Людмила Метельская: Начни с Малевича — «Начни с нуля»

Выставка «Звездный билет» в галерее Союза художников Латвии представляет более трех десятков работ российского фарфориста Галины Дулькиной, «балансирующих на грани фигуративной пластики и беспредметности». Абстрактные композиции московской гостьи восходят к традициям русского авангарда, а ее постсупрематические головоломки делают фарфор материалом, позволяющим создать что-то абсолютно новое и одновременно засвидетельствовать происхождение авторского почерка.

ПЕРСОНА

Галина Дулькина (1981) — обладатель золотой медали Творческого союза художников России, дипломант Российской академии художеств — окончила факультет керамики Московской академии им. С.Г.Строганова и стажировалась на Императорском фарфоровом заводе в Санкт-Петербурге. Ее работы вошли в фонд Музея Марка Шагала, в коллекции Юрия Темирканова, Николая Цискаридзе, Константина Эрнста и крупнейшие частные собрания России и Западной Европы.
Художница владеет творческим процессом «от и до» — работает в московской мастерской, где сама осуществляет отливку, глазурование, роспись, обжиг, золочение: «На создание одной скульптуры уходит несколько месяцев. Эскизы — затем пластилиновая форма — затем черновая форма — после чистовая форма. Затем многочасовой обжиг в печи — роспись, второй обжиг в печи — роспись, третий обжиг в печи — роспись, четвертый обжиг — достала из печи. Вижу, что скульптура треснула, это означает: начни сначала. Помимо профессионализма и знания ремесла важна и нужна удача».

    Но сначала — о грустном. «Ценители искусства и все почитатели художественных произведений, созданных на заводах Ессена и Кузнецовых, в мастерской «Балтарс» и на других латвийских предприятиях, по достоинству оценят большой талант Галины Дулькиной»: Мария Бурганова, скульптор, доктор искусствоведения и завкафедрой «Строгановки», была в нас уверена. Но мы надежд не оправдали — помещение для экспозиции отвели тесноватое и дальнее, народу до него дошло не много, так что затянувшийся фарфоровый бум в республике легче объяснить модой на старину и бренды, чем живым интересом к материалу. Особенно если учесть, что ценовые рекорды на аукционах бьет промышленный фарфор, а скульптуры Галины Дулькиной выполнены в единственном экземпляре.

    Теперь о богатой «родословной» экспонатов. Процитировать Малевича, повторить его цвета и линии для художника не составляет особого труда — в 2016 году Галина расписала яйцо «Казимир», приблизив одно громкое имя к другому: Карл Фаберже. Но одно дело — повторить Малевича на гладкой поверхности, и совсем другое — предъявить яйцо так, чтобы его покатости были изломаны, разбиты на линии, квадраты, круги и прямоугольники, на те простейшие геометрические формы, которыми оперировал супрематизм, но теперь — в варианте 3D. «Разрисовать» яйцо впадинами и выпуклостями, сохранив общее овальное впечатление — цель настолько захватывающая, что в 2010 году художница создает скульптуру «Посольство», в 2011-м — «Мы услышим полет всех планет», в 2014-м — «Музы в век звездолетов», постоянно работая с очертаниями яйца и поддерживая их росписью. Благо техника надглазурной росписи позволяет делать подсказки: вот вам треугольник, а вот и круг.

    Контрастные формы, которые Кандинский когда-то разносил по картине на почтительные расстояния и создавал на глухом фоне гармоничную композицию, в скульптуре оказались в сложном положении: собирать пятна воедино теперь должен объем. Включив в роспись минимальный набор чистых цветов и предоставив им нейтральный белый фон,

    художница двинулась туда, где геометрические фигуры начинают оживать и искажаться:

    треугольник образует конус, а круг превращается в диск и расширяет набор ассоциаций — становится летающей тарелкой или ступенью ракеты, готовой раскрутиться вокруг своей оси. Возникает эффект движения, фигуры взаимодействуют друг с другом еще более активно и соответствуют новым задачам: усложнившись, красота композиции, очевидная на плоскости, стремится к обобщению уже на уровне образа.

    Квадрат, ставший кубом, заявляет о себе в шесть раз активнее и участвует в создании изображения подробного, красноречивого, приближенного к реалиям трехмерного мира. А будучи еще и «развеселен» зигзагами, штрихами и кругами, разбитыми на сектора, становится вполне многословным. Так что фотографу в кои-то веки перестают мешать блики от витрин: скульптуры Галины общительны — охотно входят в пространство и позволяют ему «дописывать» свои поверхности.

    Источники и составные части супрематизма демонстрируют себя отовсюду: с какой стороны на скульптуру ни посмотри, она везде будет круглиться или колоться, предъявляя исходные «запчасти». Нерасписанным — чисто-белым работам Галины приходится отвечать на вопросы самые сложные: набор шаров, параллелепипедов и пирамид, из которых собран, например, «Электрогитарист», обязан создавать всеми своими гранями настолько красноречивые светотени, чтобы процесс разглядывания вас поначалу заинтриговал, а после подарил радость узнавания. Вы спросите: а как же цветовые доминанты, без которых супрематизм — не супрематизм? Как же непременное превосходство колорита над всем остальным? А вот как: белый фарфор отлично дополняют живые растения на подоконнике, которых в этом помещении отродясь не бывало: петунии синие, петунии желтые и петунии красные.

    • Открыто до 12 августа.
    Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

    Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

    Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

    За эфиром
    За эфиром
    Новейшее
    Интересно