Людмила Метельская: Сакта как кинетический объект

В Музее декоративного искусства и дизайна открыли новую вставку и уточнили: она — последняя в череде грандиозных событий, которые Латвийский Национальный художественный музей приурочил к столетнему юбилею Латвии.

Экспозиция «Как раз вовремя» занялась «дизайн-рассказами о Латвии» и написала их пестрым языком. В фарфоре, керамике, стекле, металле и неоне. В костюмах, мебели и образцах тканей отечественного производства. В фантиках фабрики «Лайма» и конвертах Рижского завода грампластинок. В предметах, которые будоражат воспоминания или все еще остаются «на ходу».

Хотите увидеть пылесос, которым мама гудела на весь дом, мопед отцовской юности и трехколесный велосипед из собственного детства? Тогда вам сюда.

Вы обнаружите, что наши пылесосы не были похожи ни на ракету, ни на спутник и не эксплуатировали ассоциаций, привычных для эпохи освоения космоса: наш VEF Vm-119, скорее, напоминал бочонок с темным пивом. Расстроитесь, что завод больше не выпускает ни радиоприемников, ни легендарных «миноксов» — фотоаппаратов, которые можно спрятать в детском рукаве. И что в память о РАФе вам достались лишь модели машинок из частной коллекции Валдиса Клявиньша. И что продукцию Ильгюциемской стекольной фабрики должным образом не ценили даже вы — разбивали и выбрасывали.

Время разрисовывало сосуду строительными кранами и красными флагами: это были «агитационные кружки», это было всерьез. А вот

стремление к самоиронии показалось нам приметой новейшей эпохи.

Когда на двух экранах перекликаются изображения руки и вилки, солонки и маковой головки, кувшина и женского торса, вы улыбаетесь художникам, элегантно сводящим собственный труд к умению следовать природным формам — к роли двоечников, подглядывающих в чужую тетрадь. Кстати, ироничной часто была плакатная графика.

Реклама меняла настрой — была то назойливой, то просто доходчивой, а то откровенно озорной и призывала не засорять водоемы, дабы не превратиться в рыбий скелетик с черепом Йорика.

Вот фотография самолета VEF I-12 латвийских разработки и изготовления — на стенде с подсветкой, макет — под потолком. Получается, из песни об авиации слов не выкинешь: летчик, конструктор, журналист и без малого национальный герой 1930-х Герберт Цукурс в годы Второй мировой стал членом расстрельной команды Арайса и палачом Рижского гетто. И на стене — довоенный плакат с призывом покупать конфеты с изображением его самолета на фантике.

Дизайн — он во всем. И в промышленных изделиях, и в ремесленных, и в воплощениях инженерной мысли. В этой области все бывает «как раз вовремя» — дизайн отвечает за соответствие эпохе и моде — прогресс внедряет в наш быт технические новшества, а художник придумывает упаковку. Но чем дальше в историю, тем более интересными для нас становятся не материалы и не механическая начинка предмета, а его стиль, который может быть высоким. Как роспись блюда авторства Романа Суты, как костюм, сшитый по эскизам Никлавса Струнке 90 лет назад.

В экспозицию включены предметы из коллекций семи латвийских музеев,  Национального архива Латвии, госархива кинофотодокументов и Национальной библиотеки.

  • Посетить выставку можно до 27 января.

 

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

За эфиром
За эфиром
Новейшее
Интересно