макрон. Его речь можно разбирать на цитаты и уже сейчас вписывать в учебники истории. Например, такую:

    «Перед лицом авторитаризма, который нас окружает, ответом будет не авторитарная демократия, а авторитет демократии». 

    А раз уж речь зашла о демократии, отложим на минуту большие мечтания Макрона и поговорим о ракетном ударе по Сирии и роли Франции и Макрона в этой операции. Тем более, что накануне выступления в Европарламенте, в воскресный вечер Макрона с пристрастием — и тоже в течение двух с половиной часов в прямом эфире — допрашивали два ветерана французской журналистики Эдви Плевель и Жан-Жак Бурдель. 

    Интервью, посвященное первому году президентства, транслируемое из Дворца Шайо, где была подписана Всеобщая декларация прав человека, с Эйфелевой башней в огромном оконном проеме, стало сенсацией. Его до сих пор обсуждает французская пресса. 

    «Мы сломали традицию такого интервью первого лица государства, которую можно назвать монархической», — до сих радуются Бурдель и Плевель.

    Макрон изначально был в менее выгодной позиции: один против двух журналистов, никаких заранее подготовленных вопросов, нарочитое равенство в общении: никаких «мсье ле президан» — обращение по имени и фамилии. 

    Беседа не раз накалялась до точки кипения, и тогда президент обвинял журналистов в предвзятости, а они бросали ему, в ответ на его красвые пассажи — «Вы нам тут не учитель». И все-таки он справился и имел полное право в конце длившегося почти три часа интервью парировать «Я ваш президент, а вы журналисты», выйдя с поля боя более чем достойно. Кажется, даже не вспотел во время почти трехчасового эфира, по крайней мере, его щеки не раскраснелись, а безукоризненный галстук не съехал в сторону. 

    Так вот, первые двадцать минут этого интервью, которое посмотрели почти четыре миллиона зрителей, были  посвящены Сирии. Макрон подробно и эмоционально отвечал на вопросы:

    • Почему счел нужным не посоветоваться с парламентом? Он верховный главнокомандующий, и такие оперативные решения полностью в его компетенции;
    • Почему не считает ракетный удар союзников нарушением международного права? Сирия игнорирует резолюцию Совбеза ООН номер 2401от 2013 года о сворачивании сирийского арсенала химического оружия, и акт возмездия заставит Башера Асада, презирающего ООН за мягкотелость, уважать международную общественность, один раз уже свою волю в резолюции выразившую;
    • Почему не считает это агрессией? «Франция не объявляла войну Сирии», удары были точечными по центру, где производится химоружие, жертв нет и не планировалось, главной целью остается борьба с ИГИЛ, а не смена режима Асада (при этом Париж заявил, что лишает сирийского президента Ордена почетного легиона, пожалованного ему Жаком Шираком);
    • Почему диалог с Россией невозможен, но необходим: накануне атаки Макрон лично звонил Путину, кстати, как и президенту Турции Эрдогану, разъясняя свои позиции, но как и сирийцы, русские не уважают слабость, постоянно пробуют красные линии на прочность, и в будущем союзники ни в коем случае не намерены прекращать диалог с Москвой и Анкарой.

    Правда, с утверждением Макрона, что он убедил Трампа продлить военное присутствие США в Сирии, получилась неувязка. Спикер Белого дома Сара Сандерс подчеркнула, что хотя такой разговор и был, он не изменил позиции Трампа, который хочет, чтобы американские солдаты вернулись домой при первой возможности. 

    В свою очередь, Макрону уже во вторник пришлось разъяснять, что и он не имел в виду, что американцы и французы будут в Сирии вечно, а «продлить» значит просто «остаться еще на какое-то время». Но он принадлежит к тем редким людям, которых сопротивление собеседника только распаляет и вдохновляет. 

    Наблюдавший его в течение целой недели его тезка писатель Эмманюэль Каррер в очерке для британской газеты The Guardian, озаглавленном «На орбите с Юпитером» утверждает: «противоречия стимулируют его, агрессия его гальванизирует».

    В общем, президент Франции приехал в Страсбург хорошо разогретым. Тем более, что со своими тезисами реформирования ЕС он загодя познакомил заинтересованную публику в сентябре, на лекции в Университете Сорбонны, предлагая существенно усилить интеграцию стран еврозоны — вплоть до собственного бюджета, министра финансов и даже отдельного парламента. 

    В свое время Париж уже грозил созданием «Европы двух скоростей»… Но в отличие от гуманитария Жака Ширака, бывший банкир и министр экономики Эмманюэль Макрон знает, что идеи без денег не жизнеспособны, поэтому у него есть план, где взять денег. В частности, в обложении налогом европейские операции крупнейших IT-компаний вроде Facebook и Amazon.  Пресса уже окрестила макроновские идеи «французской революцией».

    Поддержат ли ее другие страны? Не в полном масштабе, разумеется. Так, Берлин  устами своего министра финансов Олафа Шульца уже заявил, что «отдельные идеи Макрона нереалистичны». И, похоже, впереди еще большие разногласия Берлина и Парижа.

    Мы-то помним, как ревновала к Европе своего Юпитера его божественная, но довольно скучная супруга Гера...

    «Это действительно очень чувствовалось, что время канцлера Германии Ангелы Меркель — прошло. И я позволю себе сказать — это сильное выражение, но тем не менее, — что президент Франции Эмманюэль Макрон — новый мозг Европейского союза»— говорит коррепсондент Первого канала Латвийского радио в Брюсселе Ина Страздиня.

    Ей вторит евродепутат от Латвии Андрей Мамыкин.

    Мамыкин о Макроне [2]

      Ну, а глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер чуть не всплакнул, слушая Эмманюэля Макрона: «Настоящая Франция вернулась». И я задаю Андерю Мамыкину последний вопрос: чего можно было бы ожидать от Франции и французского президента на ближайший период формирование бюджета завершение переговоров по выходу Великобритании из состава Европейского союза?

      Мамыкин о Макроне [3]
        Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

        Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

        Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

        Аналитика
        Аналитика
        Новейшее
        Интересно