Павел Широв: Большая пятерка Путина

Не успели депутаты Государственной Думы России в едином порыве поддержать конституционные поправки, всего неделей ранее предложенные президентом, как сам российский лидер ошарашил новой инициативой. На этот раз внешнеполитической. Выступая в Иерусалиме на международном форуме памяти жертв Холокоста, Владимир Путин предложил созвать саммит пяти стран – постоянных членов Совета Безопасности ООН, который мог бы стать «важным и символичным событием, ведь мы отмечаем семьдесят пять лет окончания Второй Мировой войны и основания Организации Объединенных Наций». По словам Путина, «саммит государств, которые внесли главный вклад в разгром агрессора, в создание системы послевоенного мироустройства, сыграл бы огромную роль в поисках ответов на современные вызовы и угрозы».

Позднее мысль президента России попытался прояснить его пресс-секретарь Дмитрий Песков. Цель предстоящего саммита «отцов-основателей» ООН, в том, чтобы «поговорить о той критической массе вызовов в самых различных областях, о конфликтном потенциале на региональном и международном уровне, чтобы страны «пятерки» взяли на себя ответственность с тем, чтобы остановить дальнейшее опасное нарастание этой критической массы», заявил он журналистам. Вышло витиевато, и вся эта словесная конструкция не дала ответа на главный вопрос: чем конкретно предполагается завершить столь необычное мероприятие. Идет ли речь о каком-то итоговом документе, обязательном как для непосредственных участников встречи, так и всего мирового сообщества, о чем-то ином, или вообще ни о чем, все сведется к «поговорить»?

В первом случае, однако, совершенно неясным остается механизм реализации. Совет Безопасности ООН состоит не только из постоянных, но и непостоянных членов, и только решения этого органа считаются обязательными для всех стран, входящих в сообщество. Постоянные члены имеют право вето, на чем их привилегии заканчиваются. Никакой отдельной институции эти страны не составляют и никаких иных преимуществ над остальными не имеют. Если уж возникла необходимость что-то обсудить и что-то принять, в проведении саммита нет нужды, все можно решить в рамках уже существующего органа.

Может быть, в Кремле вспомнили «план четырех полицейских», сформулированный Франклином Делано Рузвельтом в 1941 году. Тогдашний президент Соединенных Штатов предлагал поддерживать порядок в послевоенном мире совместными усилиями четырех стран: своей собственной, Великобритании, Советского Союза и Китая. Причем, каждый из четверки получал зону ответственности. Британия – свою в то время еще существовавшую империю и Западную Европу, Советский Союз – восточную часть Европы и Центральную Азию, Китай – Юго-восточную Азию и часть тихоокеанского региона, США – все Западное полушарие. В конце концов этот план лег в основу концепции Совета Безопасности, но претерпел некоторые существенные изменения.

В окончательном виде, закрепленном Уставом Организации Объединенных Наций, принятом на конференции в Сан-Франциско 26 июня 1945 года, этот орган составили пять стран, к упомянутым четырем добавилась Франция, на постоянной основе, и еще шесть (позднее их число увеличили до десяти) на непостоянной, избираемые на двухлетний период по географическому принципу. Однако никаких зон ответственности уже не предусматривалось. Совет Безопасности был призван отвечать за поддержание мира на всей обитаемой территории планеты. Так было задумано, как реализовано на практике можно было наблюдать в течение последовавших семидесяти пяти лет.

Что же до «отцов-основателей» ООН, считать таковыми пятерку постоянных членов Совета Безопасности не совсем корректно. Под первоначальной Декларацией Объединенных Наций от 1 января 1942 года поставили подписи представители США, СССР, Великобритании, признаваемого ими правительства Китая, и еще ряда стран, в том числе делегаты правительств в изгнании европейских государств, оккупированных нацистами, включая Польшу. Но не Францию, которая в лице Шарля де Голля присоединилась к Декларации целых два года спустя.

В свою очередь, Устав ООН в 1945 году подписали одновременно представители целых пятидесяти государств, среди которых, между прочим, значатся Белорусская и Украинская ССР. Последняя, формально, на тот момент еще без Крыма, но с Луганском и Донецком. Так что право слово, забавно будет наблюдать, как о «конфликтом потенциале на региональном уровне» примется рассуждать лидер страны, оккупировавшей часть территории соседнего государства, имеющего полное право числится в ряду тех самых «отцов-основателей».

Вероятнее всего, Путин надеется, что об этом ему не напомнят. Не успеют, занятые обсуждением какой-нибудь Ливии или Сирии. Понятно, ему очень хочется вернуться в клуб. И если уж никак не получается с Большой Семеркой, откуда он вылетел после аннексии Крыма, может выйдет какая-нибудь Большая Пятерка. Услужливые «эксперты» тут же принялись подыскивать обоснование. «Пятерка постоянных стран – членов Совбеза – это институционально закрепленный орган (в отличие от, например, «Группы семи», где нет России и Китая). И никуда от этого не денешься – ничего другого просто нет», утверждает, к примеру, председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике России Федор Лукьянов.

Поговаривают, президент Франции Эммануэль Макрон уже проявил заинтересованность, а там и другие подтянутся. И вот уже даже не мерещатся, отчетливо проступают контуры нового миропорядка, за которым станут следить новые пятеро великих и могучих, и Путин среди них. Остальным предлагается почтительно слушать и покорно исполнять, как почтительно выслушали российские министры известие о своей отставке, а потом даже благодарили. По такому случаю хорошо бы еще и в Ялте собраться, но это было бы уж слишком. Не все оценят шутку юмора. Сойдет «любое место и время, которое будет удобно коллегам», как выразился российский президент.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

За эфиром
За эфиром
Новейшее
Интересно