Павел Широв: Чистосердечное признание

Ликвидировав международное историко-просветительское общество «Мемориал», а спустя сутки — и одноименный правозащитный центр, путинский режим поставил последнюю точку в дискуссии о том, куда движется страна. Вот туда и движется.

В сторону того «прекрасного прошлого», истинный образ которого годами собирали и представляли во всей своей красе историки, правозащитники и просто неравнодушные граждане, вовсе не обязательно потомки репрессированных. Кропотливо собирая свидетельства преступлений советской, коммунистической власти для того, чтобы эти преступления никогда больше не повторились. Власть, уже давно не советская, не коммунистическая, ответила однозначно: «Можем повторить».

Ответила, на самом деле, гораздо раньше. В тот момент, когда начала силой разгонять протестные акции, объявлять «иностранными агентами» каждого, кто осмеливался не только открыто проявить, но порой, и просто высказать вслух свое несогласие с действиями этой власти. С того момента и

судьба «Мемориала» была предрешена. Удивиться тут можно лишь тому, что этого не произошло раньше.

То ли руки не доходили, то ли повода не нашли. То ли случай не представился. А когда представился, зацепились за две ошибки и пропущенное где-то однажды клеймо иностранного агента, которое обязательно должно сопровождать любое публичное выступление человека или организации, этой же самой властью агентом названной.

Несомненно, «Мемориал» одним своим существованием раздражал Путина. Снова и снова напоминая о роли, которую сыграла в истории страны контора, где тот сформировался, откуда начал свое восхождение на вершину власти. Между прочим, не благодаря конторе. Сожалеющий о распаде «великой страны» нынешний российский президент напрочь забыл, что вероятность такого карьерного взлета в той стране для него была не то, что не близка, а равна нулю. Всего лишь помощник проректора пусть и второго по значению в стране университета, пусть и остававшийся кадровым сотрудником КГБ, весьма вероятно, с этой должности и ушел бы на пенсию выращивать огурцы на садовом участке. Может быть — возраст позволял — поднявшись еще на пару ступенек, но не выше. И пенсия у него была бы самая обыкновенная, полагавшаяся отставному подполковнику. Нисколько не персональная даже республиканского значения.

Впрочем, тут не в Путине дело. Любой бывший чекист, хотя они бывшими не бывают, на его месте поступил бы точно так же. Разве что основания, на котором уничтожали «Мемориал» тоже наводят на размышления. «Почему вместо гордости за страну, освободившую мир от фашизма, нам предлагают каяться за свое, как оказалось, беспросветное прошлое?», патетически вопрошал на суде представитель прокуратуры, и сам же отвечал: «Потому что за это кто-то платит». Платят, разумеется, из-за границы. Ведь

наш советский, виноват, российский человек за просто так ничего не делает.

Не выходит на улицу протестовать против фальсификации выборов, да хотя бы мусорной свалки у него под окнами. Даже в социальной сети пишет только за свободно конвертируемую валюту.

Еще одно чистосердечное признание. Начинаешь думать — российские так называемые правоохранители отказывают людям в праве самостоятельно думать потому, что сами любят и защищают родину не из патриотических, а исключительно меркантильных соображений. Их предшественники спрашивали на допросах диссидентов советского времени «кто на вас влиял», они спрашивают «кто вам платит», и напрочь отказываются верить, когда им отвечают: никто. А то, может быть, так оно и есть, и Путин не кривит душой, рассуждая о руководящей и направляющей роли коллективного Запада в так называемых цветных революциях на постсоветском пространстве. Представить, что граждане по собственной инициативе, а не под влиянием извне, взбунтовались против власти, для него физически невозможно. Сам бы он так никогда не поступил.

Все это не означает, что Россию ждет новая и более мощная волна репрессий. Хотя опять же, несомненно, курс на ужесточение режима, вполне вероятно, по сценарию, опробованному в Беларуси, будет продолжен. В те же самые дни, когда в Москве решали судьбу «Мемориала», в провинции снова хватали сторонников Алексея Навального. Сообщается о задержании минимум троих бывших координаторов штабов и активистов Фонда борьбы с коррупцией. В том числе депутата городской думы Томска. На днях в очередной раз Московский городской суд продлил срок содержания под стражей журналиста Ивана Сафронова, обвиняемого в государственной измене. Тем временем суд в Петрозаводске (Карелия) увеличил с 13 до 15 лет колонии срок наказания экс-руководителю местного отделения «Мемориала» историку Юрию Дмитриеву.

И вот что еще тут примечательно. Ведь, если так посмотреть, власти вполне могли бы и не нервничать. Ликвидация правозащитного общества, новые повороты в делах Сафронова и Дмитриева, аресты сторонников Навального вызвали бурю в социальных сетях, негативную реакцию за границей, но прошли совершенно незамеченными большинством «дорогих россиян», занятых подготовкой к встрече Нового года.

Многие из них о существовании того же «Мемориала» ни малейшего понятия не имели и иметь не хотели.

Опросы общественного мнения, проведенные и провластными, и независимыми социологами не показывают никакого роста протестных настроений. Напротив, 65 процентов одобряют действия президента, 54 — правительства. И 48 процентов целиком и полностью устраивает положение в стране.

Может быть, нынешние властители России в глубине души все же осознают, что так любимая ими «великая страна» на самом деле держалась исключительно на страхе, и когда этот страх исчез, распалась сама собой? Потому и опасаются, как бы самим не повторить судьбу предшественников.

 

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Еще видео

Самое важное

Еще

Уведомляем, что на портале Lsm.lv используются т.н. cookie-файлы (cookies). Продолжая использовать портал, вы соглашаетсь с размещением и хранением cookie-файлов в вашем устройстве. Подробнее

Принять и продолжить