Павел Широв: старик ушёл

Все началось со спонтанных протестов, вызванных повышением розничных цен на сжиженный газ, а продолжилось «Старик, уходи!» Такие слова (на казахском — «Шал, кет!»), по сообщениям медиа, выкрикивали участники протестных акций, в считанные дни перекинувшихся из Жанаозена в Мангистауской области на западе Казахстана сначала на областной центр Актау, а потом и на другие крупные города. Включая бывшую столицу Алматы и нынешнюю — Нур-Султан (ранее Астана).

Под стариком подразумевался экс-президент Казахстана Нурсултан Назарбаев, в 2019 году неожиданно покинувший высший пост в стране и формально передавший бразды правления, как тогда считалось, своему ставленнику Касым-Жомарту Токаеву.

Формально — поскольку, уйдя в тень, Назарбаев, возглавлявший страну ровно 30 лет — как первый секретарь ЦК республиканской компартии, потом как президент сначала Казахской ССР, затем независимого Казахстана, — остался главой правящей партии «Нур Отан», председателем Ассамблеи народов Казахстана и главой Совета безопасности. Две первые должности, по большей части, в общем-то, декларативные, весной прошлого года он также передал Токаеву, сохранив лишь последнюю. В действительности — ключевую, поскольку в Казахстане именно Совет безопасности, а не президент, контролирует все силовые структуры и внешнюю политику.

Предполагалось, что такой «транзит власти» не просто обеспечит Елбасы (официальный титул Назарбаева, обычно переводится как лидер нации) спокойную старость. Сменивший его в президентском кресле Касым-Жомарт Токаев многими наблюдателями рассматривался исключительно как временная фигура. Ему после очередных президентских выборов 2020 года предстояло уступить место старшей дочери первого президента Дариге Назарбаевой, на тот момент уже возглавлявшей Сенат — верхнюю палату парламента Казахстана. Однако менее месяца спустя было объявлено о назначении досрочных президентских выборов. Прошедшие в июне 2019-го, эти выборы принесли победу Токаеву, получившему, по официальным данным, 70,96 процента голосов.

Что пошло не так, если план передачи власти по наследству и правда существовал, осталось за кулисами казахстанского политического театра. Всего год спустя Дарига Назарбаева не только покинула пост председателя верхней палаты, но и лишилась статуса сенатора.

И хотя после парламентских выборов 2021 года она стала депутатом нижней палаты по списку партии «Нур Отан», не заняла там никакой руководящей должности. Вместе с тем кабинет министров по-прежнему возглавлял Аскар Мамин, считавшийся близким к Назарбаеву. В отличие от самых близких, дальние родственники экс-президента сохраняли свое положение, оставаясь как на государственных должностях, так и в руководстве ведущих национальных компаний, прежде всего сырьевого и транспортного сектора.

Как бы там ни было, в то время поступок Назарбаева очень многие сочли весьма мудрым. Ставили в пример другим постсоветским лидерам, слишком уж засидевшимся в своих высокопоставленных креслах. Отмечали, что у народа имеет свойство накапливаться эффект усталости от любого, даже самого популярного лидера. И этот эффект способен привести к непредсказуемым последствиям, если возникнет повод.

Оказалось, либо народ в данном случае вскоре смекнул, что никуда Назарбаев не ушел. Либо, не вдаваясь в тонкости высокой политики, по прежнему считал именно его настоящим центром принятия решений, на который и возлагал ответственность за эти решения.

Экономическое положение в Казахстане нельзя было назвать блестящим. Хотя массового наплыва легальных и нелегальных трудовых мигрантов в Россию из Казахстана никогда не наблюдалось, все же уровень жизни там заметно уступал не только европейскому. Побывавшие за последние годы в Нур-Султане/Астане описывали разительный контраст между новым городом, возведенным после переноса столицы, и старым — пятиэтажками 60-х годов прошлого века бывшего Целинограда. Да и мне самому довелось заметить такой же контраст еще на рубеже 90-х — 2000-х в Алматы, где новопостроенные белокаменные резиденции президента (в количестве аж семи штук) соседствовали с покосившимися домиками «частного сектора», составлявшими едва ли не треть полуторамиллионного города. Конечно, с тех пор кое-что наверняка изменилось, но, по-видимому, не настолько, чтобы примирить хижины с дворцами.

Вечером вторника президент Токаев объявил о введении на две недели чрезвычайного положения в бывшей и нынешней столицах, прилегающих к ним областях, а так же в Мангистауской области. Протестующие стали расходиться. Казалось, ситуация постепенно разряжается. Не тут-то было. С утра следующего дня протестные акции возобновились. В Алматы дошло до захвата здания городской администрации и одной из президентских резиденций. В ряде городов произошли стычки протестующих с полицией. Не помогли объявленная утром в среду отставка правительства Аскара Мамина и ряд других кадровых перестановок в высших органах власти. В частности, увольнение племянника экс-президента Абиша Самата Сатыбалдыулы с должности заместителя председателя Комитета национальной безопасности.

Российские провластные комментаторы по привычке, явно ставшей второй натурой, обвинили во всем, конечно же, Запад. Утверждали, что это «американцы нанесли первый удар в центральноазиатском подбрюшье России» накануне переговоров о стратегической стабильности. Признавая и ошибки казахстанских властей, московские политологи усмотрели в происходящем признаки очередной «цветной революции» и предрекли соседней стране мрачные времена, если мятеж закончится удачей.

Только Кремль весьма разумно хранил молчание. По словам пресс-секретаря российского президента Дмитрия Пескова, там, конечно же, «следили за ситуацией», но с выводами не торопились. Российский МИД опубликовал несколько более пространное заявление, в котором вполне дипломатично выразил надежду на мирное разрешение кризиса путем «диалога, а не уличных беспорядков и нарушения законов».

К тому времени протестные акции действительно уже превратились в беспорядки, каких в Казахстане никогда прежде не происходило. Наконец, к вечеру среды пришла информация и о смещении Назарбаева с должности главы Совета безопасности, которая перешла к действующему президенту.

Во втором за сутки обращении к нации (на русском языке) Токаев опроверг слухи о том, что он якобы покинул страну, анонсировал, не раскрыв подробностей, новые предложения «по политической трансформации Казахстана» и пригрозил жесткими мерами в отношении протестующих, за которыми, по его словам, стоят некие «финансово мотивированные заговорщики».

Никаких имен он не назвал. И вообще, судя по последним событиям, складывается впечатление, что протесты сыграли на руку не каким-то сторонним силам, неведомым заговорщикам, а самому г-ну Токаеву. Вне зависимости от того, по собственной воле «национальный лидер» принял решение оставить последний официальный пост или узнал об этом из выступления своего преемника, эра Назарбаева в Казахстане окончательно завершилась. Пришла ли ей на смену эра Токаева, пока не ясно.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Еще видео

Самое важное

Уведомляем, что на портале Lsm.lv используются т.н. cookie-файлы (cookies). Продолжая использовать портал, вы соглашаетсь с размещением и хранением cookie-файлов в вашем устройстве. Подробнее

Принять и продолжить