Олег Игнатьев: Поговорим, брат?

Нам бы между собою разобраться. Русскоязычным латвийцам катастрофически не хватает площадок для дискуссий. Причём для дискуссий между собой и о себе. Причём для очень простых целей: понять, как мы сами относимся к тем или иным проблемам, как мы переживаем их на своём опыте, как мы видим их развитие или решение.

Казалось бы, собственно, в чём новость-то? И так понятно, что мы разные, порой даже неожиданно расходимся в вопросах, в которых расхождений быть, кажется, не должно. Новости в этом нет. Есть проблема. Право «говорить» отдано политикам — о нас самих и от нашего имени. Далее всё просто. Высчитывается «среднее арифметическое», спрессовывается в зависимости от партийных интересов и ставится на клеточки доски политических шахмат. «Фигурки» неизменно получаются либо белые, либо чёрные, облегчая противникам выбор действий.

Это приводит к одной из острейших проблем: сосредоточенность на априори невозможных решениях отвлекает внимание от проблем, которые можно хотя бы попытаться решить. Пример — это низкая общественная активность русскоязычных латвийцев, особенно в работе неправительственных организаций. Именно этому вопросу была посвящена дискуссия, рабочим языком которой стал русский. (Замечу в скобках, что мероприятие задумали и воплотили латыши — manabalss.lv и Latvijas Pilsoniskā alianse — и это тоже о многом говорит.)  

Теперь смотрите. На дискуссию пришло несколько десятков человек, включая двух представителей партии «Согласие» — Регину Лочмеле-Лунёву и Игоря Пименова, которые (в данном контексте это важно отметить) заработали хорошую репутацию (или, если угодно, сколотили стартовый политический капитал) как раз на общественной ниве. Но что они предлагают? Лочмеле-Лунёва настаивала, что основной камень преткновения в обсуждаемом вопросе — статус негражданина. Пименов — что с русскоязычными не говорят по-русски. Эти два пункта я предлагаю теперь применить к одной важной, хотя и заурядной, ситуации.

Население моего родного городка всегда было русскоговорящим. Большинство было и есть — неграждане. Власть всегда говорила с горожанами на русском языке, тем более что избирается из «своих» в основном. После региональной реформы «свои» есть и в краевой думе. Уж не помню сколько лет, но каждую зиму город страдает от проблем с отоплением. Нашлась пара активистов, задумавших создание обществ для реализации проектов по утеплению домов. Проблему все признают, а решать не хотят. Хотят, чтобы решали другие.

Кто-то скажет: да в нашем доме всё то же. Да, мой случай не уникальный, но очень уж показательный — прекрасные, почти лабораторные условия для изучения проблемы: тут и чисто русский город, и неграждане, и русский язык общения, и провинциальность жизни, не интересной для парламентских партий. Кроме того, среди тех, кто ждут, что за них решат их проблемы, есть и мои близкие родственники. И вот они не верят в свои силы в том числе потому, что эта убеждённость подпитывается доносящей с телеэкранов политической риторикой в духе «защитим русских». То есть — сделаем всё за вас.

Надо сказать, что жизнь в городе улучшилась после региональной реформы, хотя центр власти сместился из моего городка в соседний, а краевая дума стала в основном «латышской». И вот два вопроса, к которым я, собственно, и веду: причём тут — вот именно в описанном случае — статус негражданина и причём тут «говорить по-русски»?! Эти два акцента оказываются деструктивными потому, что вроде как заставляют игнорировать другие, неполитические, проблемы, прямо касающиеся русскоязычных и требующие решения.

Да, большое число неграждан — это реальная проблема. О ней нужно говорить и искать возможные решения, исходя из общественно-политических реалий. Но это не должно мешать устранению других сложностей в ситуациях, когда это возможно. Да, конечно, низкая общественная активность именно русскоязычных может быть объяснена в том числе политическим укладом последних десятилетий, включая массовое безгражданство. Но это отнюдь не означает, что эти проблемы они взимосвязаны настолько, что становятся нерешаемыми по-отдельности.

Именно по этой причине очень важно создавать площадки для полемики между самими русскоязычными, причём как раз не политиками, но с привлечением политиков. На упомянутой дискуссии говорилось, что русскоязычные часто воспринимаются латышами шаблонно (как и наоборот, замечу тут же). Но мне кажется, что мы сами воспринимаем друг друга часто через трафарет, созданный политиками и размноженный различными СМИ, не всегда качественными, не всегда независимыми. Поэтому важно общаться нам самим. Не в "Фейсбуке".

Наконец, подобные дискуссии могут и должны затрагивать в том числе политические темы. Интересно, что большую часть упомянутой дискуссии заняло обсуждение именно политического контекста низкой активности русскоязычных латвийцев. Но в этом нет противоречия с тем, о чём сказано выше. Во-первых, участники, в отличие от политиков, говорили не о том, как из старой политической проблемы создать новую, а о том, как и куда двигаться дальше с тем политическим грузом, который есть. Во-вторых, в этом ощущалась жажда таких разговоров и полемик — и вот представилась возможность. Надеюсь, не последняя.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

За эфиром
За эфиром
Новейшее
Интересно