Андрей Шаврей: Ницше не прав – Всевышний не умер, но он просто сильно выпил!

В Новом Рижском театре его художественный руководитель Алвис Херманис осуществил вторую постановку за сезон. Уже одно название интригует - Dieviņš pillā. В переводе на русский название звучит как «Боженька крепко выпил», но по смыслу наиболее точно – «Боженька вдребодан».

Вспоминается документальная лента о нашем выдающемся художнике Борисе Берзиньше. Оператор фильма Сергей Николаев рассказывал мне, как в саду художника на столе стоял стакан с остатками самодельного напитка из яблок, в который попала муха. Она шевелила крылышками, ножками, а потом она затихла... Берзиньш изучая эту удивительную и такую живописную картину жизни и смерти, резюмировал: «Galīgi pillā!». То есть, «ну окончательно вдребодан!».

Господин Херманис в этом спектакле изучает историю своего знакомого по молодости - поэта, автора народных хитов для группы Līvi Айвара Нейбартса (1939 – 2001). Хотя основной пласт его поэзии широкой публике был незнаком - поэт активно дегустировал напитки, часто заходил в гости к Алвису, когда последний еще жил у своих родителей, оставался на ночь - спал прямо на полу. Погиб во время домашнего пожара в возрасте 62 лет - говорят, при загадочных обстоятельствах, хотя вывод напрашивается сам собой (как часто одинокие люди засыпают с непотушенной сигаретой на кровати...).

В данном случае Херманис выступает не только, как режиссер, но и как сценограф - такой дуализм мы наблюдали и во время его недавней постановки «Маркиза де Сад». Впрочем, если «Маркиза...» с точки зрения сценографии - возвышенный гимн «куртуазному маньеризму», то здесь мы наблюдаем «атасную песню» в честь алкоголического упадка, когда в самых разных местах комнаты мы видим емкости с домашним варевом, змеевики, соленья и много-много бутылок, которые, кажется, так никогда и не достигнут своего заветного тарного пункта.

А с точки зрения режиссуры «Боженька...» чисто стилистически весьма и весьма напоминает знаменитую постановку Херманиса «Бродский/Барышников» - те же полтора часа, в которые вложено максимальное поэтическое качество, которое в результате должно привести зрителя к состоянию трансцендентальности. В котором главный герой нынешнего спектакля, безусловно, и жил. Только если в том спектакле звучали стихи гениального поэта в исполнении великого танцовщика, здесь мы слышим песни «гения места» на музыку Ингуса Баушкениекса в исполнении... кого?

Эх, жаль, что уже все знают из анонсов и программки, что бородатого мужчика играет женщина, и это отличная актриса Гуна Зариня (она же и автор костюма, кстати)! Чисто внешне - это отшельник с хитроватыми глазами. Чем-то напоминает ушедшего около десяти лет   назад рижского Pasaules Valdnieks`а («Повелитель Вселенной»), который ходил по бескрайней Латвии с посохом в руках. Однажды зашел он в Оперу на концерт памяти выдающегося танцовщика Мариса Лиепы (подарили билет во второй ряд) и когда латышскую народную песню запела последняя дочь танцовщика - Мария – «Властелин» встал и вместо криков «Браво!» стал кричать «Мари-и-и-и-я!!!», размахивая над светской публикой посохом, а еще восклицая что-то еще совершенно невероятное и труднопереводимое.

Таким, судя по всему, был и Нейбартс - правда, в академических театрах не наблюдался... При этом писал стихи, смысл которых чисто лингвистически настолько виртуозен и удивителен, что невольно убеждаешься в истине, что у алкоголиков - прямая связь со Всевышним. Не у всех, конечно, но как правило...

Этим спектаклем Алвис Херманис продолжает серию своих поэтических спектаклей - прежде мы видели весьма любопытные спектакли на стихи Карлиса Скалбе, Иманта Зиедониса и вышеупомнутого Бродского. Здесь режиссер продолжает изучать «таинственную латышскую душу» (не только же у русских она таинственна!) - вообще. И феномен латышского языка, в частности. Режиссер говорит, что язык уникален хотя бы тем, что его носителей в мире - чуть больше миллиона. И Нейбартс использовал все нюансы латышского как отличный проводник в бесконечный космос.

Для полного понимания вопроса рекомендуем перед началом спектакля принять на грудь 50 граммов водки (а лучше все сто!) - буфет театра работает исправно. А сам режиссер со свойственной ему иронией предлагает латышам, которые не смогли купить билеты на праздник песни, приобретать билеты на его неординарный спектакль. Не прогадаете!

Во всяком случае, вам будет подарена надежда, что Всевышний действительно существует. И что он не умер, как утверждал философ Фридрих Ницше, поплатившийся за такое утверждение разумом. Всевышний просто немного выпил, а Нейбартс - как небольшой лучик света среди всеобщего и кромешного пьянства. Хотя это и звучит парадоксально.

В общем, запивая, запевай! «Gadi kā apgāzti toveri...» - «Годы как опрокинутые ванны».

 

 

0 комментари
Добавить комментарий
Комментировать, используя профиль социальной сети
За эфиром
За эфиром
Новейшее
Популярное
Интересно