Вера Номеровская: Четыре романа Владимира Сорокина, с которыми у меня «отношения»

В начале недели жюри российской премии НОС определило (по крайней мере, для себя) главную книгу 2017 года. Премией наградили роман Владимира Сорокина «Манарага» (Corpus, 2017). Литэкспертное сообщество недовольно буркнуло в ответ и назвало жюри наивным. Последнее того не отрицало и, по словам одного из заседателей, при выборе победителя руководствовалось отношениями, в которые вступало с заявленными произведениями. Камингаут: вот четыре романа Сорокина, с которыми в личных отношениях состояла я.

«Очередь» (1983). Первая литературная публикация Владимира Сорокина в одном из западных журналов в середине восьмидесятых. Роман — не роман, повесть — не повесть, пьеса — не пьеса. Внежанрово. Сверхжанрово? Десятки страниц реплик: гвалт, гам, гомон, ор, крик, шум, шепот (безошибочно узнаваемой — советской) очереди. В ней уже которые сутки неизвестные друг другу люди стоят за неизвестно чем неизвестно почём. В очереди зарождаются, усложняются, затихают и вовсе умирают отношения. Очередь поглощает, пережевывает, выплевывает. Очередь вытягивается и сжимается. Очередь вдыхает и выдыхает. В какой-то момент дыхание ее и твое собственное синхронизируются, ее пульс становится твоим. Охватывает, казалось бы, напрочь забытый и вновь такой отчетливый страх: «в очередь, сукины дети, в очередь».

  • Перечитывать, когда накатывает ностальгия по советскому. Если вдруг накатывает.

«Норма» (1979-1983). Роман написан раньше «Очереди», но впервые официально опубликован позже, в 1994 году. Поразивший меня наипрямейшей, омерзительной, отталкивающей метафорой ежедневного приема, поедания, заглатывания (можно зажмурившись и желательно не подавившись) порции спрессованных экскрементов — “нормы”. “Норма” обязательна для всех без исключения членов общества вне зависимости от их положения, профессии, личных вкусовых предпочтений. Каждый день… Порция... Заранее... Приготовленного... Спрессованного… г-на. И только дети (до определенного возраста) освобождены от «нормы». Помню ужас и одновременно радость, которые вызвал во мне в тот раз Сорокин. Был конец девяностых — начало двухтысячных, и мне казалось, что никто и никогда не сможет больше ввести для нас «норму», ведь мы все поняли и больше не станем это есть.

  • Перечитывать регулярно. Поставить на главную полку, чтобы отовсюду видно, а дети могли сами дотянуться.

«Лёд» (2002). Второй роман так называемой Ледяной трилогии Сорокина, написанный, правда, первым. Приквел — «Путь Бро» — был сочинен позже, а последняя часть  трилогии «23 000» вышла третьей, как и положено. Я дарила эти книжки друзьм и знакомым, потому что, видимо, до этого отравилась «Нормой» и искренне уверовала в новый сюжет Сорокина об имманентной ущербности любого рода самопровозглашенной избранности. В романе «Лёд» секта голубоглазых и светловолосых членов братства, разумеется, Света делит мир на «мясо» и на «говорящих сердцем». Отсекать лишнее им помогает загадочный, космического происхождения Лёд. Чтобы убедиться, является ли некто избранным, братья и сёстры бьют его по грудной клетке молотом с ледяным наконечником, требуя при этом: «Говори сердцем!». «Мясо», понятное дело, не выдерживает испытания, редкие остальные становятся избранниками. Войны Света суть мясники.

  • Перечитывать при столкновении с малейшей попыткой оправдать насилие сверхидеей, миссией или верой.

 «Манарага» (2017). Собственно призер НОСа. Непонятно какое будущее. Скорее всего, ближайшее. Люди не читают книг, но в моду входит незаконное, нелегальное, запретное, сладкое увлечение «не для всех» — book’n’grill. Особенные повара готовят (чаще всего жарят) особенные блюда для особенных клиентов на… книгах. Перфоманс называется чтением. Некоторые повара читают американскую или немецкую литературу. Главный герой романа Геза, венгр польско-еврейского происхождения, жарит в основном на русской классике: Толстом, Достоевском, Чехове, Булгакове. Поленья (оригинальные печатные издания) приходится закупать на «черном рынке». Для пополнения запасов дров «охотники за классикой» совершают налеты на библиотеки и частные собрания. Порой не обходится без человеческих жертв. Геза честно пытался читать постсоветскую литературу (автор в наглую пародирует нескольких своих современников), но эти дрова оказались не годны. И кажется, что уже и так хватило ужасов (креветок на Чехове в нежном соусе), но Сорокину мало. Самый злостный из тайного общества поваров задумал клонировать оригиналы книг, поставить book’n’grill на поток, выйти на массового book’n’grill (по)читателя. Чудо-машина по молекулярному тиражированию книжных оригиналов находится под уральской горой Манагара, и Гезе предстоит предотвратить катастрофу.

  • Перечитывать, когда кажется, что вот оно — дно, и дальше уже некуда. Есть куда: Сорокин там уже побывал и отправился ниже.

PS от редакции: почти ровно два года назад, 15 февраля 2015 года, Rus.Lsm.lv опубликовал отчет со встречи В.Сорокина с читателями в брюссельском книжном доме Passa Porta. Полный текст — здесь.

За эфиром
За эфиром
Новейшее
Популярное
Интересно