Павел Широв: заботливый наш

Свершилось! Вышел государь на красное крыльцо, кинул шапку оземь… Президент Владимир Путин выступил с телеобращением к гражданам России. Вообще-то, телеобращение не относится к любимым жанрам ныне здравствующего российского лидера. Выступает он с ними крайне редко и, как правило, по экстренным случаям. Если случается что-то из ряда вон выходящее. К примеру, когда над Турцией сбивают российский военный самолет. На этот раз повод был сугубо внутренний, но опять же не из числа приятных, скорее, наоборот — предстоящая пенсионная реформа. Точнее, повышение пенсионного возраста, к чему, собственно, и сводились предложения правительства, обнародованные еще минувшей весной.

Тут нельзя не заметить, что такая реформа не только назрела, исходя из нынешнего финансово-экономического положения России, но и перезрела. Провести ее следовало давно, хотя бы во второй половине нулевых годов. Пенсионный возраст (60 лет для мужчин и 55 для женщин), как и всю систему пенсионного обеспечения, Россия унаследовала от Советского Союза.

Ничем, кроме популизма, объяснить сохранение пенсионного возраста на таком, самом низком среди развитых стран уровне, просто невозможно. Да, собственно, так оно и было. Едва только правительство, кажется, еще под руководством Михаила Касьянова впервые заикнулось о необходимости повышения возраста выхода на пенсию, Путин заявил, что пока он остается президентом, ничего подобного не произойдет. На рельсы лечь не обещал, но сказал так твердо, что министры тут же забыли даже думать о подобном кощунстве.

Когда Путина сменил в кремлевском кабинете Дмитрий Медведев, слухи о предстоящем вскоре повышении пенсионного возраста поползли снова. Предполагалось, что временно исправляющий должность возьмет на себя ответственность за непопулярные реформы. Но временный решился только на реформу жилищно-коммунального сектора, столь же назревшую и перезревшую.

Да и ту не довел до конца, нашлось немало других забот. Потребовалось срочно расправиться с непокорной Грузией и провести через парламент увеличение срока президентских полномочий до шести лет вместо четырех. К тому же Путин, покинув на время Кремль, далеко не ушел, перебравшись в резиденцию премьер-министра. Так что бросать и на него лишнюю тень было опасно.

Возможно, с пенсионной системой удалось бы протянуть еще немного, до окончания второго (он же четвертый) срока Путина. Однако падение нефтегазовых доходов вкупе с ростом военных и прочих расходов на гибридные войны, последовавшие за этими войнами санкции, и все иные достижения первого (он же третий) срока опустошили казну настолько, что выхода не оставалось.

Уж не знаю, скрепя сердцем, или ничем не скрипя, правительство, в конце концов, разработало законопроект, согласно которому предполагалось, начиная с 2019 года, постепенно повышать возраст выхода на пенсию. К нынешнему возрасту каждый год прибавлялся один год. То есть, в 2020 возраст выхода на пенсию для мужчин повышался с 60 лет до 61 года, а женщин — с 55 до 56. 

Собственно текст законопроекта мало кто читал. В общественном мнении сложилось представление об одномоментном повышении пенсионного возраста, что и вызвало недовольство. И то верно. Сегодня соседу стукнуло шестьдесят, и он уже может идти за пенсией, а тебе шестьдесят будет только через год, когда реформу уже проведут, и придется пахать лишних пять лет.

Несправедливо, что первыми эту несправедливость почувствовали совсем не депутаты от партии «Справедливая Россия» (СР), а от самой что ни на есть прокремлевской «Единой России» (ЕР). Некоторые даже позволили себе накануне голосования по законопроекту в первом чтении высказать несогласие с правительством и пообещать сделать все для отклонения законопроекта.

Фронду быстро пресекли. Фракция единороссов поддержала законопроект почти единогласно, только один депутат не явился на голосование. Возражения как бы оппозиционных партий большого значения не имели — ЕР обладает в Государственной Думе абсолютным большинством.

Митинги противников реформы, прошедшие в ряде крупных городов, особой многолюдностью не отличались. Самым массовым стал московский 29 июля, собравший по данным организаторов порядка 12 000 человек, а по данным полиции — 6500. Истина, вероятно, лежала где-то ближе к первой цифре, но на почти 15-ти миллионную Москву все равно выходило не слишком много.  

Непарламентская оппозиция, впрочем, посчитала и такое большим успехом, в том числе своим. Мол, именно митинги на фоне зафиксированного даже провластными социологами заметным (на 9 процентов) падением собственного рейтинга вынудили Путина выступить перед народом 29 августа.

«В эту «реформу» [..] изначально был заложен люфт. Не было бы падения рейтинга – так бы все и осталось. Падение случилось – использовали домашнюю заготовку», пишет в своем блоге оппозиционный политик Дмитрий Гудков. «Кремль просто-таки живет социологией [..] Вот они увидели, что подавляющее большинство россиян против пенсионного грабежа, а половина настолько против, что готова на улицу выходить – и им приходится как-то срочно это пытаться купировать», — вторит ему другой оппонент власти Алексей Навальный.

Но если с первым еще можно согласиться, второе выглядит попыткой выдать желаемое за действительное. Рейтинг, конечно, показатель важный для Путина, вероятно, особенно важный. Вот только при необходимости нужные цифры нетрудно «нарисовать». Хотя пока что и этого не потребовалось. Опросы, проведенные в июле и августе, показали обратную тенденцию.

И это при том, что как раз в июле Путин подписал закон о повышении НДС, вступающий в силу с нового года, но уже сказавшийся на ценниках, а следовательно, и содержимом кошельков граждан. Образ доброго царя слишком прочно сидит в головах, что и позволяет власти играть в шитую белыми нитками, но вполне успешную игру. Так что если кто и ждет социального взрыва, пусть готовится ждать долго.

0 комментари
Добавить комментарий
Комментировать, используя профиль социальной сети
За эфиром
За эфиром
Новейшее
Популярное
Интересно